Дважды

— Капитан, ваша… осторожность продиктована личными мотивами? В чем причина такого протеста? Это зависть к более успешному сопернику? Не мешайте чужому счастью!

Если бы я могла — я бы зажала рот руками! Но руки тоже отказывались слушаться хозяйку.

Марид шокированно оглянулся на меня, капитан же…

«О нет!» — жутко было видеть такое бешенство в его взгляде. А спустя секунды — презрение, разочарование…

— Так, так… — решительным движением руки отодвинув с пути Марида, этот всегда суровый эрх шагнул вплотную ко мне. Его взгляд был способен испепелить, а лицо заострилось от ярости. Но я не боялась! Находясь в отчаянном положении, когда сознание словно попало в плен неведомой воли, я цеплялась за малейший шанс. За любую возможность отсрочить ужасные события. Но увы! — Как я понимаю, вы любите играть? С чувствами, нервами и желаниями других? Что ж… Не рассчитывайте поживиться за мой счет! Я не готов подпитывать ваше эгоистичное самодовольство собственными страданиями. Увольте. Раз вы так глупы, что не способны осознать очевидное — вы заслуживаете свою судьбу!

Подписав мне этими словами смертный приговор, капитан отвернулся и направился к лифту.

— Я готов в рамках своих обязанностей подтвердить изменение вашего семейного статуса, если вы по-прежнему желаете этого. Приходите в официальном порядке, — бросил он, не оглядываясь, и покинул коридор.

— О Лиера!!! — Марид, все время нашего яростного спора с капитаном простоявший рядом в легком ступоре, в тот же миг подскочил ко мне и подхватил на руки. — Это чудо какое-то! Я и подумать не мог… Вот так внезапно и… так решительно. Сам сболтнул не подумав, хотел… Ну, неважно. Когда ты капитану такое заявила… Я испугался! Подумал… Впрочем, это глупо. Главное — он согласился. И ты согласилась! Поспешим! Сегодня день, что изменит мою судьбу!!!

«И мою», — в полном отчаянии, так и не сумев побороть необъяснимое противодействие, сковавшее тело, обреченно подумала я.

Сейчас, когда оглядываюсь назад, все случившееся тогда воспринимается как сон. Жуткий и безумный. И все время я надеялась, что вот-вот проснусь.

Далеко не сразу я осознала причины случившегося, даже Марида подозревая в умышленном влиянии на меня. Дошла до мыслей о том, что он подмешал мне в пищу какой-то наркотик, заставивший меня вести себя неадекватно. Лишь спустя некоторое время, обдумав и проанализировав ситуацию, я поняла — кровь генвра!

Не знаю почему, но моя, скрытая глубоко внутри, чуждая природа решила проявить себя именно в этот момент жизни, подтолкнув на фатальный, ошибочный путь. Я чувствовала это еще тогда, а сейчас, спустя год, мои опасения полностью подтвердились.

Устало вздохнув, бросила в зеркало грустный взгляд и поплелась в зону питания. Ведомственная квартира, что полагалась Мариду на период работы в корпорации, была совсем маленькой. Всего несколько шагов и я достигла цели. Аппетита привычно не было, но, пересилив себя, решила что-нибудь съесть. Хотя бы раз в день я заставляла себя употреблять пищу.

Одиночество и бездействие сводили с ума. Я никого здесь не знала, никакого полезного дела у меня не было, а работать я не могла.

«Хоть бы ребенок был», — вновь посетила меня тоскливая мысль.

Впрочем, с постоянным отсутствием дома супруга это было сложно осуществимой задачей. Марид же…

В глубине души я никогда его не идеализировала. Всегда инстинктивно знала, чего он стоит.

«Он слабый».

Слаб в проявлении собственной воли, слаб в умении противостоять своим желаниям и порокам. Возможно, первоначально я и пробудила в нем интерес, основанный на недоступности. Но, стоило ощущению новизны померкнуть, как он стал прежним. Живущим напоказ эгоистом.

И случилось это быстро.

Перед мысленным взором всплывали грустные воспоминания недавнего прошлого.

Я, в тщетной попытке остановить безумие, в которое за считанные часы превратилась моя жизнь, умоляю Марида подождать с заключением брака. Получается плохо — язык часто говорит противоположное тому, что надо. И Марид От, ослепленный жаждой заполучить давно желаемое, упорно увлекает меня к капитанской рубке.

А там, под презрительным взглядом капитана, я, покорная чуждому влиянию, бормочу абсурдное согласие. Ломаю свою жизнь, связывая себя с мужчиной, которого не люблю, не желаю и не уважаю!

Но судьба не спросила моего мнения — я стала женой практически незнакомца. И изменить что-то оказалось не в моих силах.

Время до возвращения звездолета на планету приписки мы прожили с Маридом семейной жизнью. Вместе! Очнувшись после официального признания наших «отношений» и изменения семейного статуса, я попыталась собраться с духом, надеясь, что смогу примириться с переменами в собственной жизни. Надеясь, что у нас все же что-то может получиться. Опускать руки не хотелось.

Увы, надежда умерла быстро. Первая же ночь стала огромным разочарованием. Для нас обоих.

Марид пылал нетерпением, я же, наоборот, всячески стремилась оттянуть пугающий момент. Но чем отчаяннее тянешь время, тем стремительнее оно бежит. Так и в моем случае. Считаться с моей неуверенностью и смущением супруг не собирался, уж очень важен для него был «факт взаимного обладания».

— Лиера, — твердил он, торопливо увлекая меня после ужина за собой, — работу никто не отменял. Мне теперь надо думать о достатке семьи! А с утра заступает моя смена. Так что поспешим, любимая, я сгораю от нетерпения и страсти. Обещаю, я подарю тебе незабываемую ночь!

В этом Марид не обманул. И спустя год я помнила свой страх, стыд и неуверенность. Ничего объединяющего, связующего, ничего прекрасного между нами так и не возникло. Моя скованность, неуверенность в происходящем и отсутствие опыта вряд ли впечатлили супруга. Впрочем, он пылал таким нетерпением, что вряд ли заметил мое состояние.

— Моя долгожданная, — бормотал Марид, заводя меня в свою каюту. (На чужой территории я совсем растерялась). — Ты напрасно волнуешься. Не сомневайся во мне — я сделаю твою жизнь наполненной любовью и страстью. Уже сейчас начну претворять свой план в реальность, ты увидишь — рядом со мной любая женщина станет самой счастливой. Начнем… с совместного душа!

Вопреки моим надеждам уединиться хотя бы ненадолго и собраться с духом, ошалевший от нежданного везения эрх ни на миг не отпускал меня от себя.

«Словно боялся, что тоже проснется и поймет, что „чудо“ не случилось».

Чувство неловкости росло с каждой минутой. Когда пришлось раздеваться в присутствии Марида, когда он, с трудом контролируя себя, терся о мое тело в узкой кабинке душа, когда, не давая вдохнуть, целовал влажными губами. Единственное ощущение, что не покидало меня весь вечер, — это отвращение.

Если изначально я в какой-то мере смирилась с судьбой, признав факт замужества свершившимся, то сейчас… Волна лютой тоски накрыла с головой, заставляя зажмурить глаза и отрешиться от происходящего с моим телом. Вынуждая думать о другом… Другом мужчине.

(И даже себе я запрещала признаваться, о ком!)

Нетерпеливый супруг не дал даже промокнуть с тела капли воды, потащив к кровати. А дальше…

Странное, какое-то несуразное ощущение тяжести его тела, чувство стыда и скованности… Дискомфорт от проникновения возбужденной плоти…