Два в одном

– И куда это мы там смотрим? – ехидно поинтересовалась эта вредина, наклоняясь следом и перехватывая мой взгляд своими красивыми глазками. – Там есть что-то интереснее меня?

Я подавился следующей своей фразой, чувствуя, как наливаюсь краской. Попытался сообразить как на такое ответить:

– Нет… - я опустил взгляд, ища куда бы отвести его от этой бесстыжей вредины.
– Ну то есть…

– Нет? То есть, ничего интересного там нет? Совсем?

– Ну, я хотел сказать, что, конечно, там есть кое-что слишком интересное, и…

– И это чем-бы-оно-ни-было – интереснее меня?

– Блин… ты зачем меня троллишь? Ты прекрасно поняла, что я…

– Я прекрасно поняла, что тебе интереснее смотреть куда угодно, только не на твою госпожу, которая, между прочим, считается самой красивой принцессой среди своего поколения! И я тут трачу время на такого глупого и недалекого, неотёсанного… хотя, прости, а сколько тебе лет? У нас возраст исчисляется немного по-другому, может ты еще слишком молод… ну, в смысле, тебе, наверное, рано…

Мои щеки были уже пунцовые, а эта вредосина продолжает рассуждать, словно на отвлеченную тему.

– Ах ты поганка! Ты сейчас серьезно? Ну держись!

Я недолго думая схватил ее за обе руки и рывком стащил в воду. Раздался вскрик и тоненький писк, тело плюхнулось, вызвав тучу брызг, да так, что меня обдало горячей водой источника целиком, включая лицо и голову.

– Baka! Больно между прочим! – с какой-то ноткой обиды в голосе выдохнула Китсу и со всего размаха брызнула водой.

Я зажмурился буквально на секунду, отфыркнувшись, и… девушка снова пропала.

Да что за нахрен, вот как она это делает? Я помотал головой по сторонам, уже понимая, что бесполезно.

– Китсу?

Никакого ответа. Мне вдруг в голову пришло, что я перегнул палку. Все-таки мне не давали разрешения так откровенно распускать руки. Игры играми, их культура мне не особо знакома, и возможно что как раз девушка ведет себя нормально. Я слышал, что у них издавна омовения принимают в очень тесных пространствах, и это не значит абсолютно ничего в романтическом плане. Или же она со мной просто играет, а я тут…

– Китсу, ты… я тебя обидел?

Никакого ответа. Я постоял в воде еще полминуты. Зараза, похоже и правда обиделась…

– Прости пожалуйста, - сказал я в пустоту.

Никакой реакции, и я понял, что она, вероятно, просто ушла. Эхх…

Подплываю к краю, разворачиваюсь спиной и подпрыгнув – присаживаюсь на бортик. Перекинул ноги, отряхнулся, и… завис. Вокруг не было ни полотенца, ни моих вещей, ни халата, ничего, что можно было бы использовать, чтобы хотя бы прикрыться. Черт, вот же я влип. Оглянувшись по сторонам, со вздохом поднимаюсь и делаю шаг к арке двери, когда неожиданно сзади на плечи ложатся нежные невесомые ладошки.

– Ух! Зачем так пугать! У меня чуть сердце не выскочило! – ворчу я, больше для порядка.

Тем не менее, на кончиках нежных пальчиков вдруг образуются острые колючки, угрожая проколоть кожу и разодрать шею и горло.

– Ты сейчас хорошо подумал, что сказал? – сердитый голосок Кисту-но-ити обдал таким льдом, что меня чуть ли не до пяток проморозило. – Я значит тебя пугаю? Я такая страшная? М?

Я чуть не засмеялся – опять она в своей манере. Китсу, такая Китсу…

– А если я скажу тебе что ты страшно… красивая? Что у меня кровь закипает, когда ты просто проходишь рядом, а когда прижимаешься, как пару дней назад в аудитории я и правда чувствую себя школьником… а сейчас ты просто издеваешься, кипятя мои гормоны в крови, что, между прочим, нечестно и обидно…

Я почувствовал, как пальчики напрягаются, острые ногти впиваются в кожу. Закрыл глаза, стараясь не показать, что и правда опасаюсь за свою шкуру. Да и вообще, чего опасаться? Кого? Шикарную принцессу из восточной сказки, которая в трудную минуту отшвырнула прочь корону, одела костюм ниндзя и очертя голову кинулась в бой ради парня, которого знает меньше двух недель, просто потому что обещала?

– Китсу, я…

– Заткнись, хорошо? Я давно поняла: некоторых парней красит молчание, потому что языком они пользуются из рук вон плохо.

Я хрюкнул и едва не всхлипнул от смеха и двусмысленности фразы.

– Ответь мне на вопрос: ты мне веришь, Ярик? Доверяешь мне, как себе?

Прикрываю глаза. Вопрос с огромным подвохом. После положительного ответа она откроет дорогу любому другому каверзному вопросу. Да и похрен.

– Да, Китсу, верю. Если честно я…

Но договорить не получилось, так как на моей шее возникли теплые полные губы, п так жепрерывистое дыхание. Подавил в себе желание спросить, что же она делает. Почувствовал на коже острые зубки, но продолжал стоять не двигаясь.

– И правда, веришь. И доверяешь… Так кто такая эта Малисса?

«Демон. Мистическое существо, которое… хочет от меня очень много в обмен на сделку, которую я заключил», хотел сказать я.

– Она мистическое существо, благодаря которому я и умею все те непонятные штуки, благодаря которым мы и познакомились…

Я вдруг почувствовал, как ее ладошки и плечи трясутся, и не сразу понял, что это смех, пока зубки на моей шее не проступили куда отчетливее.

– Ефе раф меня обманефь – я тебя ифкуфаю до крови.

– Но я не…

– Обманываешь. Мы с тобой познакомились не благодаря непонятным мистическим штукам. А благодаря тому, что ты не… как у вас говорят – не сдрефил? Не побоялся подмигнуть красивой незнакомой девчонке, которой ты тоже в тот момент понравился, пусть и непонятно чем именно…

И внезапно зубки вновь сменились губами с тонким и проворным язычком, который осторожно и медленно провел по шее. Я почувствовал, как все те же пухлые губы покрывают мелкими касаниями плечи и шею.

– Китсу, я…

К моей обнаженной спине прижалось нежное девичье тело, на уровне лопаток ощущались два горячих объёмных и мягких холмика, а бархатные пальчики скользнули по моему торсу и ниже, сначала как-то робко, но спустя немного времени – уже уверенно и даже бесстыже.

Я сглотнул, почувствовав как тонкий нахальный язычок скользит вдоль позвоночника вниз, а пальчики девушки обхватывают внизу, заключая самую чувствительную мою часть в нежный, мягкий и такой развратный плен.

Но вот попытка повернуться оборачивается провалом: девушка плавно ускользает неслышной тенью. Разворачиваюсь назад – а она стоит впереди, закусив пухленькую губу, длинные волосы откинуты назад, и на этот раз не прикрывают ни сантиметра. От девушки пахнет свежестью, мускусом, хвоей и чем-то неуловимо цитрусовым. Я ощутил это, когда она неожиданно шагнула влево, увлекая за собой – на небольшой коврик, расстеленный по правую руку от входа. Рядом с ним чадила маленькая арома лампадка, извергая странный розовый дым.