Душан

— Её нужно укротить! — восклицает он.

— Кого укротить? — спрашивает отец.

Этот вопрос застаёт Душана врасплох.

— Ну, одну там… — бормочет он. — Строптивых нужно укрощать, так ведь?

Укрощение строптивой Люды

Да, легко было этому Петруччо! У него были слуги, был свой дом, а в доме полно комнат и чуланов. Запер строптивую жену, ключ повесил на пояс — и все дела.

А у Душана? Ни слуг, ни своего дома, ни даже чулана.

«Значит, так, — решает Душан. — Мы останемся на продлёнке, и нас поведут обедать в столовую. И я её запру в столовой. А ключ спрячу».

Он, правда, плохо представлял себе, как это он запрёт её в столовой, но решил, что сделает это непременно.

Однако в школе его ждал жестокий удар.

Начали записывать детей в продлёнку, а Люда и не думает записываться. Её мама не ходит на работу, поэтому Люда обедает дома.

Что же делать?

«Не буду обращать внимания на эту задаваку», — думает Душан. И повторяет про себя слова из сказки: «Придёт ещё наше времечко».

И вот время пришло. Даже раньше, чем он надеялся — совсем как в сказке…

Учительница спросила:

— Дети, кто прочитает нам какое-нибудь стихотворение?

— Я, я, я! — закричала Люда.

Учительница вызвала Люду к доске, велела ей поклониться и читать. Люда поклонилась и начала:

По склону вверх король повёл Полки своих стрелков…

И тут голос у неё вдруг задрожал. Она проглотила слюну и опять начала:

По склону вверх король повёл…

И ни слова дальше.

— Кто знает, как дальше? — спросила учительница. — Ну, кто поможет Людке? Кто ей подскажет?

Но никто не вызвался, даже Душан, хотя он и знал этот стишок.

«Вот видишь, глупая ты, Люда, — думал он. — Если б ты была хорошая, я бы тебе помог, а так я тебе не помогу».

Пришлось учительнице отправить Люду на место. Люда села, спрятала лицо в ладошках, видны были только горевшие уши. И тогда Душан решительно поднял руку.

Нет, он не кричал: «Я, я, я!» Мы ведь не где-нибудь, а в школе. И учительница объясняла вчера, что нужно поднимать руку.

Не спеша, степенным шагом он вышел к доске, поклонился и начал:

По склону вверх король повёл Полки своих стрелков. По склону вниз король сошёл, Но только без полков.

— Хорошо, Душанко, — сказала учительница.

— Я ещё стихотворение знаю, — выпятил грудь Душан, — длинное.

Он перевёл дыхание и начал читать про народного героя, благородного разбойника Яношика. Это длинное-длинное стихотворение он любил больше всего.

Горит, горит костёр на королевской горе! Кто его развёл? Двенадцать соколов!

Класс затих. Заслушались дети. А Душан разошёлся, читает он с выражением, то повышая, то понижая голос. Видишь, гордая Люда — вот так надо читать стихи!

Душан кончил, поклонился и пошёл к своей парте. Дети захлопали.

— Молодец, Душанко, в самом деле, молодец, — говорит учительница. — Вот будет школьный вечер, ты эти стихи ещё раз прочтёшь.

— А ещё я умею петь песню «Гей, а я-то думал». Тоже про лесных молодцов, — говорит Душан. Но тут он бросает взгляд на Люду — она сидит красная, пристыжённая. И в сердце Душана просыпается сострадание. — Но я её лучше завтра спою, — добавляет он и садится за парту.

На сегодня с Люды достаточно.

Укрощение началось.

В школе очень неплохо

Уже полгода Душан ходит в школу. Если вы спросите, нравится ли ему в школе, он, наверное, ответит: «Нравится» — и даже объяснит почему.

Вот, скажем, был в школе вечер, и Душан на нём выступал. Он пел песню про лесных молодцов и ни разу не сбился. Все хлопали, учителя и учительницы улыбались. А потом директор как-то повстречал Душана в коридоре, погладил его по голове и спрашивает:

— Ну, как дела, артист?

Приятно, правда?

И ещё Душану хорошо даются стихи. Может быть, поэтому он не понимает, почему некоторые так с ними маются? Например, проходят они такие стихи:

Шумят дубы, Шумят дубравы. Припоминают, как в войну Знамёна партизанской славы Шумели на ветру.

Это Душан сразу запомнил. Вот дальше уже было потруднее:

Снова тихие дубравы Видят пред собой, Как с фашистскою оравой За свободу шёл кровавый Беспощадный бой.

Да, тут уж нужно думать. Но если подумать немного, то всё станет понятно. Кто такие партизаны — каждый знает. Что они воевали в лесах — это тоже все знают. А раз они воевали в лесах, то дубы обязательно должны были их видеть. Дальше. Партизаны воевали с фашистами. И не просто так воевали, а за что-то. И это «что-то» была наша свобода.

Душан выучил это стихотворение, первым поднял руку, вышел и прочитал его вслух.

И учительница его похвалила. Тоже приятно.

А то ещё вот что было.

Учительница рассказывала про голубка и пчелу.

— Упала пчёлка в ручей и стала тонуть. Увидал это голубок. Пожалел он пчёлку и бросил ей листочек. Как вы думаете, для чего он ей бросил листочек?

— Ясное дело! — восклицает Душан. — Чтобы она могла забраться на листок и высушить крылышки.

— Верно, Душан, но в следующий раз подыми руку, — говорит учительница и продолжает: — Пчёлка выбралась на листок, обсушилась и улетела. Она всё думала, как ей отблагодарить доброго голубка. Прошло несколько дней. Однажды пчёлка увидела, что в голубка целится охотник. Тогда она мигом села охотнику на нос и ужалила его. Рука у охотника дрогнула, и он промахнулся. А голубок улетел. Так пчёлка выручила голубка, своего спасителя.