Две блондинки

Ухмылка Майкла была совершенно недвусмысленной.

Этой женщине он явно не нравился. Я покосилась на Пэм, которая тоже любила секс с представителями обоих полов. К моему ужасу, ее щеки были красными — по-настоящему красными. Я так привыкла к молочной белизне ее кожи, что эта краснота меня шокировала.

Пэм посмотрела на бутылку, которую держала в руках.

— Это было отравлено, — медленно, заплетающимся языком сказала она. — Что ты сюда добавил, эльф?

Улыбка Руди стала еще более неприятной. Он поднял руку, показывая разрезанную подушечку большого пальца. Он добавил в «Роялти Блендед» собственную кровь. Человеческая кровь скрыла его вкус.

— Пэм, чем это тебе грозит? — спросила я, как будто мужчин в комнате и не было вовсе.

— Кровь эльфов не ядовита, как кровь фей, но… ее прием приводит к эффекту, сходному с огромной дозой транквилизаторов или алкоголя.

Она говорила все медленнее.

— Зачем вы это сделали? — обернулась я к Майклу. — Разве вы не знаете, что вам за это будет?

— Я знаю, сколько Эрик заплатит за то, что я вас ему верну. — Опершись на стол, он с алчным выражением на лице наклонился вперед. — А пока он будет собирать деньги на выкуп, наш Руди составит документ о вашей миссии здесь, который ты и твоя подруга-вампир подпишете. Таким образом, когда мы вернем вас Эрику, он не сможет отомстить. Если с нами что-то случится, Расселл будет располагать оружием для начала войны. Если из-за Эрика начнется война, ваши новые хозяева поспешат от него избавиться.

Мыслительные способности Майкла равнялись его обаянию. Другими словами, их не было вообще.

— У вас личные претензии к Эрику, или двуличие — ваше привычное состояние?

«Займи их разговорами! Дай Пэм немного времени, чтобы прийти в себя».

— Мы всегда такие, — ответил он, и оба расхохотались.

Они точно были два сапога пара. Моя тревога и опьянение Пэм явно доставляли им удовольствие.

— Вставай, Пэм! — скомандовала я, и она с трудом поднялась на ноги.

Руди снова засмеялся. Все мои внутренности горели лютым огнем ненависти.

Лицо моей подруги покрылось пятнами, ее движения были замедленными и неуверенными, в глазах светился испуг. Я никогда не видела, чтобы Пэм чего-то боялась. Она была легендарным бойцом, даже среди вампиров, славившихся жестокостью и беспощадностью.

— Тебе необходимо двигаться, — продолжала я, обращаясь к Пэм.

— Вам это не поможет, — оскалился Руди. Он стоял, прислонившись к стене. — Ей станет лучше не раньше, чем через два часа. А тем временем мы с Майклом позабавимся с тобой. Потом настанет ее очередь.

— Пэм, посмотри на меня! — потребовала я, пытаясь не думать о задуманных ими забавах.

Пэм меня послушалась.

— Ты должна мне помочь! — настойчиво продолжала я, стараясь доставить информацию в ее затуманенный мозг. — Эти мужчины хотят причинить нам вред.

В конце концов Пэм удалось посмотреть мне в глаза, и она медленно кивнула. Я слегка повела головой вправо, большим пальцем ткнув себя в грудь. Затем наклонила голову в сторону Майкла и тем же пальцем ткнула в нее.

— Я понимаю, — отчетливо произнесла Пэм, но я видела, каких усилий ей это стоило.

Майкл продолжал сидеть, но Руди оттолкнулся от стены в тот же момент, как я выхватила пистолет. Они почуяли запах пистолета (если бы Майкл не курил, они, возможно, унюхали бы его еще раньше) и отреагировали с присущей их расам скоростью. Руди бросился на меня, и я выстрелила ему в лицо. Одновременно Пэм перегнулась через стол и схватила Майкла за уши. Он вцепился в ее руки и рванул на себя. Пэм упала на стол. В другой ситуации она швырнула бы его через плечо или исполнила какой-нибудь другой, в равной степени впечатляющий трюк. Но в состоянии интоксикации все, что ей удалось, — это не выпустить из пальцев то, что в них уже было зажато. Майкл начал колотить ею об стол. Он был слишком зол, чтобы отрывать ее руки от своих ушей, в то время как мог избивать ее тело. Он не сомневался, что рано или поздно Пэм придется разжать пальцы.

Пока Руди, булькая кровью, ощупывал дыру на лице пониже левой скулы, я крикнула:

— Тяни, Пэм!

И она послушалась.

Она оторвала уши Майкла.

Он отпрянул, от боли широко раскрыв рот, а Пэм уже снова бросилась на него и воткнула ему в глаза большие пальцы рук. Я думала, что меня стошнит, но вместо этого я выстрелила в Руди еще раз, на этот раз в грудь.

Разумеется, Майкл не умер, но он раскачивался взад-вперед в немой агонии. Воспользовавшись его замешательством, Пэм выдернула у него изо рта язык. Я поспешно отвела взгляд и сглотнула подступившую к горлу тошноту. И это была Пэм не в самой лучшей форме.

Я проверила, как дела у моей мишени. Руди лежал на полу, хотя я знала, что это ненадолго. Если эльфы были такими же крепкими, как феи, то это означало, что уже через полчаса он снова будет на ногах. Схватив лежащее на микроволновке полотенце, я вытерла пистолет и швырнула его на стол. Не знаю, зачем я это сделала. Я просто должна была поскорее от него избавиться.

— Надо уходить, — сказала я Пэм, и она выронила окровавленные уши на стол.

Пэм медленно и старательно вытирала руки о сиденье стула, а я размышляла над тем, сможет ли Майкл прикрепить уши обратно и вырастут ли у него новые глаза и язык.

Ух ты! Руди уже приподнялся на локтях и пытался подползти к нам. Я изо всех сил ударила его ногой под подбородок, и он снова рухнул на пол. Пэм покачнулась, но я обхватила ее одной рукой за плечи, и она удержалась на ногах.

— Я о нем позаботилась, — тщательно выговаривая каждый звук, произнесла Пэм и улыбнулась. Ее розовая шелковая блуза была забрызгана кровью, поэтому я попросила ее застегнуть плащ и туго завязала ей пояс. — Мне понравилось, — простодушно заявила она.

— Я рада, что ты хорошо провела время, — пробормотала я, — поскольку все это было устроено исключительно для твоего удовольствия.

Мы вышли в коридор и плотно закрыли за собой дверь офиса. Если бы нам удалось дойти до машины… С табурета у задней двери на нас пристально смотрел Ирокез.

Тут эта дверь отворилась, и в нее вошли двое полицейских.

А ведь все шло так хорошо.

Пульсирующий грохот музыки и звукопоглощающая обшивка офиса заглушили выстрелы. Я знала это наверняка, потому что наша стрельба не привлекла внимание служащих клуба. Это означало, что этих парней в форме никто не вызывал, а поскольку они вошли через служебный вход, значит, были друзьями кого-то из руководства.

Я пыталась соображать и делать это как можно быстрее, но мой мозг явно не справлялся с таким количеством событий (я стреляла в эльфа, на моих глазах парень лишился основных черт лица и прочее). Но что мне было абсолютно ясно, так это то, что я не хочу угодить за решетку. Возможно, эти копы и не были при исполнении, но нам все равно не стоило привлекать к себе внимание.

Небрежно поприветствовав Ирокеза, они остановились, чтобы побеседовать с невысокой фигуристой стриптизершей в платиновом парике, а это означало, что они заблокировали нам выход. Если бы мы попытались развернуться и улизнуть через парадный вход, это могло показаться им странным.