Двойник
Шрифт:
— Не смей бросать меня. Ни за что!
— Тсс! Ну прости. Я не нарочно. Да успокойся же!
— Еще чего! — завопил Скай.
— Тише!!!
Кристин включила фонарик, на мгновение осветила люк и зашептала:
— Твои родители вернулись домой пять минут назад. Я услышала, как они идут к тебе в комнату. Понятное дело, они тебя там не нашли и подняли крик. Бегали по лестницам, заглядывали во все углы, даже в саду посмотрели. Я сказала, что проверю чердак. — В ее голосе появилась напряженная нота. — Мне казалось, я должна разбудить тебя…
— Нет! Ни в коем случае!
Скай содрогнулся. Он не сомневался в словах деда: если потревожить бесчувственное тело, пока
Скай отвернулся от кузины, стараясь подавить рыдания, подступившие к горлу при этой мысли.
— Скай… — Кристин придвинулась поближе и нежно коснулась его плеча. — Что ты видел в этот раз?
— Я… Это было…
Мотнув головой, он закрыл лицо ладонями. Внизу послышались встревоженные голоса родителей.
— Как в страшном сне?
Такое сравнение показалось Скаю настолько неуместным, что он едва не рассмеялся, но вместо этого прошептал, не отнимая рук:
— Что ты сделала с мышью?
— Ничего. — Кристин пошарила лучом фонарика по чердаку. — А ты? Она лежала на полу, когда я уходила.
Скай огляделся. Нож по-прежнему торчал из половицы, но красные брызги словно испарились. Труп зверька тоже исчез.
— Твое лицо, — сказал он, потянувшись к кузине.
Кристин провела ладонью по щеке.
— Никаких царапин. — Она глянула на кончики пальцев, ожидая увидеть кровь. — Что за чудеса?
Скай поглядел на собственную руку: следы укусов бесследно пропали.
Голос матери приближался, она поднималась на верхний этаж.
Спустив ноги в люк, Скай полез вниз по лестнице, но слова кузины заставили его замереть.
— Скай, прости меня, пожалуйста. Обещаю, в следующий раз…
Его подбородок как раз поравнялся с полом; он мимоходом подумал, что так выглядит отрубленная голова.
— Следующего раза не будет, понятно? Обещай что хочешь. Я никогда туда не вернусь. Ни за что на свете!
Три дня Скай не заглядывал даже на верхний этаж, не говоря уже о чердаке. С Кристин он почти не разговаривал, разве что ронял пару слов за едой, а в остальное время избегал ее. Соня огорченно цокала языком, дивясь их размолвке, но Скай упорствовал. Он не винил Кристин за то, что она покинула его в тот вечер; просто теперь сестра повсюду таскала за собой книжку о рунной магии или еще какой-нибудь фолиант на ту же тему, раздобытый в местной библиотеке. Конечно, ей не терпелось поделиться прочитанным — а главное, услышать рассказ о путешествии в прошлое. Но Скай хранил молчание. Казалось, так он быстрее обо всем забудет.
Не тут-то было. Чтение или просмотр футбольного матча с отцом помогали на время отвлечься от воспоминаний, да и сны его посещали на редкость заурядные. Однако рука и нога саднили сильнее с каждым днем. На теле так и не появилось ни единой ссадины, но Скай с трудом шевелил больными конечностями.
На четвертый день Соня заявила, что с нее хватит.
— Поехали к доктору, мой мальчик, — сказала она.
Но какой врач излечит его недуг? Терапевт выслушал небылицу Ская о падении со скейтборда, чудом не оставившем синяков и царапин, покивал и, напевая себе под нос, заставил по очереди согнуть и разогнуть ноги и руки. Потом он отправил пациента на рентген. Тот чуть не прыснул: чтобы обнаружить колотую рану тысячелетней давности, нужен аппарат помощнее.
— Мы отдадим их вашему семейному врачу, миссис Марч, — сказал техник, опуская снимки в коричневый конверт. — Завтра же будут у него.
После клиники они поехали в город. В Ладлоу как раз был рыночный день, и мать решила
заодно купить продуктов.— Пойдешь со мной? — спросила она, когда наконец удалось припарковаться неподалеку от старинной крепости.
Скай и в лучшие дни терпеть не мог таскаться по магазинам, а сейчас у него, ко всему прочему, нестерпимо болела нога.
— Нет уж. Лучше подожду тебя здесь.
— Я мигом.
Мать ласково потрепала его по плечу — Скай незаметно поморщился от боли — и скрылась из виду. Он откинулся на сиденье, стараясь ни о чем не думать. Взять книгу или комиксы он не догадался; Соня унесла с собой ключи от машины, так что и радио не послушать. Оставалось лишь одно развлечение: наблюдать за прохожими.
Горожане и туристы оживленно сновали по улице. Выдался отличный денек, первый по-настоящему жаркий этим летом. Глядя на людей в футболках, платьях и шортах, Скай поплотнее запахнул пальто. Он никак не мог согреться с тех пор, как погрузился в ледяную реку вместе с Бьорном. Собственная кожа казалась влажной и скользкой, словно к ней намертво пристал речной ил.
Скай разглядывал отражение толпы в боковом зеркале, а потом вообразил забавы ради, что это линза камеры слежения. Прохожие поднимались на пригорок, где стояла машина, попадали в кадр, затем исчезали из виду, и тут же их сменяли новые действующие лица. Скай представил, что снимает короткометражные фильмы.
Вот его ровесница болтает по телефону — наверное, о свидании, которое назначила одному из трех поклонников. Скай мимоходом позавидовал счастливчику, но тут девушка поравнялась с автомобилем, и стало видно, что ее личико обязано миловидностью густому слою косметики, усыпанная блестками маечка на пару размеров мала, а слишком высокие каблуки уродуют походку. Она прошла мимо. Нет у нее никаких ухажеров, а хотелось бы; наверняка сейчас идет в ближайшую закусочную, чтобы обсудить это с подружками, уминая гамбургеры.
Скай сместил фокус камеры на пожилого джентльмена, который, отдуваясь, штурмовал пригорок вместе со своим скотчтерьером. Тому восхождение давалось еще тяжелее — через каждые три шага пес плюхался на мостовую, чтобы отдышаться. Эти остановки раздражали хозяина гораздо меньше, чем других пешеходов, то и дело с чертыханием спотыкавшихся о собаку. Наверняка в кафе неподалеку старика ждет жена, столь же тучная, насколько он тощ. Муж опаздывает, и она устроит ему головомойку.
Парочка наконец-то одолела крутой подъем и миновала машину. Скай проводил их взглядом и уставился в «камеру» в ожидании новой сценки. Тут же в зеркале закачалось цветастое облако, под которым обнаружился карапуз лет четырех. Повизгивая от восторга, малыш дергал за веревочку, и шары прыгали вверх-вниз. Вот они угодили прямо в лицо матери. Та несла в руках пакеты, набитые покупками, и не могла даже отмахнуться. Женщина остановилась и что-то сказала сыну, но тот лишь зашелся хохотом, и шары снова пустились в пляс.
«День рождения», — подумал Скай.
На сюжет фильма это явно не тянуло, и он представил себе, что ребенок с матерью — на самом деле карлик и бородатая женщина, сбежавшие из цирка. Так вот что дама скрывает под шелковым шарфиком!
Хихикая про себя, Скай увлеченно следил, как шары отскакивают от лица матери, принимавшего все более кислое выражение. Когда они ныряли вниз, в просветах на секунду появлялись следующие эпизоды картины: за бородатой леди и лилипутом шли господин в коричневом котелке и дама в берете — наверное, шпионы! Тут женщина прикрикнула на мальчугана и сделала шаг в сторону, выпав из кадра. Скаю не терпелось узнать, что будет дальше, и он обернулся. Радужная стая опять заколыхалась, и вдруг…