Дубликат

– Рад познакомиться с вами, молодой человек!
–  произнёс Авдеев, переключив, наконец, своё внимание на Карташова.
–  Полагаю, вы заинтригованы, а?.. Господа, ведь вы ещё ничего не рассказали ему?
–  обратился министр уже к Макарову и Лукину.

– Нет, мы ждали вас, - ответил первый.

Второй кивнул.

– Прекрасно, ну, тогда, если нет возражений, я сам озвучу наше предложение.
–  Авдеев вновь перевёл взгляд на Карташова.

– Мы изучили ваше личное дело, Юрий. У вас блестящие характеристики!

– Благодарю, - смущённо сказал капитан.

Министр, казалось, не услышал его и продолжил:

– Наша страна имеет возможность существенно продвинуться вперёд в гонке с Китаем и Индией по освоению солнечной системы. Мы нацелились на Марс! Технический потенциал позволяет нам не позже, чем через четыре месяца закончить сборку ракеты и произвести её пуск… Полёт будет приурочен к семидесятилетию покорения космоса первым человеком. Уверен, что как гражданин и патриот России вы понимаете, как это важно для нашей родины!

– О, да, господин министр!
–  не раздумывая, произнёс Юрий под впечатлением от услышанного.

Авдеев, довольный произведённым эффектом, переглянулся с остальными.

– Само собой, нам нужен космонавт для этой миссии, и… мы остановили выбор на вас!

Карташов в изумлении уставился на министра, а его рот приоткрылся от неожиданности. Улыбка Авдеева стала ещё шире. Тут в разговор вмешался Макаров:

– Конечно, мы понимаем, что это определённый риск, ведь ракета совсем новая, но…

– …Она построена с применением самых последних технологий, поэтому риск этот минимален!
–  закончил за него министр.
–  Так вы готовы, Юрий?

– Я… э… - От нахлынувших эмоций у парня перехватило дыхание, и язык прилип к нёбу.

– Если согласен, то начинать готовиться к полёту нужно уже с завтрашнего дня, - подал голос полковник Лукин.

Юрий перевёл взгляд на него, а затем последовательно на Авдеева и Макарова и, наконец, произнёс:

– Это такая честь! Но… почему именно я?

– Я же сказал, у вас отличные характеристики!
–  Юрию показалось, что в голосе министра просквозило едва заметное раздражение его вопросом. Наверно, по его мнению, молодой человек должен был ответить незамедлительно.

– Может быть, тебе хочется посоветоваться с женой?
–  спросил Валентин Андреевич.

– Да к чему это?
–  возразил Авдеев.
–  Юрий ведь сам глава семьи, мужчина. Пусть принимает решение, и всё тут! Подумай, Юра, - министр уже перешёл с ним на «ты», - ты станешь знаменит на всю страну! Да что там, на весь мир! Первый человек на Марсе! И это - гражданин России!..

– Я согласен!
–  прельстившись такими перспективами, выпалил Карташов.

– Вот и отлично!
–  воскликнул министр и посмотрел на Валентина Андреевича.
–  Тогда осталось только подписать договор!

На экране монитора перед молодым человеком возник текст какого-то документа, который он в состоянии эйфории пробежал лишь мельком. Вставив в специальный разъём универсальную личную карту с микрочипом, которая уже несколько лет заменяла гражданам России паспорта, и введя персональный код, Юрий поставил подпись под своей дальнейшей судьбой.

После этого министр Авдеев распрощался с ними, посетовав на кучу неотложных дел. Его голографическое изображение в одно мгновение исчезло, как, кстати, исчез и тот документ, который Юрий только что подписал. Тогда он не придал этому особого значения.

– Ну, Юра, поздравляю!
–  Макаров на прощание пожал ему руку.

–  До встречи завтра!

– Ты сделал правильный выбор!
–  произнёс Лукин.

Они распрощались, и Юрий, всё ещё воодушевлённый, поспешил домой, чтобы поделиться новостями с женой. Его слегка покалывала совесть от того, что он принял это решение, несущее определённые риски для здоровья и жизни, даже не посоветовавшись с ней, но молодой человек постарался отогнать от себя эти мысли.

Когда на экране портативного коммуникатора на его запястье появилось небольшое, по грудь, изображение его супруги Ольги, он ничего не сказал ей, а лишь сообщил, что скоро будет дома.

– Быстро согласился!
–  с воодушевлением произнёс Леонид Васильевич спустя несколько мгновений после того, как за Юрием закрылась дверь.
–  Даже быстрее, чем я ожидал! Всё-таки Авдеев умеет убеждать! А я, признаться, опасался, что этот ваш капитан начнёт сомневаться, мяться, и пришлось бы его уговаривать.

– Да уж, наш министр умеет найти нужные слова… Он вообще любит поболтать, наш Фёдор Борисович, - задумчиво ответил Макаров, не глядя на собеседника.

– Мне кажется, вы чем-то недовольны или расстроены, Валентин Андреевич, - заметил Лукин.
–  С чего бы это? Ведь всё идёт как нельзя лучше!

– Да уж, с Юрием мы быстро поладили, но меня всё ещё смущает техническое состояние программы. Из-за этой проклятой спешки мы не успеваем по срокам, и я боюсь, что ракета может подвести в самый ответственный момент: на старте или, что ещё хуже, уже в полёте.

– Я думаю, что вы преувеличиваете, Валентин Андреевич.
–  Лицо куратора тоже стало серьёзным.
–  У нас отличная команда, и главные конструкторы уверяют, что всё будет закончено в срок и проблем не будет!

– А вы бы что говорили на их месте? Не то же ли самое? Поймите, Леонид Васильевич, на этот раз используется во многом новая технология, отличная от тех, что мы применяли при полётах на Луну… и риск немалый!

– Риск - дело благородное. Первооткрыватели космоса тоже многим рисковали, а мы сейчас также своего рода первооткрыватели! Задумайтесь о перспективах, Валентин Андреевич, что откроются в случае успеха! Наша страна прославится, да и вы вместе с ней. Ваше имя будет внесено в учебники и научные труды, а память о вас останется жить в веках!

– Хм, - усмехнулся Макаров, - а в случае провала память обо мне тоже останется в веках… и позор вместе с ней.

Он нажал кнопку вызова и связался со своей секретаршей, попросив её пригласить к нему группу конструкторов, занимавшихся разработкой разных частей космического корабля и систем жизнеобеспечения экипажа, в том числе скафандра.

Ожидание их прошло в молчании: каждый был занят своими мыслями. Лукин встал и стал прохаживаться туда-сюда вдоль длинного панорамного окна, чтобы немного размяться. В это время хозяин кабинета налил себе стакан воды и, неспешно потягивая глоток за глотком, рассматривал фотографии, которые стояли на полке одного из стеллажей. Там были изображены сам Валентин Андреевич, ещё молодой, только начинавший свою карьеру, и его друзья-приятели, все так или иначе имевшие отношение к космосу. Руководитель полётов позволил себе немного расслабиться и углубился в воспоминания.