Два в одном
Шрифт:
– Это только кажется… меня срубает, а в животе словно ножом елозят… Как вы меня отравили? И чем?
Сидевший напротив тип загыгытал, скорчив довольную рожу.
– Скажи спасибо своей милой и сговорчивой подружке… знаешь, сколько мы ей отвалили за содействие?
Качаю головой, закусывая губу.
– Ты врешь. Она не могла. Да и как? В кофе подсыпала? Так она сама его отхлебнула при мне!
Здоровый тип заулыбался еще шире.
– И она бы не согласилась ни за какие деньги…
Окружающие бандиты переглянулись и мерзко засмеялись, все кроме самого старшего рыжебородого мужика, смотрящего на меня с явным желанием выпустить кишки.
– Хочешь узнать, сколько стоит твоя шлюшка-подружка и ее верность? Всего то полтора ляма. Если будешь послушным, сученыш
– Даже если и так… вы ее запугали до смерти… Просто за деньги она бы не согласилась. Я не настолько тупой…
– Тупой! Еще какой тупой, - снова заржал накачанный парень весь в татушках, но рыжий мужик щелкнул пальцем и тот затих.
– Ну хорошо, может самую чуточку туповат, раз дал себя поймать… зато вы все - трупы. Я сейчас разговариваю с мертвецами… да я - некромант! – ухмыляюсь, стараясь не показывать гложащее изнутри чувство страха.
– Что ты несешь! – Алкинус брезгливо бросил окурок в окно.
– Что несу? Вы напали на слугу рода Сирогане. Прекрасно понимая, что это нарушение перемирия. Я уточнял у Китсу-но-ичи Сирогане что это за договор, что запрещено, и главное - что будет с нарушителями. С момента, как вы напали на меня и моих друзей – вы вне защиты своих, и останетесь с Сирогане один на один. Факт нападения скрыть вы не сможете, вокруг камеры, кто-то что-то да видел… всех свидетелей не уберешь и следы не потрешь. Вам конец, - сделал я вывод, стараясь говорить максимально уверенно. – Но этого еще можно избежать… Остановите машину, высадите меня. И я не стану выдвигать обвинения. Более того – возьму прототип и помогу вернуть когнитивность Никеасу и его шестеркам…
Алкинус глянул на меня, покачал головой и усмехнулся.
– Ты пытаешься торговаться без козырей на руках, и считаешь нас глупее себя, щегол малолетний? Думаешь, что хитрее и умнее всех вокруг? Когда-то и я мыслил схожим образом… думал, что умнее всех…
Он достал из кармана телефон, что-то пощелкал на экране, и включил погромче.
«Я тебе верю, просто как ты сможешь без прибора… Да нет никакого прибора! Я сам и есть прибор! Что? Что слышала… потом объясню, пошли давай!»
Я с большим трудом сдержал покер-фейс.
– И что? Мне нужно было что-то сказать тупой перепуганной бабе…
– У нас есть все записи самых интересных моментов, касающихся тебя. Ваша потасовка в университете, запись с камер в кафе, и запись камер наблюдения дома Градова – тоже.
Сердце пропустило удар, но я старался не показать тревоги.
– Допустим. И что?
– Ты не используешь никаких прототипов, приборов и вообще технических средств. По крайней мере – ничего похожего при тебе нет. Значит, либо какая-то мутация, либо, что наиболее вероятно – имплант. Я уже понял, что перед каждой атакой по мозгам тебе нужно указать пальцем цель. Значит, пока ты связан – ты не опаснее младенца. Оставим пока за кадром как тебе удается делать все эти фокусы… Что касается второй затронутой тобой темы, а именно - перемирие с Сирогане… ты прав, это серьезное препятствие для нас. Мы не можем навредить тебе, твоим друзьям, вашим родственникам, даже дальним…
– Тогда что я здесь делаю? Как вы говорили - вы не можете мне навредить! Требую, чтобы меня немедленно отпустили! Иначе как только освобожусь…
– Так мы тебе и не вредим! И ты не освободишься. И помолчи, скоро ты все узнаешь и осознаешь. Тогда поймешь, что все твои фокусы и уловки - детский лепет.
– Я не хочу тут находиться, мне домой нужно! Требую отпустить…
Здоровый тип опять заржал, скалясь как бабуин в момент случки.
– А ты не переживай. Мы тебя как раз домой везем, - в голосе рыжего почувствовались издевательские нотки, и мне вдруг стало не по себе…
* * * * *
По крайней мере, мне не солгали. Вскоре микроавтобус и правда подъехал к воротам особняка Градовых, затормозил, мигнул два раза фарами. На улицу выглянул охранник с проходной, приблизился, глянул вовнутрь… и я похолодел: потому что не узнал его. Более того – видел впервые. Но на проходной работали трое бессменных людей, и…
Охранник
кивнул Алкинусу и ворота начали открываться, а в моей голове лихорадочно забурлило, мысли понеслись вскачь. Это что получается, этот рыжий мразотник просто въехал на территорию особняка как к себе домой? Куда смотрит тот же Дима, который вместо Виктора исполняет обязанности начальника охраны? И что за левый тип на проходной?– Что, сыкун малолетний, дошло до тебя? – заржал качок, но Алкинус погрозил ему пальцем.
– Успокойся, не порть нашему другу впечатления. Не дошло до него еще ничего, но скоро дойдет.
Я немного расслабился. Может, не все так плохо. Видимо, они о чем-то договорились с Градовым, и сейчас меня тащат, чтобы он меня заставил… наверное как-то закрепить их договоренности. Ну ну…
Дверца микроавтобуса открылась, и бандиты посыпали наружу. Меня вытащили за ворот пиджака, и не долго думая поволокли наверх, в особняк, к главному входу, ведущему в холл. Глядя, словно в замедленной сьемке, как открывается дверь, я был почти уверен, что сейчас нас встретит Петр Петрович, проведет в свой кабинет, вызовет мою маму, состоится долгий разговор, и он потребует от меня чтобы я вел себя с этими уродами уважительно, и бла бла бла…
Реальность оказалась куда… суровее и беспощаднее. Во всех смыслах.
Да, Петрович стоял в холле, в ожидании. Да, тут была и мама, а еще исполняющий обязанности начальника охраны Дима, и Лиза, и даже старый садовник…
Но на этом моя интуиция закончила с правильными догадками. В холле присутствовали еще около пятнадцати человек… незнакомых, вооруженных, опасных и агрессивных. Петрович был тут… стоял на коленях с права от входа, а ему в голову был направлен все такой же автоматический пистолет. Лиза с разбитым, заплаканным лицом сидела на полу, подпирая тумбочку недалеко от моей мамы, которая… была прикована наручниками за вмурованный в стену бронзовый канделябр. На ее лице были следы ударов и кровоподтек, а в глазах неподдельны ужас…
– Как у вас там говорят? Сюрпри-из! – расхохотался И Су Йен, стоявший слева от входа в кучке неизвестных людей с азиатской внешностью.
– Вот теперь поговорим как следует, мелкий урод…
Глава 43
Каким словом можно выразить наивысшую степень удивления? Не просто офигел, охренел, впал в ступор, или оху… в общем, не знаете? Вот и я не знаю, как можно одним словом назвать апофеоз удивления.
Удивления, наступившего не потому, что я не ожидал увидеть здесь всю эту гоп-компанию, или не тому, что Градов связан и на коленях с приставленным стволом к башке, а мама прикована наручниками - почти подвешена к несущей колонне… Знаете в чем причина? Точнее - в ком? Из всех присутствующих – лишь один человек сильно выделялся, и это не Алкинус, не И Су Йен, и не еще один судя по всему важный кореец, в дорогущем костюме с золотыми запонками и позолоченной ручкой трости, на которую опирался. Меня поразил Дима. Наш Дима, временный И.О. начальника охраны, стоящий рядом с этим колоритны корейцем и держащий в руках пистолет. Его взгляд не выражал абсолютно ничего. Не было той привычной улыбки, дружеского подтрунивания, к которому я уже привык. Взгляд был холодный и отрешенный, словно он никого здесь не знает и вообще ему все-равно что происходит… Я сложил два плюс два и получил вполне закономерный результат - похоже дом захватили без единой попытки сопротивления. Вся охрана была заменена на незнакомцев явно с его подачи. Вот же сука.
– Ну что, обсос, вот мы и встретились снова! – И Су Йен приблизился, явно наслаждаясь ситуацией. Сделал резкий рывок, словно намеревался двинуть мне под дых в излюбленной манере, и я рефлекторно напрягся, но удара не последовало. – Ничего, поживи… пока. Пока я не могу тебя отмудохать, но я подожду, осталось всего ничего…
На язык тут же попался достаточно резкий ответ, но я только выдохнул, сдерживаясь. Слишком мало данных для анализа ситуации. Здесь что-то не так.
– Помолчи, Йен, - произнес спокойный голос, с небольшим акцентом, от звука которого мне стало мягко говоря не по себе. – Не торопи события. Значит ты и есть Харт Яромир…