Дом с белыми клибисами

— Ну, они хотели раздать все, чтобы стать обычными людьми и снова встретиться, — осторожно возразила Сайка.

— Нет, дорогая, — женщина покачала головой. — Мы меряем божественные деяния своими человеческими понятиями. Но боги, пусть и принявшие человеческий облик, мыслили все же иначе. Это не история о любви, это история о создании мира. Боги завещали нам делить силу поровну между своими потомками, чтобы та дробилась и рассеивалась, и никто больше не мог ею воспользоваться. В тебе много этой силы. Потому я тебя и подобрала когда-то. Но ты не должна ею пользоваться. И детей своих ты должна воспитать так, чтобы они не прибегали к ее помощи.

— А что будет, если я все-таки стану волшебницей? — Сайка упрямо поджала губы.

Женщина глянула в окно на почти скрывшийся лунный диск.

— Ты ведь и так уже догадалась, что будет, — сказала она. — Будет беда. Посмотри сама. Потяни за уголок своей силы. Она тебе все покажет.

— Что? — не поняла Сайка. — Потянуть за уголок?

Она покосилась на покрывало.

— Дурочка, — женщина беззлобно рассмеялась. — Наш выбор определяет наше будущее. Я вижу, что ты хорошая девочка, и однажды ты все-таки откажешься от своей силы. Но сделаешь ты это сегодня или после того, как обожжешься ею, зависит только от тебя. Загляни, не бойся.

Женщина показала пальцем на лунный диск. Сайка недоверчиво скинула покрывало, поежилась и подошла к окну. Лунный свет лился густым потоком. Он был таким ярким, что почти слепил глаза. Луна была полной, совершенно круглой, похожей на заплесневелый сыр.

— Ну, — спросила Сайка, не отрывая от нее взгляда: никаких тайн свет ей упорно не открывал.

— Оглянись, — прошептал призрак, распавшийся в тот момент, когда девочка заслонила от него луну. Сайка оглянулась. Призрачный синевато зеленый свет луны отпечатался у нее перед глазами, и когда она посмотрела в темноту, та расцветилась желтыми и оранжевыми пятнами. Сначала они показались ей хаотичными. Сайка попыталась проморгаться, но пятна никак не желали пропадать. Напротив, они двигались все более слаженно и складывались в фигуры и лица. Вот толстозадая Горшиха, вот какие-то люди, вот пухлая рожа герцога.

Сайка с интересом принялась оглядываться. Молитвенная заполнилась множеством фигур. Все они были нарядно одеты, и одежды их были богатыми — такими, которые бывают только на аристократах. Сайка глянула вниз, на свои исцарапанные босые ноги, но вместо них увидела лишь расшитый драгоценными камнями подол платья.

— Что это? — спросила она, оглядывая богатое убранство бальной залы.

— Твое будущее, — прошептал невидимый призрак. — Таким оно станет, если ты откажешься от своей силы. Конечно, придется многое перетерпеть и со многим смириться, но такова жизнь: ничто не дается без потерь или тяжкого труда.

— А если не откажусь? — спросила Сайка.

— Я уже сказала: ты откажешься, — спокойно ответил призрак. — Это лишь вопрос времени. Но лучше откажись сразу.

— Почему?

— Потому что сила приносит беды, даже если ты применяешь ее во благо, — ответил призрак, и картинка вокруг принялась меняться. Пары, кружащиеся в танце, вдруг распались. Люди вскинули головы к потолку, на их лицах застыло удивление. Сайка тоже поглядела вверх. Там, в россыпи фейерверков, летела по небу странная конструкция, отдаленно напоминающая дом, выдранный из фундамента. Перед глазами возникло встревоженное лицо Ависа. Он что-то кричал ей и тянул за руку. Мир вокруг неожиданно вздрогнул и ухнул вниз. Нет, это Сайка взмыла в небо. Под ногами у нее потянулись знакомые улицы. Дома быстро-быстро мелькали, исчезая вдали. Сайка оглянулась на Ависа. Тот смотрел на нее и улыбался. Она тоже хотела улыбнуться, но тут заметила, что за его спиной полыхает пламя. Длинные алые языки обгладывали какие-то доски и тряпки. Неестественно быстро огненная дорожка бежала по канатам, вгрызалась в перекладины, подкрадываясь к мальчику. Сайка хотела было предупредить его, но Авис вдруг и сам чего-то испугался, толкнул ее, и все вокруг закрутилось, завертелось. Потом перед глазами возникло лицо Белого мастера, мелькнули шрамы леди Ветты. Сайка быстро-быстро завертела головой, отыскивая Ависа. Странная огненная махина повалилась в заросли белых клибисов, и те принялись беззвучно ломаться. Крепкий кирпичный забор проломило железным крюком. Что-то вздулось, лопнуло, и все кругом вспыхнуло ослепительным светом.

— Авис! — крикнула девочка и проснулась.

Авис от неожиданности грохнулся с кровати, больно ударившись плечом. В соседней комнате послышался какой-то стук, раздалось ругательство, потом еще одно. Полусонный, мальчик вылетел в коридор и спросил у двух темных фигур, вышедших из других дверей:

— Звали?

Мастер Кан и леди Ветта уставились на него с какими-то странными выражениями на лицах. Женщина куталась в теплый халат, а мужчина, похоже, так и спал в своем белом одеянии.

— Звали, но не мы, — туманно пояснил мастер Кан и ткнул пальцем в потолок. Авис, открыв рот, поглядел наверх. Разумеется, ничего, кроме ровных сосновых досок, там не было. Зато где-то в небе, над крышей дома еще витало странное эхо, похожее на раскаты грома: «Авис… Авис… Авис…»

Все трое напряженно огляделись, ожидая, не последует ли за странным явлением что-нибудь еще, но небесный глас затихал, сменяясь все нарастающим лаем собак по всему городу.

— Думаю, мы зря встали, — сказал мастер Кан, облегченно снимая ладонь с рукояти каким-то чудом оказавшегося у него в руках меча. — Похоже, это был просто гром.

— Гром не разговаривает на человеческом языке, — сердито отозвалась леди Ветта. — И тем более, не обращается по имени к конкретному человеку.

Она вперила взгляд в Ависа. Тот поежился и попытался принять позу ни в чем не виновного ребенка.

— Возможно, это просто родители меня ищут, — предположил он.

— Твои родители разговаривают голосом той девочки? — сощурилась на него леди Ветта.

— Девочки? — не понял Авис. — Так это Сайка меня позвала? Но как? Она же не умеет пользоваться магией.

— Видимо, умеет, — сказал Белый мастер.

— Тогда я пошел, — Авис развернулся было, чтобы отыскать свои сапоги, но Кан не дал ему уйти, ухватил за воротник и повернул обратно.

— Куда? — спросил он. — Тем более на ночь глядя. Тем более, после такой выходки. Да твоя Сайка перебудила весь город. Тебе нельзя сейчас на улицу соваться.

— Почему? — не понял Авис.

— Потому что незачем попадаться Теневым лордам, — ответила вместо Кана леди Ветта. — А они-то, будь уверен, не оставят без внимания сей занимательный факт. Ни один нормальный горожанин ночью и носа из дома не высунет, заслышав, что там кто-то колдует. Если ты сейчас выйдешь и отправишься на ее поиски, то в лучшем случае подвергнешься допросу со стороны Теневых лордов, а в худшем — сдашь эту вашу Сайку. Дошло?

Авис задумался. Кан отпустил его.

— До утра сиди тихо, — велела леди Ветта. — А завтра чтоб духу твоего здесь не было. Даже близко со своей подружкой к моему дому не подходите.

Миледи сердито дернула сползающий воротник халата, развернулась и скрылась в своей комнате.

— Иди поспи, — спокойно сказал Кан, хлопнув парня по плечу. — Ничего страшного не произошло. Если леди Ветта не отправила меня проверить, значит, все в порядке, уж поверь: она в таких делах разбирается. Ты не смотри, что она такая суровая. Это только так кажется. На самом деле она заботится о людях.

Дверь в комнату леди Ветты вздрогнула: что-то с силой ударилось в нее с другой стороны.

— Но при ней об этом лучше не говорить, — Кан понизил голос до еле слышного шепота. — Спокойной ночи.

— Спокойной… — растерянно откликнулся парень, когда Белый мастер уже скрылся в своей комнате. Потерев лоб и немного поразмыслив над словами леди Ветты, Авис решил все-таки никуда не ходить, хотя подсознание упорно твердило: если тебя зовут, значит, в тебе нуждаются. Он не боялся Теневых лордов, но что, если Сайка случайно обратила на себя их внимание? Вдруг они узнают, что она — источник силы? Или еще хуже: вдруг они узнают, что ей известно о браслетах? Быть живым аккумулятором энергии — это плохо, но быть носителем опасного знания — еще хуже. Нет, что бы там с Сайкой ни случилось, а придется делать вид, что все как обычно, чтобы никто ничего не заподозрил. И поменьше пользоваться своим именем.