Дом

Ну, и? Из статьи понятно, что нынешнее здание магазина стоит на том месте, где размещался цирк. Но цирк снялся и уехал, а что осталось?

Так….Газета за 4 Мая. Опять статья про цирк. Судя по характерным отверстиям от дырокола, старые газеты Шурави, несомненно, позаимствовал в областной библиотеке.

«…..порадовали жителей города столичные артисты, а индийский йог был просто великолепен. Его демонстрация левитации наглядно показала, чего может достичь человек, родившийся в Индии, но проникшийся Марксистко-ленинской философией. Мы еще помним выступление товарища Вольфа Мессинга, которое проходило в прошлом году, и можем сказать, что небывалые достижения Брахмапутры можно поставить в один ряд с психологическими опытами Вольфа Григорьевича».

Хм, и что тут? Хантер пробежал статью до конца и взял в руки следующую газету, с еще одной хвалебной статьёй, которая заканчивалась следующим предложением:

«….к сожалению, сорвалось выступление товарища Брахмапутры, в связи с неожиданной травмой». Сорвалось, так сорвалось. Бывает. Что тут странного? Но к газете прилагался тетрадный листок в линеечку, где красивым женским почерком было написано:

«Начальнику ОВД Советского р-на тов. Лагерю А.В. от артиста цирка Жемчужного К.П.

Заявление. Прошу вас провести расследование по факту кражи моего реквизита. И подпись:____» Неразборчивая и корявая, надо сказать, резко контрастирующая с почерком заявления. Понятно, что за артиста Жемчужного, писала женщина. И видимо артист Жемчужный К.П. (судя по фамилии цыган) и есть тот самый внезапно травмированный йог Брахмапутра. Листок заявление ветхий и древний, как и газеты. Становились понятны походы Шурави в РОВД. В архивах копался. И вырвал листы из подшитого дела. Ага! Вот еще один любопытный документ.

«….со слов потерпевшего реквизит представлял собой невысокий пустотелый постамент цилиндрической формы, внутри которого находились предметы, на которые покойная бабка потерпевшего нашептала. Именно благодаря действию этих предметов артист Жемчужный мог леветровать подниматься в воздух. Список предметов прилагается.

Золотая монета царской чеканки номиналом 10 руб. — 1шт.

Шкура лягушки. — 1шт

Ножницы посеребренные.- 1шт

Ящерица сушеная — 1шт

Камень в форме сердца — 1шт.

Перья вороны — несколько штук.

Хм…Что-то в списке Хантеру было знакомое, и напрашивалась аналогия: Портсигар золотой, отечественный — три, куртки замшевые — три. Далее приписка. «Шкуру, перья и ящерицу потерпевший обнаружил брошенными рядом со вскрытым ящиком, где они хранились, пропали царский червонец, ножницы и камень. Судя по тому, что реальную ценность представляет только золотая монета, камень и ножницы могли выкинуть где-нибудь неподалеку».

***

Подтасовка фактов, иначе это не назовешь, подумал Мухин, выходя из лаборатории. Он раскраснелся и охрип споря со следователям до посинения, до тех пор, пока его не пообещали перевести из свидетелей в соучастники. Нет, это надо же такое придумать? Хасен отрезал голову адвокату, а Берик чтобы замести следы — уничтожил труп? А тот факт, что камеры наблюдения не зафиксировали визит Хасена в этот день, их не волнует? И на камере совсем другой человек? Ах, как это кстати оказались стерты все видеозаписи того дня. Случайно, по небрежности! И секретарша адвоката, та еще выхухоль, говорит, что клиента не запомнила. Мол, проскочил и не разглядела. Но как можно перепутать бритого наголо киллера европейской наружности и худосочного Хасена? Где у неё глаза были? Или менты на неё надавили, что она готова опознать кого угодно? А нож? Они нож, изъятый не соизволили проверить на наличие на нем следов крови? Ну и что, что он относится к холодному оружию. Где? Где, эта пресловутая презумпция невиновности? Складывалось такое ощущение, что они упорно не хотели видеть любые факты, противоречащие их версии.

Валерий Николаевич не первый год работал в экспертизе и с сотрудниками внутренних органов контактировал так же часто, как с внутренними органами. У него давно сложилось впечатление, что «свои» они, пока петух жаренный не клюнет.

Слишком часто ловил он просящие взгляды, ждущие, что тело погибшего патологоанатом определит как самоубийцу, или несчастный случай. И на такие взгляды Мухин отвечал честным взглядом — фиг вам, не дождетесь. Его коробила ментовская манера делить всех людей на потерпевших и подозреваемых. Собственно за людей в глубине души они только себя и считали. Но с такой наглой подтасовкой фактов, Валера сталкивался впервые. Слишком уж какими-то заинтересованными в быстрейшем раскрытии дела показались ему следователи. Слишком торопились, словно получили на это высочайшее указание. Только вот зачем арестовывать Берика? Какие у него могут быть враги?

Вопросы душили Мухина, а так же душило острое чувство несправедливости происходящего. Но что делать? Нужно что-то делать….В конечном счете, что у него есть? Что он может предъявить кроме аномальных внутренних органов, которые они с Бериком спрятали, и его устного рассказа о визите киллера из другой реальности? Если внутренние органы и являются неоспоримым фактом, то его беседа с киллером ничем кроме его слов не подкреплена и подкреплена быть не может. А впрочем….Впрочем, Саша сказал, что если будет нужна его помощь Мухин может оставить записку в пустотелой трубчатой перилле у подземного перехода. В крайнем случае, оставить записку и сообщить милиции, чтобы дождались там настоящего убийцу. Но на такое предательство он никогда не пойдет это, во-первых, а во-вторых, достаточно и, во-первых. Мухин не подлец, и никогда им не будет. Что делать. и кто виноват? Два извечных вопроса. К ним можно добавить еще один: Кто может помочь в сложившейся ситуации? Кто и как?

Валерий Николаевич достал мобильный телефон из кармана и стал листать телефонную книжку. Абрамов, Авчаренко, Андрей, Антон…. где-то среди множества знакомых и полузнакомых людей был один номер. Номер телефона человека могущего помочь. Его звали Слава, Вячеслав. Слава был старшим сыном лаборантки по физике, работающей в школе, которую закончил Мухин. Он тоже учился когда-то в этой школе, но был старше Мухина на четыре года. Собственно, для школьника это огромная разница в возрасте. Они если и сталкивались в коридоре на перемене, то, как правило, друг друга не замечали. Слишком разные были их вселенные. Поэтому их пути с Мухиным пересеклись, гораздо позже. Когда на стол к Мухину попал неопознанный труп, умерший по первому взгляду от обширного инфаркта сердца, а как удалось выяснить Валерию Николаевичу от неизвестного яда, следы которого он обнаружил в печени. Приехали люди из госбезопасности. Труп забрали. А Мухина потом вызывали в КГБ, где он имел беседу с улыбчивым сотрудником по имени Вячеслав. Они понравились друг другу, и даже как-то сдружились. Но так, поверхностно. Мухин, не смотря на то, что узнал имя и кое-какие подробности из детства Вячеслава, так и не узнал ни звания Славы, ни чем он занимается, ни чей, собственно говоря, труп попадал в судмедэкспертизу. Так, шапочное знакомство. Но знакомство приятное, поскольку работу Мухина там оценили как профессионала, и намекнули, что есть шанс поработать и в госбезопасности.

Звонить или не звонить улыбчивому кэгэбэшнику Вячеславу? Мухин стоял, держа палец на кнопке, понимая, что обратно отыграть в случае чего не получится. Ну, отдаст он органы адвоката, ну, расскажет про киллера. И закрутится карусель. Но её вращение совсем не означает, что Берика отпустят, и что Хасена не посадят. Хотя, черт с ним с Хасеном, ни сват, ни брат. Но Берик, друг, коллега, напарник, и просто хороший человек, и вот тут нужно местное ФБР очень заинтересовать, чтобы они его вытащили. А зачем он им? Органы они возьмут, киллера тоже возьмут в разработку. А Берик будет томиться в камере, как лосось в собственном поту, до китайской пасхи. Да, что же делать то? Черт!

И Мухин нажал пальцем, выбирая верхнюю строчку. В верхней строчке была скромная надпись из трех букв «Боб».

— Чего тебе сын мой? — ответил ироничный бас в трубке.

— Боб! Привет! Ты как? Временем располагаешь?

— На службе я… — вздохнул Боб.

— Вечерком приходи, поговорить надо.

— Ой, не знаю…Стройка у меня.

— Она у тебя всегда. Ты уже, который храм по счету строишь?

— Третий.

— Во-во! Это дело бесконечное…Заходи давай! Посидим, поговорим.