Душа солдата

– Я не уверен, – ответил голос Снегиря, – но мне показалось движение на одиннадцать часов, метрах в двадцати пяти.

– Всем предельное внимание, замерли!

Махина видел только Сундука слева, он, стоя на колене, держал левый фланг. Ни Шерхана ни Дымка, ни тем более Снегиря из-за кустов и деревьев с этой позиции он не видел.

– Командир, разреши проверить, – запросил Снегирь.

В ответ была тишина, только редкое потрескивание помех в тактических наушниках. Махина представил как Шерхан сейчас морщит лоб и, кусая губу, взвешивает все за и против.

– Отставить, – раздалась команда, – ты уверен, что там было движение?

– Не уверен, – ответил Снегирь. – Может птичку спугнули, а может… Лучше перебздеть, командир, – добавил он.

– Ты всё сделал правильно, Снегирь.

– Командир, прошу разрешения проверить. Ну не возвращаться же обратно из-за качнувшейся ветки, – наставил шёпотом Снегирь.

– Всем предельное внимание! Снегирь, ползком! Осторожно понюхай там.

– Есть понюхать, – раздался в наушниках голос Снегиря с нотками удовлетворения.

Он мягко и бесшумно опустился на землю и через несколько секунд, ловко работая руками и ногами, исчез в стелящимся тумане.

Время потянулось. Махине показалось, что прошла вечность.

– Снегирь, доклад, – прошептал Шерхан.

В наушниках в ответ только тишина и мелкие помехи.

– Снегирь, ответь, – потребовал Шерхан.

– Да, да…, – раздалось сквозь помехи, – всё чисто, командир, я возвращаюсь.

Мороз пробежал по спине Махины, он был уверен, что это голос не Снегиря.

– Командир, – шепнул Махина в микрофон…

– Я понял, – перебил его Шерхан, – перейти на запасную частоту.

Махина нащупал переключатель и два раза повернул его.

– Отход, – сразу услышал он приказ Шерхана. – Сундук прикрытие!

Махина привстал с колена, чтобы увидеть обстановку и осмотреться. Его сектор обзора был тыл. Ничего не увидев, он развернулся в сторону командира. И в этот момент, разрывая тишину утреннего леса, раздались сухие и резкие выстрелы автоматов. Впереди справа раздался крик Дымка. Махина моментально упал на землю и тут же отполз в сторону. На голову упала ветка, срезанная одной из пуль, просвистевших над ним. Слева Сундук без перерыва поливал очередями из своего автомата.

– Командир! – крикнул Махина, – командир!

– Командир двести! – крикнул Сундук, – Махина прикрой, отхожу!

Махина вскочил на ноги и открыл огонь, целясь между стволов деревьев, в сумрак утреннего леса. В нескольких метрах впереди себя, он увидел лежащего не подвижно Дымка.

– Дымок! Дымок! – закричал он, не переставая вести огонь короткими очередями.

– Сундук, вижу Дымка! Дымок триста! Прикрой!

Он рванул вперёд и прыгнул. Упал прямо рядом с телом друга. Слева сзади раздались очереди Сундука.

– Держу! – прокричал Сундук.

Махина, выпустив две короткие очереди, перевернул Дымка на спину. В глаза сразу бросилось кровавое месиво на его шее. Она была разворочена пулей.

– Дымок двести! – крикнул он, – отхожу.

Над головой, одна за одной, свистнули две пули.

– Москали! – раздался из-за деревьев голос, – сдавайтеся!

– Якщо здастеся, може и поживете ще! – вторил ему весёлый голос справа.

Хохот раздался сразу из нескольких мест тёмного леса. Хохлам было весело. И судя по смеху их было не меньше пяти или шести человек на этом участке.

– Это кто там кукарекает? – закричал Сундук. – Ты там крыльями то не хлопай, иди сюда, петушара радужный! У меня эфка есть для твоей дупы, пидор!

– Ну всё москаль, тоби кинець! – прозвучало в ответ из темноты леса.

Сундук, выдернув чеку из гранаты, примерился и бросил её по навесной траектории на голос.

Раздался хлопок и вспышка жёлтого света, которая на секунду осветила окружающие деревья и кусты, и следом вопль раненного боевика.

– А теперь вам, петухам, не весело? – кричал Сундук, выпуская короткие очереди туда, где рванула граната.

Со всех сторон раздался шквал автоматных очередей и свист пуль. Казалось, что они свистят над самым ухом.

– Ну всё, орки, вам хана! – перекрикивая выстрелы, кричал кто-то из хохлов.

Махина, согнувшись, мощным рывком, перебежал к поваленному дереву. Мимоходом бросил взгляд в сторону Сундука. Тот отчаянно отстреливался в разные стороны. Перелетев через ствол дерева, Махина занял позицию и крикнул, – Пошёл! И тут же открыл огонь по местам вспышек от выстрелов. В ответ в бревно прилетело несколько пуль.

– Метко стреляют, суки, – сплюнув, прошептал Махина, сдвигаясь в сторону, и продолжая стрелять.

Сундук, сделав несколько выстрелов, бросил гранату, повернулся и, прикрываясь толстым дубом, побежал в сторону Махины. Он не добежал десяти метров, когда рядом с ним взметнулся, разметающий землю и листву в разные стороны, черный сноп дыма и оранжевого пламени, от разорвавшейся гранаты, выпущенной из подствольника.

– Сундук! Сундук! – закричал Махина, не переставая стрелять.

Сундук лежал, не шевелясь, уткнувшись лицом в траву. Махина выдернул чеку из двух гранат и по очереди метнул их туда, где вспыхивали жёлтые огни выстрелов. Потом достал две дымовых гранаты и отправил их следом. Поочерёдно хлопнули два разрыва и повалил густой белый дым. Противник стрелял беспорядочно и не прицельно. Иногда пули свистели совсем близко. Но приближаться они пока боялись и у них тоже был раненый. Махина ползком добрался до Сундука и перевернул его на спину и сдвинул балаклаву с лица. У него из рта текла кровь.

– Сундук, дружище, – прошептал он, – Сундук!

Товарищ не подавал признаков жизни. Махина осмотрел его. Штаны на ногах были изрешечены осколками и уже успели пропитаться кровью.

– Сундук! – снова прошептал он, доставая из аптечки шприц-тюб нефопама 11 .

Где-то не далеко треснула ветка. Махина внимательно окинул взглядом сектор откуда могли появиться хохлы, потом, сорвав колпачок, воткнул иглу в плечо Сундука и выдавил содержимое шприца. Снова треснула ветка, но уже правее. Их охватывали полукругом. Густой белый дым, смешиваясь с туманом, расходился между деревьев, прикрывая разведчиков.

11

Симптоматическое лечение острого болевого синдрома.

– Сундук, Сундук. – шептал Махина.

Раздался протяжный и еле слышный стон. Сундук приоткрыл глаза. Даже в сумраке была видна его бледность. Увидев над собой, склонившегося Махину, улыбнулся.

– Сундук, дружище! – радовался Махина словно ребёнок, – идти сможешь?

Сундук попробовал приподняться на локтях, но скривился. Покачал головой, – Нет! – Колено раздроблено, кажется, и вторая нога…

– Я понесу тебя! – Махина начал расстёгивать разгрузку на теле Сундука.

– Погоди ты, – прохрипел Сундук, грубо отталкивая руку Махины. – Не надо! Бери рацию и уходи. Это приказ. Задание надо выполнить! Ты понял? Надо смешать эту лесопосадку и этот хутор с говном! И всех этих, – он кивнул в сторону дыма.