Древние Боги

Лицо Учителя осветилось радостью, морщины разгладились, а глаза наполнились скупыми мужскими слезами:

– Ты меня так никогда не называл.

– Я был глуп. Владея всеми известными знаниями, я не видел самого простого – отцовской любви. – Он встал, и неуклюже, первый раз в жизни, нерешительно обнял сидящего в кресле Хранителя Очага Бессмертного Тэнгри. Тот сразу откликнулся на это движение, и заключил своего приёмного сына в объятия, уже больше не сдерживая слёз.

* * *

– Ты услышишь много интересного. – Интригующе проговорил Савгон, и белозубо улыбнулся.

Рутгер опустился в кресло. От выпитого на тризне вина кружилась голова, ноги слегка заплетались, и он смог дойти до шатра вождя клана Стремительной Рыси только благодаря поддержке Сардейла, расположившегося на лавке рядом, не расставаясь с кубком вина.

Через откинутый полог палатки было видно ночное небо, усыпанное миллионами звёзд, серп бледной луны, и яркие костры, горящие в бурлящем тризной лагере. Слышались древние песни, восхваляющие мужество павших, то и дело прерываемые взрывами смеха опьянённых воинов. Так было заведено издревле – провожать павших в битве к Очагу Бессмертного Тэнгри с весельем, ведь они попадают в рай. Но почему же так больно, горько душе, и совсем не хочется смеяться?

Присаживаясь на скамью перед жаровней, с интересом поглядывая на вождя Савгона, Рутгер жестом отказался от вина, предложенного Сардейлом, и приготовился слушать. Ведь начало было многообещающим. Он не думал, что услышит нечто новое. По его представлениям, он хорошо знал историю народа вигов, да и самих Лазоревых Гор, и думал, что легко распознает любую ложь. Впрочем, Савгон производил впечатление человека, скорее всего предпочитающего смерть, чем сказать хоть одно слово неправды.

– Во многое ты не поверишь. – Вождь клана немного помолчал, кутаясь в тёмно-синий тегиляй. Сегодняшняя ночь выдалась прохладной, ведь лето близилось к концу, и совсем скоро на берёзах должны были появиться первые жёлтые листочки. – Многое покажется тебе просто невероятным, и, может быть, ты не захочешь меня слушать. И тем не менее, всё, что я скажу тебе, неприглядная правда, о какой никто не хочет знать.

– Надо выслушать хотя бы начало твоей речи. – Ободряюще улыбнулся Стальной Барс. – Зачем же я тогда шёл сюда через весь лагерь?

Сардейл усмехнулся. Он-то знал, как шёл воевода клана Снежных Барсов, повиснув у него на плече. Тем не менее, это пошло ему на пользу, и Рутгер не совсем, но стал гораздо трезвее, чем был, когда вставал из-за стола, на тризне.

– Хорошо. – Савгон приосанился, и опять замолчал. Потом собрался с мыслями и заговорил: – В летописи каждого народа есть страницы, про какие хотелось бы умолчать, да и летописи пишут не боги, а обычные люди, со своими мыслями, со своим отношением к героям, творящим историю. Они могут отражать прошедшие события совсем не так, как они были на самом деле. Когда-то, я изучал летописи Лазоревых Гор, и нашёл множество любопытных несовпадений. В общем, в зависимости от Владыки, нашу историю перекраивают, как хотят, выдавая белое за чёрное, а чёрное за белое.

– Что это значит? – Спросил Сардейл, подавшись вперёд.

– Я предупреждал, что вам многое не понравится, и, тем не менее, это так. – Савгон встал с кресла, и прошёлся по мягкому, цветастому ковру, застилающим земляной пол его походного шатра, плеснул себе горячего вина в кубок, чтобы немного согреться, и вернулся в кресло, набросив на ноги кусок чёрной медвежей шкуры. – Вернёмся к истории. Племена вигов пришли в эти горы семь веков назад. Они были воинственны, и не признавали ничего, кроме силы. Их было немного, зато они действовали сплочённо, и мудро. Сначала им удалось стравить заулов с харвеллами, а потом, когда в жестокой междоусобной войне те почти истребили друг друга, заняли гору Эрпон, и основали своё государство, со столицей Вольфбур, на месте города Древних Богов.

– Я ничего такого не слышал! – Заносчиво возразил Сардейл, сверкнув глазами, и едва не вскочив со скамьи. – Я хорошо знаю историю нашего народа! Виги пришли в эти горы как друзья, и много чем помогали харвеллам и заулам! Они помогли им в борьбе против гааров, и защитили их от ассанов!

– Сардейл, помолчи! – Рутгер ещё со времён учёбы в Храме Хранителя Очага Бессмертного Тэнгри помнил, как в библиотеке ему на глаза попалась старинная летопись, где говорилось нечто похожее. Он был поражён, и не поверил ни одному написанному там слову, но червячок сомнения уже появился в его душе. Он хотел знать больше, и перерыл всю библиотеку, так ничего и не найдя. В конце концов, как-то странно пропала та летопись, он сам был поглощён учёбой в Храме, и потом, со временем, всё это забылось само собой. – Что-то подобное я уже читал. Что это была за книга?

– Тебе, наверное, попадалась летопись от Эвдира. Есть всего несколько подобных книг, и каждая ценится очень дорого. У меня есть только несколько листов, но я знаю, где можно взять её целиком. Мы отвлеклись! – Савгон взмахнул рукой, сверкнув перстнем вождя, украшенным изумрудом, отпил из кубка, и продолжил: – Виги умеют только воевать. Они не могут быть ремесленниками или земледельцами. Вот тогда Владыка Юфтер, обратил внимание на почти истреблённые народы харвеллов и заулов. Он дал им кое-какие права, и, конечно же, обложил налогами. С тех пор так и повелось, что виги – каста воинов, а харвеллы и заулы могут служить лишь на второстепенных ролях, хотя и те, и другие, могут биться не хуже. Для моего народа – красные плащи Тайной Стражи, для заулов – арбалеты и луки.

– Что же в этом плохого? – Спросил Рутгер, искренне не понимая, куда клонит Савгон, и стараясь рассмотреть в его словах какую-то скрытую подоплёку.

– Это же очевидно. – Улыбнулся харвелл, и оценивающе взглянул на воеводу, словно хотел убедиться, что перед ним действительно тот, кого он выбрал сам. – Коренные жители Лазоревых Гор ущемлены в правах, и видят в вигах своих поработителей. Конечно, за века сосуществования многие грани стёрлись, и всё воспринимается не так жёстко, как ранее, и всё же…

От слов вождя Стремительной Рыси воевода вздрогнул. Ему послышались в них едва скрытая угроза. Что он хочет этим сказать? Неужели харвеллы и заулы готовятся взяться за оружие, чтобы отстоять свои права? Нет-нет! Конечно это не так! Разве стал бы Савгон предавать собственный народ?

– Никогда не думал, что всё так плохо. – Криво усмехнулся Сардейл, и отхлебнул вина из кубка. Несмотря на всё, выпитое на тризне, он крепко стоял на ногах, и казалось, что ветерана вообще невозможно свалить чем-либо, не говоря уж про какое-то вино. – Ты уверен, в том, что это всё, правда? Все знают, что ты мудр, и всегда стоял на страже страны Лазоревых Гор, но тебя могли ввести в заблуждение злые языки, воспользовавшиеся тем, что сейчас это уже невозможно проверить.

– Ты не понимаешь, о чём говоришь! – Раздражённо воскликнул Савгон. – Как я могу не верить древним балладам и сказаниям своего народа? Там вся боль, что жжёт нас на протяжении семи веков!

– Зачем ты позвал нас, вождь? – С подозрением спросил Рутгер. Теперь он понял, что глава клана Стремительной Рыси преследует какую-то цель, и цель эта уже не просто маячит на горизонте, а становится вполне видимой и осязаемой. – Всё это я мог узнать и от Хранителя Очага Бессмертного Тэнгри, или найти летопись Эвдира. Зачем весь этот разговор?