Древние

А ещё всё это неуловимо напоминало о странных эльфах, которых Лёха видел в другом мире во время битвы за место главы Кречетов.

Клановый артефакт Змеев тоже умеет перемещать в тот странный мир? И сейчас Стриж бродит по очередному полигону для кровавой битвы? Это бы объяснило странное заброшенное местечко, в котором он оказался, но не остальное. Почему рядом нет Лауры и Мии? Почему он ощущает девчонку где-то далеко?

Нужно найти путь наружу и оглядеться. Интересно, сколько тут лун?

Но сперва – обезопасить тылы.

Ёжась от холода, Стриж подошёл к ближайшему доспеху и сдул с него пыль. Металл покрывала причудливая золотая вязь магического плетения.

– В кои-то веки не рад такому богатству. – Стриж подул на пальцы, согревая дыханием. – Лучше бы бушлаты какие или плащи да лембасы [1] … Убить готов за тёплый шмот.

Поразмыслив, он окликнул демона:

– Белочка, ты тут?

Ответа не последовало. Стоило взять на заметку, что разговоры о драконах – верный способ заткнуть болтливого «пассажира».

1

Лембас – эльфийский хлеб в трилогии Д.Р.Р. Толкина «Властелин колец».

– Мы тут явно уже никого не встретим, и первый контакт с иной цивилизацией нам не светит, – продолжил он, – потому будь заинькой, отрасти нам термоизоляционную чешую по всему телу, пока мы тут не околели.

Подспудно он ожидал появления демоницы в образе красотки с ушками, в стиле «Плейбоя», но Белочка, похоже, была не в духе. Напротив, появился здоровенный уродливый заяц из какого-то давно забытого ужастика.

Матюкнувшись, Лёха непроизвольно шарахнулся и вскинул руки в боевой стойке. Те стремительно покрывались угольно-чёрной чешуёй.

– Надеюсь, ты умеешь лечить инфаркты, – недовольно пробормотал он, – потому что такими темпами я получу даже не один.

Демон не снизошёл до ответа и вновь исчез.

– Ну и хрен с тобой, – буркнул Стриж, по-хозяйски оглядывая оружейную. – Подготовлюсь к встрече гостей без тебя.

К изготовлению сюрпризов для дорогих незваных гостей Лёха подошёл с размахом, дав простор творчеству, благо материала теперь было завались.

Первым делом соорудил упор, на котором закрепил с десяток копий, нацеленных на зеркало, причём поставил его впритык, не оставляя вышедшему ни одного шанса увернуться.

За копьями воздвиг баррикаду из пустых стеллажей и сломанных досок, связав их между собой тетивами.

Того, кто попытается её разобрать или перелезть, ждали взведённые арбалеты. Достаточно чуть сдвинуть стеллаж – и смельчак получает болт в упор.

Но это были не все сюрпризы. Лёха подпилил несколько полок и закрепил под ними наконечники болтов остриями вверх. На эту работу ушло много нервов и ещё больше – матюгов. Странное дерево с трудом поддавалось лезвию, и со Стрижа в буквальном смысле сошло семь потов, прежде чем он справился с этой задачей.

Но результат компенсировал всё. Получилась подленькая ловушка в духе вьетнамских партизан: стоило наступить на полку – она разламывалась, и наконечники пропарывали стопу неудачнику.

В оружейной он тоже установил на растяжках несколько арбалетов, замаскировав их за стойками с доспехами. Так сказать, акция для любителей затрофеиться на халяву – взявший шлем или кирасу получает бонусом болт в подарок. Правда, упаковывался болт сразу в тело одариваемого.

Вторую баррикаду соорудил перед выходом из зала, дополнив «джентльменский набор» копьями и алебардами, на которые падали обманчиво-надёжно закреплённые стеллажи.

По идее, этого должно было хватить, чтобы отбить охоту лезть дальше. Если же враг окажется настолько силён и многочислен, что всё же попрёт вперёд, не считаясь с потерями, произведённого шума хватит, чтобы Стриж успел подготовиться ко встрече.

Для гостей, удостоившихся встречи лицом к лицу, он припас кинжал и копьё-рогатину с длинным наконечником, которым можно было хоть колоть, хоть рубить. Ну а чтобы его не посчитали невежей, не способным как положено приветствовать гостей, прихватил ещё и арбалет с парой десятков болтов.

– «Крепкий орешек», фэнтези-версия, – оценил сам себя Лёха, подтягивая ремень колчана и уже не особенно удивляясь, что кожа не истлела.

С удовлетворением окинув взглядом построенные укрепления, счёл возможным вернуться к исследованию этого странного места.

Помимо двери в оружейную, обнаружилось ещё четыре, покрытых золотой вязью. Трогать закрытые Стриж не рискнул, ограничившись той, что была распахнута. За ней оказалась ведущая наверх лестница.

Цепочка следов в пыли подсказывала, что его предшественник прошёлся по ней и остался жив и, скорее всего, вполне здоров. На всякий случай стараясь идти по чужим следам, Лёха поднимался по ступенькам и размышлял о странностях всего этого.

Если тот эльф работал с Гармом и был вхож сюда, то почему не перетаскал абсолютно всё в замок Змеев? Оружие, даже на взгляд такого дилетанта, как Стриж, было превосходным, но большая его часть оставалась на местах. Ни граф, ни его люди не могли похвастаться лёгкими и прочными кольчугами, как та, которую прихватил он, ни эльфийским оружием.

Да и следы подсказывали, что тут бывал лишь один гость. Не смог провести сюда графа и его людей? Предположим, что зеркало проходимо только для эльфов. С учётом полуухих на службе, которых тут тоже не наблюдается, можно сузить круг до чистокровных.

Но даже если и так, много ли времени и труда займёт перетаскивание этого арсенала в замок? Не особо. Эльф взял очень мало. Почему?

Может, не просто так местные легенды говорят, что эльфы – Проклятые? И что человек, коснувшись этого оружия или брони, умрёт в страшных мучениях?

В этом странном мире всё может быть. Но лично он, Стриж, склонялся к более прозаическому варианту: ушастый торгует с Гармом, толкая тому артефакты предков. Формула «ценность в силу редкости» работает в любом мире. Притащи покупателю один чудо-меч – и тот станет бесценным. Притащи целый арсенал – и получишь за каждую единицу на порядок меньше.

А может, это вовсе и не эльфийское барахло? Может, это и есть артефакты загадочных Древних? Граф ведь говорил, что ушастая мразота пробудила один из них. Как раз тот, что уничтожил семью Лауры.

Понять бы ещё, как рассказать эту новость девчонке так, чтобы она не наделала сгоряча глупостей…

Лестница вывела на следующий этаж, напомнивший Стрижу казарму. В распахнутые дверные проёмы спален виднелись остовы кроватей, покрытых истлевшим тряпьём, стойки для доспехов и оружия, странные вертикальные конструкции, похожие на раскрывающиеся листья.