Драконье пламя

— Я сказал — прекрати, — прорычал Феннер. — Во имя первого Яйца, — продолжал он, словно говоря сам с собой, — ты будто думаешь, что я тебя прямо на месте возьму и Изгоню.

Девочку совсем затрясло.

— Да все в порядке, — успокаивающе сказал он. — Все в порядке, малышка.

И снова в груди Халлы вспыхнул внутренний огонь. Девочка вскинула голову, сверкнула глазами.

— Я не малышка! — заявила она.

— Да-да, конечно, — быстро согласился Феннер. — Ну, да тебе наверняка целых девять Оборотов.

— Двенадцать! — сердито проворчала Халла.

— Не может быть! — воскликнул Феннер.

Сердце его упало. Девочке в его объятиях нельзя было дать больше девяти. Для двенадцати это был сущий скелетик. Он отстранил ее, чтобы оглядеть, и снова обнял, прижав к груди.

— Да у меня младшая — твоя ровесница.

У лорда Феннера есть дети? — удивилась Халла, все еще сопротивляясь объятиям. Феннер отпустил ее и мягко сказал:

— Я уж несколько Оборотов не обнимал никого твоего роста. Уж окажи честь.

Он просительно улыбнулся, вытаращил глаза и смешно задвигал бровями. И смотрел в ее карие глаза своими синими до тех пор, пока не почувствовал, как спало напряжение, после чего осторожно прижал девочку к себе.

— Поговорим утром, — тихо сказал он, все еще покачивая ее. — После завтрака, ладно?

Ее невеликие силы окончательно иссякли, теплая вялость распространилась по всему телу. Она неуклюже кивнула. Да, лучше утром.

Лорд Феннер сам отнес Халлу в спальную комнату, где уже уложили малышей. По дороге он тихонько напевал себе под нос. Когда он опускал ее на постель, Халла уже спала, тихонько улыбаясь.

Глава седьмая

Лорд-холдер, пусть власть твоя

будет тверда,

В заботах о холде идут твои дни.

Закон и защита ты людям труда —

Лентяев же прочь из холда гони.

Кром-холд

Когда Халла проснулась, она ахнула от изумления, не сразу сообразив, где находится. Она лежала в постели на чистых простынях! Нет, нельзя, она же грязная!

Воспоминания обрушились на нее потоком, Халла хотела было вылезти из-под одеяла и тут заметила, что рядом спят дети, которых Моран оставил на ее попечение. Пришлось выбираться осторожно, чтобы не потревожить их. Увидев, что на ней осталась одна нижняя рубашка, она покраснела — это что же, лорд-холдер Феннер снял с нее заскорузлую от грязи тунику, а потом завернул в теплое одеяло!

Она прислушалась у двери, прежде чем распахнуть ее рассчитывая застать того, кто там прячется, врасплох.

— Папа сказал, что ты, наверное, уже проснулась — сказала ей стоявшая в коридоре девочка. Она была очень похожа на лорда Феннера — только куда более худенькая и маленькая, со светлыми волосами вместо каштановых и более яркими, чем у лорда-холдера, глазами. — Я Нерра.

Халла неловко пожала протянутую руку.

— Ты хочешь есть? — спросила Нерра, и Халла увидела у нее в руке корзинку. — Я тут булочек принесла, только фруктов мало и они сушеные.

— Сушеные фрукты — это очень вкусно, моя леди, — сказал Халла, изо всех сил стараясь подражать хорошим манерам, подсмотренным у леди в других холдах.

Нерра улыбнулась так широко, что у нее на щеках появились ямочки.

— Зато булочки свежие, и я еще масло принесла.

— Свежие? — тупо спросила Халла.

— Повариха специально сказала мне, чтобы я их тебе принесла, — сказала Нерра. Она показала куда-то в глубину холда. — Она сказала, чтобы я накормила тебя прежде, чем ты пойдешь мыться, а еще чтобы я тем временем присмотрела за малышами, а то вдруг они проснутся. — Она помрачнела и призналась: — Не знаю, справлюсь ли с восьмерыми?

— Я могу вымыться? — повторила Халла. Кожа зачесалась в предвкушении. Она повернула голову, глядя в коридор. — А где ведро?

— Ведро! — фыркнула Нерра. — Ведра у нас нет, у нас ванная комната.

— Целая комната? — воскликнула Халла, выкатив глаза.

— Ну да, — сказала Нерра. — Только сначала поедим.

Через двенадцать минут Халла уже погрузилась в целую ванну горячей воды. Она вылезла только тогда, когда Нерра отчаянно забарабанила в дверь, крича:

— Спасай, они разбежались!

Халла, закутанная в теплые махровые полотенца вдруг осознала, что отдает приказы дочери лорда-холдера и стражникам. Вскоре, к откровенному изумлению Нерры, ей удалось восстановить порядок и загнать двух младших в воду, где после первого перепуга они весело заплескались и принялись скакать, вымочив до нитки капитана стражи.

Гораздо позже капитан, уже высохший, сопровождал Халлу в большой зал, а Нерра шла рядом и весело болтала. Халла чувствовала себя неловко в богатой обстановке и старых одежках Нерры.

— Ты не беспокойся, он не такой злой, как прикидывается, — прошептала Халле на ухо Нерра, затем выпрямилась и официально присела перед отцом в реверансе. — Приветствую вас, мой лорд, — сказала она, усиливая страхи Халлы. — Я привела заключенную на ваш суд.

Заключенную? У Халлы расширились глаза, и она снова начала лихорадочно искать глазами выход из зала.

— В чем ее преступление? — спросил Феннер со своего кресла в конце зала.

— Соучастие в краже и побег, — официально ответила Нерра. Тихонько, совершенно другим тоном шепнула Халле: — Но я ему сказала, что ты не виновата.

— Леди Нерра, прошу придерживаться правил, — устало проворчал Феннер.

Нерра бросила на отца сердитый взгляд, но спорить не стала.

— Каково ваше решение, мой лорд?

— Закон земель Крома — в руках лорда Крома, — сурово изрек Феннер.

Он поманил Халлу пальцем. Нерра слегка подтолкнула ее, и Халла пошла к креслу лорда-холдера.

Когда она оказалась прямо перед ним, Феннер знаком приказал ей остановиться.

— Есть ли у тебя холд? — спросил он официальным тоном.

Халла молча покачала головой.

— Есть ли у тебя ремесло? Халла снова покачала головой.

— Значит, у тебя ни холда, ни ремесла? — спросил Феннер голосом, полным мрачного неодобрения.

— Нет, мой лорд, — честно ответила Халла, уронив руки.

— Тебя обвиняли в краже. Ты виновата в этом?

— Нет, — честно ответила Халла.

— Разве тебя не признали воровкой и чуть не Изгнали? — спросил Феннер, подавшись вперед и глядя ей прямо в глаза.

— Признали.

— И что ты скажешь? — сурово спросил Феннер.