Двойник

Кристин нашла брата распростертым на мокром от ливня камне, и тот, очнувшись, сообщил о принятом решении. Она пристально посмотрела на Ская.

— Как ты к этому пришел?

Но тот лишь молча слушал ее сбивчивое дыхание и стоны ветра.

ГЛАВА 23 ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ

Когда Скай сказал Сигурду, что поможет убить Олава, дед ничуть не удивился.

— Это у тебя в крови, — равнодушно заметил он.

— Надеюсь, теперь ты доволен? — не удержавшись, рявкнул Скай.

Взгляд тусклых глаз, уже обращенный к Кристин, снова упал на него.

— Доволен ли я? Ради великой цели должен погибнуть человек. Ты знаешь, что он заслуживает смерти, но все же убийство не повод для радости. Это печальная необходимость. А ты что скажешь, дитя мое? Ты согласна участвовать в обряде?

— Да. Не знаю, смогла бы я… — она резко рассекла ладонью воздух, — но этот тип явно получит по заслугам. Я тоже хочу, чтобы ты пожил подольше и рассказал нам о своих замыслах. Правда, в отличие от Ская, я не превращалась в берсерка и не тонула на драккаре. Так что не обессудь — помогу, чем сумею.

Несмотря на злость и тревогу, Скай невольно улыбнулся. Какое хладнокровие! Кристин выдавала лишь привычка грызть ногти в моменты волнения. Осознав, на что кузина только что подписалась, он снова помрачнел. Это не прогулки по стенам, а самое настоящее убийство. Но, как ни странно, в то же время Скай ужасно ею гордился. Хоть Кристин и не берсерк, в ее жилах тоже течет кровь Бьорна!

— Большего я и не прошу. — Сигурд отложил книгу и поднялся с кресла. — Только втроем нам удастся осуществить задуманное. Олав привезет посылку, которую я сам себе отправил. Он может появиться в любой момент — например, завтра на рассвете, дыша перегаром после ночного дебоша, либо жажда выпивки пригонит его за деньгами сегодня же вечером. Нужно подготовиться.

Старик широким жестом обвел бумажные нагромождения.

— Все это мы уберем и превратим комнату в святилище, ибо обряд, что мы здесь совершим, священен по законам древних богов.

В старческих глазах вновь зажегся огонек.

Остаток дня Скай с Кристин складывали книги и документы в коробки и под проливным дождем таскали их в каменную пристройку позади домика. Тучи будто решили передохнуть и, остановившись прямо над долиной, беспрестанно извергали потоки воды.

Комната опустела. Из скудной мебели осталось только кресло Сигурда — все остальное он велел вынести.

— Где ты был? — спросила Кристин, когда Скай вернулся из кладовки. — Мы ведь закончили с уборкой.

— Я решил заодно спрятать наши вещи.

Он слегка покривил душой. Сигурд сказал, что руны не нужны для обряда, однако Скаю необходимо было знать, что они в безопасности, он искал их молчаливой поддержки. Юноша вытащил мешочек с волшебными камнями и дневник из рюкзака Кристин и положил в свой собственный — рядом с сорочкой и алмазами. Настало время взять судьбу в свои руки.

— Что дальше? — спросил Скай, повернувшись к Сигурду.

— Теперь мы поедим, отдохнем и будем ждать.

— Пока не придет Олав? — Голос Кристин дрогнул.

— Пока не пробьет двенадцать, моя дорогая. Полночь — грань между сегодня и завтра, самое магическое время суток. Ее энергия необходима для успеха. — Сигурд смерил внуков пристальным взглядом. — Помните, удача может изменить нам. Олав силен и коварен, двум подросткам и старику будет нелегко его одолеть. Поэтому надо привлечь на нашу сторону иные силы — те, что могущественнее всего в полночь.

Барабанная дробь дождя сменилась тихим шелестом; гроза ушла, и молнии били в дальние вершины гор. Стрелки часов едва ползли, но стоило задремать, как они мгновенно убегали вперед. Когда дед внезапно поднялся на ноги, Скай снова проснулся и бросил взгляд на циферблат: без четверти двенадцать.

— Пора, — объявил Сигурд.

— Еще пятнадцать минут! — запротестовал Скай и удивился грохоту собственного голоса; кашлянув, он добавил чуть тише: — Мне так хорошо спалось.

Ни Сигурда, ни Кристин провести не удалось. Чтобы скрыть неловкость, Скай поспешил на помощь деду, толкавшему тяжелое кресло поближе к огню.

Старик подошел к массивному шкафу.

— У меня есть кое-что для тебя, Скай, — сказал он, доставая продолговатый предмет, обмотанный мешковиной.

Скай медлил.

— Что это?

— То, что ты однажды потерял.

Скай наконец протянул руку, но тут же чуть не выронил неожиданно твердый и тяжелый сверток. Поспешно сдернув джутовую ткань, он ахнул.

Ясеневое топорище, чуть изогнутое, чтобы удобнее ложилось в ладонь, сверкало новизной, однако лезвие осталось прежним. Рядом с острым как бритва краем мерцал знак, высеченный Бьорном, — медведь внутри руны Уруз, символа преображения.

— Это еще что такое? — воскликнула Кристин.

— Клык Смерти, боевой топор Бьорна.

Не в силах оправиться от потрясения, Скай повернулся к Сигурду.

— Откуда он у тебя?

Старик улыбнулся, наслаждаясь замешательством внука.

— Вернувшись в Норвегию после своей мнимой смерти, я отправился на Харейд, чтобы лучше понять наших предков. Однажды я сидел на пристани, наблюдая, как рыболовная флотилия возвращается с добычей. На берегу люди столпились вокруг одной лодки, обсуждая диковинный улов. Так я и нашел топор.

— Ты купил его?

— Островитяне понятия не имели, что за сокровище попало в их сети. К тому же Клык Смерти так оброс ракушками, что его было не узнать. Этот панцирь уберег металл от морской воды, так что я сумел восстановить его.

Кристин с любопытством потрогала лезвие, но тут же с легким вскриком отдернула окровавленную кисть.

— Значит, они просто отдали его тебе? — спросила она, посасывая палец.

— Нет, я сам забрал.

— В смысле, украл?

— Море вернуло его. Я принял дар и на следующий день покинул Харейд. Но оружие не мое, оно ждет истинного владельца.

Скай поднял топор и замахнулся. Рукоятка легла в ладонь как влитая. Сомнений не осталось — это действительно Клык Смерти.