Два в одном
Шрифт:
«Привет. Это Яромир Харт. Хочу извиниться за свою выходку, и особенно за свои слова, сказанные сегодня. Я понимаю, что перегнул палку. На самом деле я так не думаю, конечно же, но твоя подружка Аки не располагает к адекватному общению, и своей манерой общения вызывает дикое желание ее придушить. И думаю, такое не только у меня. В любом случае, если моих извинений тут недостаточно – готов повторить их в универе при всех».
Подумал и нажал «отправить». Сообщение улетело. Я полистал свой профиль, проверил новые уведомления и сообщения. В сообщениях ничего интересного не оказалось, зато в уведомлениях висело больше двадцати запросов на дружбу, что меня слегка удивило, но сейчас было не до этого. Перед тем, как закрыть планшет я еще раз открыл отправленное сообщение. Китсу просмотрела, однако никакой реакции и ответа не последовало.
* * * * *
К малому бассейну я пробирался окольными путями – через поход к центральным воротам, большому бассейну, затем летней столовой и наконец оттуда уже не по дорожке, а по узенькой тропинке, ведущей мимо хвойных посадок к сауне и заветной цели.
Освещение было полностью выключено, как внешние светильники, так и подсветка бассейна. Небольшой летний навес-беседка с тканевыми завесами был пуст, вокруг стояла абсолютная темень, сауна закрыта, и ни одной живой души вокруг. На часах без десяти одиннадцать, Лиза вероятно еще только собирается... Становилось прохладно, и я слегка поежился.
«Ну что, ты готов, любовничек?» - внезапно раздался в голове голос Малиссы и я вздрогнул от неожиданности.
«Чтоб тебя черти драли! – выругался я.
– Обязательно так пугать?»
Малисса расхохоталась, явно довольная собой, но все же ответила:
«Это твое желание, мой милый Ярик? Так я могу! Без проблем, вызову пару чертей, я не против групповушки… Так ты готов или нет?»
«Иди ты к… блин, даже не знаю, куда тебя послать, так чтобы пообиднее было… но точно не к чертям».
«Ну, попозже придумаешь и поупражняешься… Ты мне на вопрос ответишь?»
«На какой вопрос?»
«Я спросила готов ли ты?»
«Так, хватит уже, я в эти игры не играю. К чему готов?…»
«Ты ведь любишь сюрпризы, а?»
Вопрос был явно с подвохом, поэтому я задумался прежде, чем отвечать».
«Смотря что ты подразумеваешь под сюрпризами. Они разные бывают…»
«Сюрприз он сюрприз и есть. Лично я обожаю сюрпризы. И не важно, приятные или нет… погоди, не спорь. Когда ты проживешь с мое, ты сможешь меня понять, и уверена - и ты их полюбишь, когда постигнешь всю их прелесть. Главное запомни: всегда будь к ним готов. Всегда», - повторила она каким-то странным, многообещающим шепотом.
Я еще раз переосмыслил все услышанное. И еще раз. Хотел было уцепиться за некоторые формулировки сказанного, но почему-то остановил сам себя: не время. Позже.»
«Теперь слушай меня очень внимательно, малыш, - голос демоницы приобрел какую-то торжественность, словно подчеркивая важность момента. – Я обещала тебе информацию для размышления…»
Я затих и превратился в слух.
«Этот мир (впрочем, не только этот) – по своей природе дуален, - лекторским тоном начала Малисса, словно профессор философии.
– Все вокруг подчиненно двум силам, принимающим разные обличья, формы и воплощения. Созидание и разрушение, рождение и смерть, начало и конец, нигредо и альбедо, явление и исчезновение, свет и тьма, хаос и порядок, сигнал и шум… список можно продолжать до бесконечности, перечислять много явлений разного порядка. Человеческое существо – не исключение. В основе его действий и стремлений, на его жизненном пути, во всех его помыслах так же преобладают две основополагающие силы. Именно они являются первопричинами всех принятых решений и моделей поведения в целом. Человек, который сможет от них освободиться - станет куда большим чем просто смертным, но это почти невозможно. Смертные интерпретируют, воспринимают и описывают их по-разному, но истинная их форма, сама суть выражается двумя понятиями - СТРАХ и ЖАДНОСТЬ».
Чего? Что за дичь. Я откровенно фыркнул, показывая свое разочарование.
«Слушай, тебе не кажется, что тебя не туда понесло? Не понимаю. Человек за свою жизнь переживает много разных ситуаций и испытывает тонну чувств и куда более глубоких. Как можно равнять, например жизнь и смерть - с каким то страхом или жадностью?»
«А ты подумай как следует, - вкрадчиво прошептала демонесса.- Жадность… Желание обладать. Получить для себя что-то, чего нет у других, присвоить, отнять, сделать своим или частью себя, заставить служить себе. Голод, жажда, надежда и свет в конце тоннеля, страсть, желание секса с большим количеством юных привлекательных самок, жажда
денег, власти, роскоши… и Страх… Страх все это потерять. Страх погибнуть, страх неудач, страх быть осмеянным, отвергнутым обществом, страх попасть в зависимость, испытать невыносимую боль, страх утратить близкого или что-то уникально ценное… Это основные императивы, которые определяют ваше бытие…» - Малисса умолкла, словно давая мне время для размышления.«Полная чушь. Лично мной движет не только это!» - я до какого примитивного существа она меня только что опустила.
«Да? Отрицание очевидного – одна из черт присущих человеку... ну давай возьмем тебя самого как пример. Все твои цели и стремления… чем они продиктованы? Ответь, для чего ты заключил со мной договор? Из каких соображения или побуждений?»
«Ну…»
«Страх немедленной и бесповоротной смерти, - перебила она.
– Страх прекратить существовать, мыслить и чувствовать прямо сейчас. Жадность… жажда жизни, жажда отомстить, желание попрощаться с близкими, сделать еще хотя бы несколько глотков воздуха, вкусить и растянуть последние капли своего бренного существования, «оттянуться» напоследок, ощутить прикосновение женщины… мне продолжать? Так вот, до сегодня вся твоя мотивация диктовалась двумя императивами: желание обладать и страх потерять..»
Я молчал, обдумывая сказанное. Получается, все мои поступки, независимо от целей или обстоятельств, продиктованы… чем?
«Перестань спорить. Найди в себе силы осознать правду, принять сказанное как данность, и двигаться дальше. Но теперь, рассуждая и принимая решения, научить определять, что для тебя действительно важно, а что продиктовано жадностью или страхом. Научись принимать решения не под давлением этих императивов, а всего лишь с учетом их как фактора. И далее перед тем, как вступить в противостояние с сильным противником, всегда задавай себе два вопроса: Чего он желает больше всего? Какой его наибольший страх? Ответ на эти вопросы и определит максимально уязвимую точку, куда ты и должен нанести удар. И если ты сможешь ответить на любой из этих вопросов до начала боя – бой закончится не начавшись. А если сможешь ответить на оба?»
Не успел я открыть рот, чтобы задать вопрос, как неожиданно Малисса сменила лекторский тон:
«Сделаем перерыв, - в голосе прозвучали игривые нотки. – Главное, запомни все что сейчас услышал, и научись этим пользоваться. Доставь мне удовольствие, начни прямо сейчас… »
Я не успел уточнит что именно имеется в виду, как от неожиданности вздрогнул: кто-то сзади одновременно закрыл мне глаза и рот теплыми и слегка влажными ладошками.
– Тихо. Не двигаться. Руки за голову, ноги расставить … - томно и с придыханием прошептали мне в ухо чьи-то губы.
Я едва не вскрикнул от неожиданности, но вовремя прикусил язык. Одна ладошка, закрывающая мои глаза, осталась на месте, а вторая медленно скользнула вниз, с явным интересом ощупывая мой торс, бока, живот и спускаясь ниже.
– Отвечай коротко: оружие есть?
– Нет…
– А это тогда что? – рука медленно скользнула мне между ног, нащупывая сквозь ткань выпирающий инструмент. – Ношение опасного оружия — это преступление, за которое следует неминуемое наказание…
Я хотел было ответить, но ладошка, прикрывающая мне глаза слегка сдвинулась, снова зажав мне рот, вторая же рука тихонько и ритмично заскользила вперёд назад по ткани штанов. На мочке уха нежно сомкнулись пухлые губки. Вот чертовка. Я медленно опустил руки из-за головы, и потянулся назад, а девушка прильнула вплотную к моей спине, и я почувствовал упирающиеся в спину большие и упругие холмики. Разворачиваюсь и хватаю за талию хихикнувшую Лизу, которая нарочито медленно отстраняется, выскальзывает и сопротивляется, отталкивая меня и подаваясь назад шаг за шагом назад в полумрак беседки.
– Нет, нет и нет!
– прошептала она, делая еще шаг назад. – Мы пришли поплавать, не забыл?
Не смотря на полумрак я окинул пристальным взглядом фигурку девушки. Вместо строгого бежевого костюма, в котором она щеголяла дома - на ней был натянут (по-другому и не скажешь) утрированно киношный костюм горничной, со всеми утрированно же откровенными деталями этого костюма. Ультракороткая юбка, чулочки. Огромненный вырез декольте, который куда больше демонстрирует чем скрывает.
Лиза вынула заколки из волос и тряхнула головой, расправляя волосы. Отвернулась от меня, выпятив спину и немного попку.