Две судьбы

Квартиру Габриэля назвать квартирой-то трудно, скорее дворец. Конечно, я подозревала что-то подобное - роскошь, чистота, куча произведений искусства... но чтобы так! Даже описать увиденное трудно. Впечатляет!

Наверное, надо начать с того, что квартира напоминает лабиринт, мужей и дорогую гостиницу, одновременно. Все поделено на зоны: кухня, прихожая, гостиная, кабинет, библиотека(я так думаю, что и она есть). И каждая зона выделена цветовой гаммой, простотой, изысканностью и функциональностью, а не сочетание цветов, с первого взгляда, наводят мысль о хаосе и безвкусии. Хотя, после рассмотрения всего понимаешь, что все так и должно быть. И конечно же, самое впечатляющее - это вид из окон. Окна гостиной стеклянные от потолка и до пола, и кажется что как будто она вырвана из бетонной коробки и перенесена на природу. В комнате светло, тепло, спокойно и уютно. Вид на Центральный парк поражает своей мощью, тайнами, натуральностью и как островок среди серой массы зданий, своей красотой. Интересно, а какой вид отсюда вечером? Не менее великолепнее.

Я и не заметила, как при разглядывании этой красоты оказалась у самых окон. Не громкий смех возвращает меня в реальность. Габриэль!

– Что тебя так насмешило?
– спрашиваю я, не оборачиваясь.

– Ты.

– Я? И чем же?
– он что пытается меня разозлить.

– Ох, малышка...
– Габриэль подходит сзади и обнимает, утыкается носом в волосы за ушком.
– Ты такая смешная.
– продолжает он, - Видела бы ты себя со стороны. Потрясающе, как будто перед тобой возник живой Тутанхамон и сообщил, что ты выиграла миллион. Зрелище ещё то!

Габриэль начинает смеяться, не разжимаю объятий. Его смех заразителен и я тоже начинаю смеяться. Когда наш смех стихает и дыхание нормализуется, я робко кладу свои руки поверх его.

– Здесь так красиво!

– Да. Это одна из причин почему мы купили именно эту квартиру.
– объясняет Гейб.

– Мы?
– в недоумении спрашиваю я.

– Ну да, я и Рита.
– ох, ну конечно, как можно быть такой дурой и забыть про Лисичку.

Повисает молчание, мы оба погрузились в воспоминания, но продолжаем стоять прижавшись друг к другу.

Как же хорошо и спокойно в его объятиях. Так бы и стояла вечность.

– Хочешь вина?
– вдруг спрашивает Гейб.
– Или хочешь экскурсию?

– Вина будет достаточно.

Габриэль нехотя расцепляет объятия и идёт на кухню. Оттуда доносятся звуки открывания и закрывание шкафов, и какое-то бубнение, но через мгновение он снова появляется пере до мной, держа два бокала с пурпурной жидкостью.

– Надеюсь, тебе нравится красное?
– я киваю головой и сажусь на диван. Габриэль присаживается рядом. И опять эта тишина. Но по мимо её вокруг витает беспощадная энергия Гейба, что заставляем меня опять терять голову. Сквозь ресницы разглядываю этого великолепного мужчину, наслаждаюсь и любуюсь увиденным.

– Так как ты оказалась на улице?
– разрывает тишину хрипловатый голос Габриэля.

– По целому ряду причин. Самой главной из которых стал Эйдан.

– Это понятно, мы уже обсуждали это и ещё вернёмся. Я хотел знать, как ты оказалась именно там?

– Ах, это! Да все просто. Однажды у нас была фотосессия в одном из зданий, в том районе. А после выписки из больницы я набрела на тот закоулок, когда гуляла по городу. Почти пустой, в то время там обитал только Боб. И тогда в голове созрел план. Я нашла небольшую дверцу в стене с замком, и по прошествии двух дней сделала себе убежище. Пару походов в бакалейную лавку, несколько больших коробок, чтобы спрятать снаружи вход "убежища" и voil`a - дом готов. Уже в последствии я приобрела матрас на распродаже, пару нужных безделушек из АС("Армия Спасения") и обосновалась там окончательно.

– А почему именно это место? Почему не приют или, хотя бы, ночлежка?

– Я думала о других районах, о Бронксе, о верхнем Ист-Сайте, о русском квартале. Там можно было бы спрятаться или пережить период, как в принципе и в приюте. Но так же об этом подумал и Эйдан, он искал меня там в первую очередь. А на улице, без адреса, каких-либо бумажных следов, человеку проще исчезнуть.

– А не страшно было?

– То, что сделал он, было страшнее. По первости, конечно, страшновато было... улица все-таки. Первый год постоянно озиралась по сторонам, а потом страх прошёл. На улице появились новые жители, наш уголок заполнился народом, хоть и странным, но все же. Вроде на виду и в тоже время скрыта от всех.

Опять повисло молчание. Я смотрела в бокал с вином, Габриэль крутил в руках уже пустой и о чем-то напряжённо думал. Ну да, свалилась на голову такая заморочка. Ждать хорошего не приходится.

Погрузившись в воспоминания, я и не заметила что улыбаюсь, а Габриэль пристально меня разглядывает.

– Что?
– опомнившись, спрашиваю я.

– Ты такая красивая, когда улыбаешься.
– говорит Гейб, а я все краснею от его слов, опять!

– Спасибо, - смущенно мурлычу я.

– Ещё вина?

– Мне пока достаточно.

– А я ещё выпью.

– Без проблем.

Габриэль уходит за добавкой, но возвращается уже не с бокалов вина, а со стаканом с янтарной жидкостью. Бурбон? Виски? Скотч? Кому-то требуется что-то покрепче вина! Это веселит меня и я опять улыбаюсь.

– Это мне нравится намного больше.

– Что именно?
– перевожу взгляд то на него, то на его стакан.

– То, что ты чаще стала улыбаться.

Ох, опять это смущение. Боже, прямо как подросток.

– И румянец твой просто потрясающий, - с довольной улыбкой говорит Гейб и садиться рядом со мной.

– Хватит меня смущать.
– шутливо отвечаю и легонько тычу его в бок.

– Ай, - вскрикивает он и наигранно морщится от боли.

– Могу и не понарошку.
– на полном серьезе говорю ему, но все ещё улыбаюсь.

– Нет, спасибо. Мне хватило созерцать твои действия ещё тогда, в ресторане. Кстати, где ты этому научилась?

– Это меня Рик таскал на свои уроки обороны.

Смотрю и не верю своим глазам. Лицо Габриэля меняется в нано-секунду, от притворной боли, веселья и шутливости, до серьезного, гневного, ревнивого взгляда собственника. Аж страшно стало.

– Кто такой Рик?
– скрепя зубами спрашивает Габриэль.

Господь всемогущий, эти синие глаза пылают праведным гневом и ревностью? Ой ли?