Души

Желание бороться до последнего покинуло меня. Я прижалась лбом к груди Эхо. По щеке побежала слеза. Затем другая. Бедная Рейн. Она потеряла отца дважды. Эхо заключил меня в объятья и поставил подбородок на мою макушку.

— Тише, не плачь. Мне больно видеть, как ты страдаешь.

— Он был мне как отец. Он всегда призывал нас смотреть глубже на вещи. Идиотские правила! Такие добрые и умные люди, как он, заслуживают попасть в Асгард.

— Знаю.

Я прижималась к Эхо до тех пор, пока слёзы не закончились.

— Когда вы отправляетесь?

— Скоро. — Он провёл ладонью по моим волосам. — Я дал ей слово, что подыщу ему уютную одиночную комнатку на случай, если она захочет его навестить. — Он потёр меня по спине и прижался губами к виску. — Хель — неплохое место. Оно идеально для тех, кто долго болел и устал.

— Там холодно, — возразила я.

— Души сами по себе холодные. Это идеальная температура для них. Большинство душ сами не хотят никуда уходить, после того как обустроят свои комнаты. Многие проводят вечность, проживая свои самые счастливые моменты снова и снова.

Я не знала, говорит он это серьёзно или нет, но я хорошо знала Рейн. Если она хочет, чтобы её отец попал в Асгард, ничто её не остановит. Вот такая она упрямая. Возможно, она найдёт лазейку в этом дурацком правиле.

Я увидела часы на её тумбочке. Уже почти десять.

— Все внизу?

— Да. Миссис Купер хотела побыть наедине со своим супругом, но мы не можем долго задерживаться. Я должен завтра вернуться.

— Завтра? Разве путь в Хель и обратно занимает так много времени?

Эхо усмехнулся.

— Нет. Несколько секунд по сути, но я должен подобрать ему местечко поближе к богам. Мне придётся проскользнуть в их крыло и незаметно подготовить одну из незанятых комнат.

Наконец-то я что-то узнала про Хель.

— Незанятых комнат? Неужели чертоги Хель — это что-то вроде отеля с множеством номеров?

— Скорее, как одна огромная спальня с бесконечными рядами кроватей. Но боги и богини капризны, поэтому для них выделены отдельные комнаты. Богине Хель и в голову не придёт искать его там. Боги, особенно мёртвые, терпеть не могут, когда их беспокоят во время их посмертного отдыха. Они приходят в бешенство и начинают мстить. — Эхо пожал плечами. — Мстительные ублюдки. Можно подумать, все кругом виноваты, что они угодили в Хель, а не Асгард. Но всё же когда они просыпаются, их нужно развлекать. К счастью, богиня Хель создала для них особые условия.

— Не понимаю. Какое дело богине до отца Рейн?

— Эрик, — ответил Эхо. — Она не забыла, что Норны свели Эрика с Рейн и её семьёй, чтобы он оказался окружён любовью. Конечно, это всё вина Норн, но в Хель столько ненависти, что она распространяет её на всех причастных.

Я нахмурилась.

— Обо мне она тоже знает?

Эхо скосил на меня взгляд, уголок его губ приподнялся.

— О девушке, которую её сын так любит, что покинул Асгард, чтобы спасти её от меня? О да.

Я поморщилась. Эхо усмехнулся. Я ущипнула его. Иногда он ведёт себя как козёл.

— Перестань дурачиться. Я серьёзно.

Он крепко обнял меня.

— Никто моё не тронет, а ты, Кора-мио, моя. Она считает, что ты и Малиина — один человек. Поскольку Малиина мертва, то для Хель ты тоже мертва. Её душу она видела в Хель, а значит, ты уже её не волнуешь. Идём.

Он взял меня за руку и повёл к зеркальному порталу, откликнувшемуся на его руны.

— Погоди. А Рейн знает о недовольстве богини? — прошептала я.

— Нет, конечно. Она слишком импульсивна и может на эмоциях сделать что-то такое, что взбесит богов и Норн. В курсе только Торин.

И зная его, я уверена, что он хранит это в секрете от Рейн. Возможно, так даже лучше. Я бы тоже не хотела об этом знать. Портал в гостиную открылся, и я увидела, как остальные сидят на диване и у бара. Тишина была жутковатой.

Я потянула Эхо за руку, останавливая. Как только мы присоединимся к остальным, он отправился с отцом Рейн в Хель. Само по себе это меня не беспокоило. А вот его планы по поиску подходящей комнаты под самым носом богини — уже повод переживать. Вдруг она узнает о том, что он задумал? Вдруг её стражники поймают его? Он может попасть на Берег Мертвецов к проклятым душам.

— У богини Хель много стражников?

— Три главных, но я знаю их порядки. К слову о страже, тебе понадобится это

Он достал из заднего кармана мой телефон и вложил в мою руку.

Чёрт! Я совсем забыла про Дэва.

— Вы с ним поговорили?

— Не совсем. Как только он ответил на мой вопрос, я решил, что всё остальное может подождать до моего возвращения.

— Какой вопрос?

— Поговорим об этом, когда я вернусь, — прошептал он, сжав мою ладонь, и потянул за собой через портал. У большинства присутствующих в гостиной были бокалы с чем-то, кроме Рейн и Торина. Она свернулась клубочком рядом с ним, её глаза были красными, а взгляд стеклянным. Судя по лицу Торина, его душа болела за неё. Она выглядела даже хуже, чем было до этого. Видимо, смирилась с тем фактом, что её отец попадёт в Хель. Если бы она знала о том, какую ненависть богиня питает к её семье, то могла бы сорваться.

Глаза Феми тоже покраснели. Она всегда казалось непоколебимой, но сердце у неё было мягким. Блейн, Ингрид и Эндрис мрачно смотрели в свои бокалы. Поскольку им всем уже несколько столетий, я более чем уверена, что они пьют алкоголь.

Сваны — мамы Рейн — в комнате не было. Я гадала, знает ли она об особом отношении богини к их семье. Вполне возможно. Не удивлюсь, если она уже спрятала душу мужа где-нибудь в Асгарде, где Хель его никогда не найдёт. С другой стороны, она только недавно вернула себе звание Валькирии и вряд ли станет так рисковать.

Первым нас заметил Торин.

— Ты готов?

Эхо кивнул.

— Мне только нужны пальто и перчатки.

— И я. Я пойду с тобой, — сказал Эндрис, вставая.

— Нет, — отрезал Эхо. — Хель — мой мир, и только я решаю, кто пойдёт со мной.

— Торин нужен Рейн, — твёрдо произнёс Эндрис, в кои-то веки не подначивая Эхо. — Ты не знаешь, сколько времени это займёт.

Я сильно удивилась, когда Эхо неохотно кивнул. Если Рейн и слышала их слова, то никак не отреагировала. Она даже не подняла глаз, когда дверь кабинета открылась, и её мать вышла вместе с душой своего мужа. Миссис Купер выглядела так же плохо, как Рейн. Мистер Купер был спокоен. Поскольку он женился на Валькирии, он, видимо, был морально готов ко всему этому. Большинство душ теряются в присутствии Валькирий.

Мама Рейн обняла меня.

— Как ты, милая?

— Уже лучше. — Я бросила взгляд на душу и прочитала благодарность на его лице. Он улыбнулся. — Простите, что потеряла сознание.

— Нет-нет, что ты. Не извиняйся за это. То, что ты сделала, было очень смело. Благодаря тебе, — её подбородок задрожал, глаза наполнились слезами, — я смогла ещё раз услышать голос Тристана. Не переживай об этих рунах медиума. Лавания во всём разберётся и поможет тебе их освоить.

Миссис Купер поцеловала меня в обе щеки, а затем посмотрела на Эхо. Он напрягся.