Два тигра

— Поедем мы четверо и с собой возьмем шестерых человек. Остальных отправим на судно вместе с Самбильонгом, Каммамури, а также Сурамой. Теперь девушка скорее будет помехой, чем подмогой.

— Господину Янесу тоже лучше остаться, — сказал лейтенант.

— Почему? — удивился португалец.

— С его белой кожей нельзя показываться в Дели. Повстанцы убивают всех европейцев.

— Я загримируюсь под индийца, не беспокойтесь, господин де Люссак.

— А вы сами составите нам компанию? — спросил Сандокан.

— Надеюсь, что смогу сопровождать вас по крайней мере до аванпостов. Я знаю, что генерал Бернард концентрирует войска у Амбалы и что англичане уже установили сильные войсковые кордоны в тех местах. Мой полк перебазируется туда. В Калькутте меня наверняка ждет предписание присоединиться к моим товарищам как можно скорее, а поскольку вы тоже поедете быстро, я не откажусь сопровождать вас.

— Тогда отправляемся, — заключил Сандокан.

Каммамури уже нанял шесть почтовых колясок, каждая на двух человек, а Самбильонг получил точные указания насчет того, как отвести парусник в Калькутту, где он должен был дожидаться их возвращения.

В девять утра коляски оставили Порт-Каннинг, быстро покатив по дороге, проложенной в гангских джунглях. Кучера, которым Сандокан обещал хорошо заплатить, не жалели лошадей. Упряжки неслись, как ветер, вздымая облака пыли.

В два часа пополудни путешественники уже были в Сенапоре, станции, расположенной на полпути между Порт-Каннингом и столицей Бенгалии. Лошади совершенно выдохлись от этой дьявольской гонки, тем более под палящим тропическим солнцем.

Сандокан и его товарищи сделали получасовую остановку, чтобы наскоро перекусить, и снова пустились в путь на свежих лошадях.

— Двойные чаевые, если вы доставите нас в Калькутту до закрытия почты, — пообещал Сандокан, садясь в свою коляску.

Нельзя было лучше подбодрить кучеров, которые тут же пустили в ход свои хлысты. Шесть колясок неслись с молниеносной быстротой, страшно подскакивая на широких колеях дороги, затвердевших под горячими лучами солнца.

В пять часов на горизонте показались первые здания столицы Бенгалии, а в шесть коляски влетели в предместье, заставляя разбегаться пешеходов, попадавшихся им на пути.

Оставалось десять минут до закрытия почты, когда они остановились перед ее внушительным зданием в центре бенгальской столицы.

Господин де Люссак, у которого были знакомые среди здешних чиновников, и Сандокан вошли и вскоре вышли обратно с письмом, адресованным капитану «Марианны». На конверте стояла подпись Сирдара.

Письмо тут же вскрыли и жадно прочитали.

Брамин предупреждал их, что Суйод-хан прибыл в Калькутту сегодня утром, что нанял самую быструю шлюпку с отборными гребцами и собирается подняться по Хугли до Ганга и там из Патны отправиться поездом в Дели.

Он добавлял, что с ними маленькая Дарма и четверо главарей тугов, и что новые известия они найдут на почте в Мунгере.

— У него двенадцать или тринадцать часов преимущества перед нами, — сказал Сандокан, прочтя письмо. — Как вы думаете, господин де Люссак, мы сможем догнать его раньше, чем он доберется до Патны?

— Возможно, если мы поедем на поезде через Ранигандж-Мадхупур, но нам придется, заехав в Патну, вернуться в Мунгер, чтобы взять письмо.

— То есть вернуться назад?

— На это понадобится по крайней мере шесть часов, и потом мне, вероятно, еще надо будет зайти к губернатору Бенгалии за пропуском для вас, а сейчас уже слишком поздно, и меня не примут.

— Значит, нам придется потерять двадцать четыре часа, — сказал Сандокан с безнадежным жестом.

— Это необходимо, капитан.

— Когда мы сможем прибыть в Патну?

— Послезавтра вечером.

— Я доберусь туда раньше этой собаки Суйод-хана?

— Все зависит от выносливости его гребцов, — ответил лейтенант.

— А если нам тоже нанять очень быструю шлюпку?

— Вы потеряете много времени и не выиграете ничего. Пойдемте ко мне, господа, отдохнем до завтрашнего утра. В девять я буду у губернатора, и еще до полудня мы отправимся дальше.

Понимая, что все возражения бесполезны, Сандокан и его друзья приняли это предложение и отправились на Стренд, где находился дом француза.

Вечер прошел в составлении планов, как догнать беглеца раньше, чем он присоединится к восставшим.

На следующий день, еще до одиннадцати, лейтенант вернулся домой с довольным видом. У него была долгая беседа с губернатором, и он получил пропуск, который предоставлял его друзьям свободный проезд через расположение английских войск, рекомендательное письмо к генералу Бернарду, а также разрешение ему самому сопровождать их до военного кордона.

Они быстро приготовились к отъезду, и вскоре маленький отряд покинул Калькутту, расположившись в удобном вагоне Северо-индийской железной дороги.

Индийские железнодорожные компании ничего не жалеют для удобства своих пассажиров, и в их поездах можно ездить с большим комфортом. В каждом вагоне только два просторных купе, с удобными сиденьями, с отдельными спальными местами, и две туалетных комнаты. На каждой остановке в купе приходит служащий станции, чтобы узнать, что пассажиры желают на обед, и телеграфирует на следующую станцию. Так что, прибыв туда, путешественники все уже находят готовым; им даже нет нужды выходить из вагона.

Поезд с мощным локомотивом мчался от станции к станции быстро, к великому удовлетворению Сандокана, который считал каждую минуту, отделяющую его от Патны. В три часа они проехали станцию Хугли, в полночь Ранигандж, и поезд уже ехал по Верхней Бенгалии, быстро приближаясь к величественному Гангу.

Однако лишь на следующий день, в два часа пополудни, Сандокан и его друзья вышли в Патне, одном из главных городов Северной Бенгалии, который омывается водами священной реки. Они сразу же отправились на почту, чтобы получить известия от Сирдара, но там не оказалось ничего, адресованного капитану «Марианны».

— Поехали в Мунгер, — сказал Тигр Малайзии. — Видно, Суйод-хан не остановился здесь, а сразу поехал дальше.

Поезд был готов к отправлению. Они заняли места в вагоне и вскоре уже ехали вдоль берега Ганга. А еще через три часа уже были на почте в Мунгере.

Сирдар сдержал свое обещание. В письме, датированным вчерашним вечером, сообщалось, что Суйод-хан распростился с экипажем и пересел на поезд в Патну, по линии Чхапра — Горакхпур — Дели.

— Мошенник ускользнул и на этот раз, — в ярости воскликнул Сандокан. — Ничего не остается, как отправиться искать его в Дели.