Два в одном

– Итак, Ярик, я хочу услышать от тебя, к какому выводу ты пришел по итогу сегодняшнего дня.

– А какой вывод ожидается? – Я пожал плечами. – Вы каким-то способом заблокировали все мои техники, очевидно при помощи господина Йошимори. Потом Аки отыгралась на мне за все прошлые неудачи. Физподготовка у меня явно не профилирующая, да и единоборствам я не обучался настолько углубленно как вы обе, так по верхам нахватался, да и то…

– Это все выводы которые ты сделал? – голос девушки был максимально нейтральным, но я уже в третий раз замечаю, что после такого обычно следуют неутешительные для меня заключения и резолюции.

– Ну, если коротко – если мы попадем в зону, где тенеб… ну в общем, где блокируются мои возможности – я становлюсь бесполезен. Так?

– Не совсем. Ты становишься не просто бесполезен, ты – обуза. Что собираешься с этим делать?

Мде. И возразить толком нечего. А что делать… да хрен знает…

– Вообще, я думаю, что смогу научиться чувствовать такие зоны. И просто их избегать.

– Приемлемо, для начала. А что будешь делать, если не удастся? Или если, к примеру в силу ситуации придется туда войти?

– Я хочу освоить еще стрелковое оружие. Получить на него разрешение. Если это не противоречит политике и внутренним правилам…

– Не противоречит. Все?

– Ну… да наверное…

Китсу вздохнула, повернулась к рыжей.

– Добавишь что-нибудь?

Аки просто пожала плечами, подхватив палочками кусок беловатого колобка и отправила в рот.

– Понятно. Теперь послушай мое мнение. Твое ё-дзюцу очень сильно. Безусловно – оно твоя сильная сторона. И в большинстве случаев вероятно поможет тебе справиться с подавляющим количеством угроз. Сложность в том, что ты слишком привык полагаться на него, и если его заблокировать… отключить… проще говоря – выкинуть из уравнения – твоя отработанная модель поведения рушится, уверенность в себе пропадает, ты сразу становишься беззащитен, если не сказать – уязвим…

– Понимаю…

– Не понимаешь, - отрезала Китсу. – Ты становишься слаб и уязвим не потому, что отключается твое сильнейшее оружие, а потому, что ты морально уже признаешь поражение в тот самый миг, когда это происходит. Теперь ты будешь тренироваться минимум трижды в неделю. Сначала проходить общую силовую и медитативную тренировку у сенсея, потом с тобой будет заниматься Аки. Персонально. Я бы попросила Танаку заняться тобой, но… к сожалению, начинать полноценно тебя обучать по максимально эффективной программе уже поздно – ты сформировался, и перестроить уже не выйдет…

– Ты хочешь сказать, что Аки лучший тренер чем Танака?

Я затормозил, оставив фразу недосказанной, но сереброволоска уловила суть.

– Не лучший, но и не худший. А для тебя – вероятно единственный наиболее подходящий.

Я задумался. Очень хотелось сказать, что это в принципе бесполезно, я просто не успею освоить что-либо на нужном уровне…

– А… почему… нет, не так. Вот если Аки и Танака выйдут на ринг – кто кого сделает?

Рыжая пренебрежительно фыркнула, сложив руки за головой и вытянувшись, картинно зевая.

– Мы как-то пробовали…

Китсу улыбнулась, покачала головой, словно говоря, мол, ну давай уже, красуйся хвастунишка.

– И… каков результат?

– Ничья. Мы спарринговали почти шесть часов. По итогу просто оба вымотались и согласились, что победителя нет.

Мои брови поползли вверх, я перевел взгляд на Китсу, которая никак не отреагировала на это явное хвастовство.

– Заливаешь, - фыркнул я, нотя на ум просилось другое слово, покороче и не совсем цензурное…

– Ты зря сравниваешь Аки и Танаку, - вмешалась Китсу.
– Это сравнение не имеет практического применения, - покачала головой она. – Если Танака поймает Аки или сможет хотя бы задержать на пару секунд – она проиграет. Но он не сможет. Еще ни разу не смог. Аки в свою очередь – не сможет его пробить. У Танаки почти нет уязвимых сторон, а те, что есть он тщательно охраняет. Если их поле боя – ограниченное пространство, например пустая комната с низкими потолками десять на десять шагов – Аки неумолимо проиграет. Если эта комната будет больше и полна мебели, предметов или не очень хорошо освещена – шансы падают в разы, и неизвестно кто победитель. В темной комнате, или если полигон сражения – дом, или улица и вокруг много укрытий – Танака проиграет. Без шансов…

Я хотел было уточнить в чем принципиальное отличие и почему обстановка и освещение влияет, но Китсу продолжила сама:

– Танака – защитник, воин и личный телохранитель. Он – скала, о которую разобьется любой враг как стекло. Аки – это бушующий поток, который обтекает, охватывает, смывает, способен проникнуть в любую щель или просвет, но при этом неуловим и в руках его не удержишь. Танака несокрушимый великан, Аки – ловкая как водный дракон.

Я кивнул, вспоминая свою жалкую попытку спарригнга с Аки. Даже ту, первую, где я кое-как смог сопротивляться. Только один раз я умудрился ее подловить, и то…

– И тут мы подходим к важному моменту, - Китсу просверлила меня взглядом. – Фактически я могу приказать Аки-чан тренировать тебя, и она это приказ выполнит максимально скрупулезно, я в ней не сомневаюсь ни на мгновение. Но… здесь есть кое-что большее. По нашей традиции – ученик просит мастера принять его со всем уважением и смирением. И мастер – принимая ученика берет за него ответственность не только перед господином, но и перед небесами и своим сердцем. Я не хочу приказывать тебе или ей. И более того, если хочешь – ты можешь попросить одного из сенсеев отца или даже Танаку, никто тебе не откажет. Но мое мнение – будет лучше если за тебя возьмется Аки, и обучит бою в своем стиле…

Рыжая глянула в нашу сторону, ее лицо вытянулось, а глаза округлились, словно она не на шутку встревожилась.

– Может это лишнее? Я итак…

Китсу подняла руку призывая молчать, а смотрел по очереди то на одну то на другую. И если Китсу держала покер-фейс, но Аки явно волновалась.

Я не имел богатого опыта в их культуре, но на примере того, что уже тут недолго наблюдал – очень похоже что это важный момент, который нужно правильно отыграть. Поэтому поднимаюсь, становлюсь напротив Аки склоняюсь в уважительном поклоне и тихо говорю:

– Уважаемая Аки-сенсей, окажите мне честь примите меня в ученики. Обещаю прилежно учиться и выполнять все требования и проявлять уважение… в пределах обучения боевым техникам и вашему стилю.

Повисла тишина. Потом я услышал ехидный голос Аки:

– Ты хорошо понимаешь, чего просишь? Как ученик ты должен выказывать максимальное почтение, слушаться во всем, ни звуком ни жестом не проявлять непокорности, если я говорю что так нужно – даже если скажу пробежать голым вокруг усадьбы!

Китсу справа хихикнула и тут же затихла.

– Понимаю, - выдавил из себя я, и мысленно выматерился. – Но так же понимаю, что ученик – это и лицо учителя. Если вы, Аки-сенсей заставите меня бегать вокруг голым – то потеряете лицо вместе со мной! И хочу оговорить момент, что готов выполнять все что будет сказано только в рамках обучения и тренировок. В других ситуациях – по обстоятельствам. Не хочу вас расстраивать, и напоминать ситуацию на званом вечере…

– Т-с-с-щ… - Аки цыкнула, и мне показалось, что отвернулась, а Китсу снова хихикнула и сказала по-японски: