Доставщик

Тогда он быстро обмотал палку брезентом, на котором сидел все это время и пожег его. Став размахивать над собой, поджигая крылья летунов, и смотря с наслаждением, как твари прекрасно сгорали, падая кулями вниз.

Его примеру последовали многие, скрипя зубами от невыносимой боли в голове. Но жить захочешь, и не то еще сделаешь!

Они так махали горящими импровизированными факелами над собой, над соседями, которые не могли справиться с болью, корчась в судорогах.

Благо в кабине машины была прекрасная звукоизоляция, и визг броне матки попросту не проходил внутрь. Поэтому Карл мог спокойно управлять ею.

Бородач, сцепив зубы, упорно старался вести танк, в выбранном направлении, с взглядом, прикованным к лесу впереди.

— Держись, девочка, пробьемся! — шептал он под нос себе, обращаясь к мощной машине, легко выдерживающей все напасти, сваливающиеся на нее с регулярной частотой.

Маленькая девочка, молча, плакала, еле удерживаясь на своем месте, в объятиях бледной матери, волновавшейся и следившей за каждым движением своего мужчины, уверенно ведущего машину вперед. В его руках сейчас были их жизни, и это будоражило ее слегка.

Майк продолжал прижимать тело Риты к сидению своим телом, не зная, что предпринять. Игноря взгляды Джана и прикосновения Стаси, которая умудрившись сдвинуться в тесной кабине, молча, вытирала кровь и пот с ритиного лица. Пытаясь временами ее напоить холодной водой из маленькой пластиковой бутылки, поднося горлышком вплотную ко рту с белыми неподвижными губами девушки. Но большая часть воды вытекала обратно.

Сильно дернувшись еще пару раз, Рита обмякла и, выдохнув, расслабилась, затихнув.

— Нет! — закричал Майк, прислонив подушечки пальцев к ее шее, пытаясь найти пульс.

Глаза Стаси расширились от испуга, она медленно перевела их на Джана, который сам застыл истуканом, не сводя взгляда с Риты. В его сознание ворвался ужас от происходящего, он так сильно сжал кулаки, что артефакт, находящийся в левой руке, хрустнул и, разрезав кожу ладони, впился в нее. Выступившая кровь, попала на остатки артефакта, активировав его. Тот мгновенно стал горячим и расплавился, втянувшись в раны ладони.

Джан от боли закричал, вытащив руку из кармана и тряся ею перед собой, пытаясь унять боль. Ладонь горела от боли, на ней выступил золотой узор, изображавший артефакт в двухмерном изображении. Он чувствовал, как энергия от него поднимается спиралью вверх по руке, достигая головы, взрываясь знанием, новыми возможностями. Теперь он знал, что надо делать, смотря на друга с надеждой. Нет, уже с полной уверенностью в возможности все исправить.

От его внезапного крика боли, бородач резко вильнул танком в сторону, попав гусеницей в большую яму. Танк накренился и поскреб по воздуху гусеницей, пытаясь зацепиться, чтобы выбраться. Вторая гусеница только скользила по мокрой земле.

Глава 23. Под обстрелом

— Сдурел, мать твою! — четко выразил свою мысль Карл, чувствуя задницей, что они в полном дерьме теперь.

Вытащить такую махину и так задача не из легких, а под натиском различных тварей. Так, вообще, неподъемная!

От поднявшейся злобы, он стал сильно бить ладонями плашмя по приборной панели, оря.

— Аааа….

Чуть выпустив пар, бородач крикнул Джану.

— Чего разорался под руку! — оборачиваясь к нему.

Но Джан не слышал его, меняясь местами со Стасей и убирая руки Майка, загораживающие его от девушки.

— Щас, щас … потерпи… станет легче… — тихо обращался он к Рите, игнорируя протестующие слова и действия Майка.

Какая-то исходящая уверенность и сила в своих возможностях от Джана, подавила все сопротивления друга. Тот молча повиновался ему, с бешеным стуком сердца наблюдая за его действиями, лишь надеясь на что-то.

Джан вытянул руки над телом девушки, чувствуя, как его подхватила какая-то мощная энергия, аккумулировалась в районе сердца и плавно потекла по рукам к ладоням, оттуда в тело Риты.

Он чувствовал ее боль тела, слабость, направляя туда энергию, которая мгновенно регенерировала податливое человеческое тело. Прямо на глазах смертельно бледная кожа девушки становилась розовой, раны затягивались, не оставляя после себя даже шрамов. Рита стала дышать глубже и ровнее, затем ресницы затрепетали и резко распахнулись удивленные глаза.

Майк вновь увидел ее синий цвет глаз, запавший в душу с первого взгляда. Он взял ее за руку, ставшую теплой и мягкой, поднес к губам, поцеловал и произнес.

— Больше никогда.

Джан легонько его толкнул плечом, типа не раскисай. Стася удивленно смотрела на него, пытаясь сказать.

— Ты… ты…

— Он целитель. — подтвердила ее догадку Рита, приподнимаясь в кресле.

— Это, конечно, круто! Рита с возвращением! — обрадовался Карл. — Но вернемся к грубым реалиям! Как нам выбраться? Мы походу тупо застряли!

Он включил рацию, желая узнать как там обстановка наверху. Сильнейший визг, раздавшийся из динамика рации, ударил по ушам, заполнив кабину. Все, скривившись, схватились за уши, согнувшись. Бородач быстро выключил рацию, прекратив общие мучения.

— Че за хрень у них там творится!? — опешил он, посмотрев в монитор, подозрительно следя за действиями бронематки.

— Бронематка опять визжит по своим долбанным червям. — сказала очевидное Стася.

— Поняяятно… — протянул бородач. — Парни снаружи нам не помощники…

— Получается опять херня! Не подтолкнуть машину, но подложить под гусеницы палки никто не сможет….

— Хуже! Им наверху срочно надо помочь, загнутся же! — высказал общую мысль Джан.

— Надо соображать быстро…. Иначе мы все загнемся тут! — ответил ему Карл.

Он быстро стал переключать различные кнопочки, тумблеры, рычажки и вновь пытаясь сдвинуть танк, сдав назад, вперед.

Но машина упорно не хотела сдвигаться с места, надрывно мучая мотор, гусеница лишь воздух перемалывала, ей не за что было зацепиться.

Еще пару долгих бесполезных попыток и Карл вновь матюгнулся в сердцах, двинув ботинком по стенке машины. В голове хаотично роились мысли, отвергаемые им сразу же.

Вдобавок неожиданно по обшивке танка застучали градом стрелы.