Драйв Астарты

Полчаса полета. Ослепительно-белый краешек солнца появляется над горизонтом – и океан почти мгновенно становится из серого – синим. На краях прозрачных крыльев «Abris» играют веселые радуги. Слева по борту медленно уползает назад изумрудно-зеленый с белой каймой атолл Адду – самый южный из Мальдивов.

На экране борт-компа появляется лаконичная надпись «That’s the line of airwall», означающая, что флайка вошла в зону действия «Lasso»: сети дронов ПВО, которые прикрывают Меганезию и союзные терракватории… Марвин улыбается и мысленно желает Юргену и Эвери удачного возвращения домой…

Нет ничего странного, в том, что в этот самый момент, на северном моту суб-атолла Давадху, Юрген и Эвери желали того же самого хорошему парню по имени Мганга. Бельгийцы сидели под навесом, за чашкой чая, в кампании главного китайца-хакка, представившегося Сюэ-Ху и его подруги, Тай-Ту. Настоящие имена гостеприимных хозяев были Линси Ли и Юн Чун, а прозвища «Тигр Снегов» и «Солнечный Зайчик» (соответственно) представляли собой оперативные псевдонимы. Впрочем, лейтенант Линси Ли имел спортивное звание «Тигр Снегов» (альпинист высшей категории).

По TV шел аналитический обзор относительно событий, из эпицентра которых двое бельгийцев выскользнули менее десяти часов назад.

– -----------------------------------------------

Pan-Africa News. Экстренный выпуск

Война за верховья Нила.

– -----------------------------------------------

Военные операции, синхронно проведенные мотопехотой Зулу (с запада) и боевой авиацией Мпулу (с юга) этой ночью подвели черту под двадцатилетней историей Республики Цеку-Рунди (Нилот-Уганда). Страна с населением примерно десять миллионов человек перестала существовать. Единственная городская агломерация Нубуру на северном берегу озера Виктория стерта с лица земли мощнейшим авиа-налетом, при котором широко применялись тяжелые авиабомбы объемного взрыва. Западная часть Цеку-Рунди раздавлена гусеницами бронемашин. Мусульманское большинство, в основном жившее в Нубуру и поселках городского типа, объявлено «террористами» с соответствующими последствиями. Сейчас на оккупированной территории Цеку-Рунди, кроме военной комендатуры Мпулу, действует восточно-тиморский спецотряд. По свидетельствам очевидцев, он проводит т. н. «зачистку исламских террористов и сочувствующих лиц».

Нельзя отрицать, что Нубуру был базой исламского экстремизма, и что именно здесь находился штаб «Аль-Мансур-аль-Ислами», организации, которая действовала при поддержке властей Цеку-Рунди, и которая совершила теракт 25 июня в парижском аэропорту. 26 июня восточно-тиморский диктатор Ним Гок, говоря об этом теракте, заявил: «Возмездие будет таким, что запомнится на несколько поколений».

Впрочем, оставим гуманитарный аспект проблемы для комиссии ООН по правам человека, и займемся военно-политическим аспектом происходящих событий. От северного озера Виктория, берет начало Виктория-Нил, впадающий далее в озеро Альберт. Из этого озера начинается Альберта-Нил. Гораздо ниже по течению, он превращается в судоходный Нил – главную водную артерию Северной Африки. Насколько велико геополитическое значения контроля над верховьями Нила, где судоходство ещё невозможно по причине обилия порогов? Казалось бы, не велико. Однако, два агрессивных режима – зулусский и мпулуанский – целенаправленно стремились к этому контролю. Сейчас армия Зулу контролирует озеро Альберта. Аэромобильный корпус Мпулу занимает часть северного берега озера Виктория и плотину Оуэн-Фоллс на реке Виктория-Нил. Вооруженное формирование «Фронт Нжигбва», близкий к правительству Мпулу контролирует острова общей площадью свыше двухсот квадратных километров на севере и северо-западе озера Виктория.

Что это дает захватчикам? Во-первых, очевидный идеологический козырь. Нил – это символ. Вспомним, что дельта Нила была главной колыбелью цивилизации. Президент Нгакве и король Тумери, разумеется, будут использовать этот символ. Во-вторых, по крайней мере, в Мпулу уже практикуется применение грузопассажирских кораблей – глайдеров, способных двигаться по водной поверхности, непригодной для обычных водоизмещающих кораблей. Если глайдеры могут проходить по Альберта-Нилу, то становится реальностью трафик с захваченной территории в Средиземное море, через Судан и Египет. Вопрос: разрешат ли это правительства Судана и Египта? И вот тут возникает «в-третьих» – last, but not least. Контроль над водным балансом Нила.

Во времена Единой Уганды, управление плотиной Оуэн-Фоллс на Виктория-Ниле уже вызывало значительные последствия для водного баланса в Судане и даже в Египте. В руках захватчиков возникает инструмент экологического давления, связанный с самым крупным пресноводным бассейном Африки. При этом королевство зулусов пользуется поддержкой американских «ястребов», а за милитаристской диктатурой Мпулу стоят агрессивные консорциумы Океании. Так что ситуация сложилась крайне опасная.

Последние новости по этой теме:

* Международный персонал плотины Оуэн-Фоллс ГЭС отстранен от контроля за этим объектом и заменен контингентом из инженерных войск Мпулу.

* На завтра назначено экстренное заседания Африканского содружества по вопросу об опасной политической ситуации в верховьях Нила.

* На 5 июля назначено заседание Совбеза ООН по «Проблеме водяного шантажа».

– -----------------------------------------------

…

Юрген вздохнул и вытащил сигарету из пачки «Lucky Strike» (made in Mumbai, India).

– Мне кажется, – сказал он, – нам удалось вовремя выбраться из местности, где вот-вот вспыхнет большая война.

– Парни из «Фронта Нжигбве» это и пытались нам объяснить, – заметила Эвери.

Сюэ-Ху сделал глоток чая и отрицательно покачал головой.

– Я думаю, там не будет большой войны. Народ Нжигбве взял в свои руки средство давления на исламские государства северо-восточной Африки. Вода Нила для этих засушливых регионов все равно, что жизнь. Мне жаль, что у нас здесь нет ничего подобного. Нам, в отличие от народа Нжигбва нечем давить на исламские власти, пользующиеся, к тому же, поддержкой британских консерваторов.

– Простите, Сюэ-Ху, – сказала Эвери, – но мы с Юргеном пока не знаем, ни куда мы попали, ни что здесь происходит.

– Это атолл Ари-Авари, который арабские оккупанты называют «Алиф-Алиф». Мы представляем автохтонное буддистское население этого атолла и атолла Гира-Авари, который с юго-востока от нас, и который арабские оккупанты называют «Вааву».

– ещё раз простите, а где находится этот атолл?

– В Индийском океане, – невозмутимо ответила Тай-Ту.

– Да, – Эвери кивнула, – Я понимаю, что в Индийском океане. Вы не могли бы как-то сориентировать меня? Ну, скажем, как далеко мы от побережья Кении, от Момбаса?

Тай-Ту переглянулась с Сюэ-Ху, он что-то быстро прикинул в уме и сообщил:

– Отсюда до Момбаса примерно две тысячи морских миль на запад.

– Две тысячи морских миль? – изумленно переспросил Юрген, – Но это почти четыре тысячи километров! Уважаемый Сюэ-Ху, вы уверены, что не ошибаетесь?

– Я уверен, – спокойно сказал китаец, положил на стол туристический атлас и быстро пролистал его, а потом повернул к Юргену, – Мы сейчас вот здесь.

– О, боже! – воскликнула Эвери, – Но это же Мальдивы.

– Да, – согласился Сюэ-Ху, – Это Мальдивы.

– Но как мы попали с озера Виктория на Мальдивы за 6 часов?

– Вы летели на самолете, – мягко напомнила ей Тай-Ту.

– Мы не поняли, что это весьма скоростной самолет, – пояснил Юрген, прикуривая сигарету, которую до того крутил между пальцами.

Сюэ-Ху утвердительно кивнул.

– У наших друзей хорошая техника. Сейчас они подарили нам некоторое количество винтовок, и мы теперь не так беззащитны перед карателями, как раньше.