Драконье Солнце

Оборванцы тоже решили, что это уже проблемы "благородного", как он будет дальше разбираться с дикаркой-зверенышем. А может быть, задумали еще немного последить за мной и поглядеть, не перегрызет ли шаманка мне горло. Тогда можно попробовать забрать "звереныша" обратно, да еще и вдоволь покопаться в моих седельных сумках...

Я перекинул шаманку через седло, сам вскочил сзади. Махнул рукой двоим - и пустил Иллирику вперед. Она и сама уже неловко переступала на месте, косилась на клетку, фыркала - от телеги пахло зверем. Понятное дело, лошади не любят медведей. И скорость она сразу набрала хорошую, несмотря на дополнительный груз.

Отгородившись от неспешно едущей телеги двумя холмами, я свернул в лес. Если верить плану местности, что в надежном кожаном футляре висел сейчас у меня на груди, ручей, возле которого мы распрощались с астрологом, приняв в себя несколько других родников, здесь подходил довольно близко к дороге. По сути, большак шел вдоль этого ручья, постепенно ширящегося и переходящегося в довольно солидную речку.

Я повернул Иллирику с дороги, и она послушно сошла с низкой насыпи в густой березовый подлесок, - к лесу она тоже привыкла, и он ее не пугал. Мягкая под травой и папоротником земля почти не давала шума, встречая лошадиные копыта. Скоро Мы сообща обнаружили тропу - не то звериную к водопою, не то все же человечью. А еще через какое-то время я услышал шум ручья.

Сам ручей, однако, встретился нам еще не очень скоро - в тихом лесу звуки разносились далеко. Я спешился и вел Иллирику в поводу, чтобы не цепляться головой за низко нависшие над тропой ветки. Шаманка все так и лежала поперек лошадиной спины, связанная, не подавая признаков жизни.

Наконец мы подошли к ручью. Он тек в дубраве, и трава по берегам была уже не такая густая - под ногами густым серо-бурым ковром лежали прошлогодние листья, время от времени нога в сапоге натыкалась на желудь. Было здесь и темнее: густые кроны загораживали солнце. Зато прямо в ручей вдавалась небольшой земляной мысок, еще и нависая над водой. Как раз зверю напиться.

Я снял шаманку с Иллирики, прикинул - посадить, положить... Вышло, что сажать: она открыла глаза и посмотрела на меня. Говорить не торопилась.

Я посадил ее на землю, прислонил спиной к ближайшему дубку, и начал развязывать - спасибо моей предусмотрительности, особого труда это не потребовало.

Шаманка все так же молчала. По уму ей полагалось бы спросить что-то типа того "Зачем ты меня спас?", но она не спросила. Либо не видела особого толку, либо понимала, почему. Пришлось первым спрашивать мне - не молчать же!

– Это как же тебя угораздило, Говорящая с Духами?
– я спросил у нее на арейском. В этом языке слово "шаман" давно и прочно успело стать ругательным, поэтому пришлось его заменить.

И вдруг девушка досадливо поморщилось. Поистине, это было удивительно! Первый раз нормальная человеческая эмоция. А я уж было решил, что она вроде блаженной.

– Дура была потому что, - сказала она хмуро.
– Один на меня напал в лесу - у этого самого ручья, ниже по течению. Я не стала с ним драться, решила, что проще убежать. А он меня, оказалось, гнал на второго.

Потом она спохватилась и добавила:

– Спасибо вам, милорд. Увы, мне нечем отблагодарить за добро.

– Так ты умеешь говорить, как нормальные люди?
– восхитился я.
– Вчера ты не была такой разговорчивой.

– Вчера я очень испугалась, - призналась девушка. Я уже закончил распутывать ее руки.

Как только руки освободились, она сразу пошла к ручью умываться - ну, женщина, она женщина и есть, какого бы цвета кожа у нее ни была. А потом попробовала расчесать пятерней волосы, но получилось плохо: этого добра у нее хватало, хотя, скажем, моя сестра ни за что не стала бы стричься по-мужски, выше плеч. Большинство мужчин, конечно, стригутся еще короче. Рыцари вообще предпочитают оставлять на голове едва щетинку - под шлем. Я, конечно, не рыцарь, но и я не люблю, когда волосы отрастают до такой степени, что их приходится подвязывать веревочками. Неудобно, в конце-то концов. А может быть, это она не сама так, а другой кто обкорнал?

– У вас есть гребень, милорд?
– спросила она.

– И даже зеркальце, - улыбнулся я.
– И я их, так и быть, тебе одолжу.

– Зеркало?..
– она чуть поморгала глазами, и посмотрела на меня как будто даже слегка подозрительно. Ну еще бы. Зеркала - штука дорогая, не у всякой модницы они есть. А чтобы нашлось у мужчины, да еще чтобы он таскал его всюду с собой...

– Память, - коротко сказал я.

И полез во вьючную суму.

На самом деле, зеркальце в черепаховой оправе было никакой не памятью. Оно, действительно, принадлежало не мне - его дала мне миледи Аннабель. А для каких целей - расскажу в другой раз. Пока оно еще в назначенном качестве ни разу мне не пригодилось. А вот просто как зеркало - было дело, да...

Я бросил ей деревянный гребешок, и она принялась с шипением расчесываться, зло дергая черные пряди. Закончила довольно быстро, достала откуда-то из складок гармаша бечевку, и перевязала волосы по лбу. Более сложных причесок, хотя бы "конский хвост" она делать явно не собиралась.

– Почему вы не убили их?
– спросила она, подняв на меня глаза.

– А что, должен был?
– усмехнулся я.

– Вы должны были либо вообще проехать мимо, либо... но уж никак не давать им деньги. На благородного сеньора это не похоже. Тем более, что вы могли. У вас оружие, у вас навык, а они что?..

– Ну, не так уж я могуч, чтобы из-за своей прихоти рубить двоих. До этого мне ни замков, ни сокровищ не хватает. А полтора серебряных - невелика цена. Да и времени потерял меньше. Деньги добываются просто.

Дальше она не спрашивала.

..Нет, конечно, будь я не один, а будь нас целый отряд, мы могли бы до того запугать тех двоих, что они отдали бы и клетку, и телегу даром. Но один?.. Не запугаешь. Только убивать. Да и то... сбежит один, и как бы чуть позже меня в лесу не подстерегли озлобленные крестьяне...

Это не говоря о том, что просто противно. Хотя, по мнению шаманки, люди, способные обращаться с разумным существом, как со зверем, наверняка заслуживают гибели.

– Отпустите меня?

– Отпущу, - кивнул я.
– Шаманка Вия Шварценвальде. Только скажи мне, что ты собираешься делать дальше? Мили не прошла, сразу кому-то попалась...

– Не повезло, - только и сказала она.
– Потом повезет больше.

– Так повезет, что тебя просто под ближайшей осиной закопают, - усмехнулся я.

– Осина - священное дерево, - огрызнулась девчонка.
– Выйдет достойный обелиск.

Хорошо держалась, короче.

– А может, расскажешь, откуда ты такая взялась?
– это я спросил уже на лагарте.

– А может быть, вы расскажете, милорд, зачем вам нужно Драконье Солнце?
– спросила она тоже на лагарте. Говор у нее был незнакомый, не тот, которому учили меня, но понять было можно.

– Так значит, ты все слышала тогда?
– спросил я уже на арейском. Не собираюсь соревноваться в знании языка, который для меня родной, а для нее - нет. Пусть уж оба будем в равных условиях.