Двойник

Экстаз. Непостижимый, необъяснимый, неземной экстаз овладел мной.

– Да, это ты.
– Жизнь все время была рядом, а я ее и не заметила.
– Это могла бы быть ты. Почему же ты не стала ею?

– Не знаю. Тогда не хотела. Потом было поздно.

– Нет, еще долго не было поздно. Почему ты отказалась от своей мечты?

– Сомневалась... боялась... была не уверена. Не знала, что именно мне нужно...

– Теперь действительно поздно, - припечатала Жизнь.

– Большое спасибо!
– разозлилась я.
– Тогда зачем ты мне это показываешь?

– Чтоб ты знала, что это все могло быть в твоей жизни.

– Ага, и это было бы просто так? Такая вот малина, вся спелая и ни одной гнилой ягодки? Только сладость и никакой горечи?

Жизнь удовлетворенно кивнула.

– Я знала, что ты не глупая. Смотри дальше.

Театральный подъезд. Несколько шкафообразных охранников ведут меня к машине. Вокруг щелкают фотоаппараты. Я словно была рядом, и в то же время чувствовала то, что чувствует эта, другая. Я - та, другая - улыбалась, но улыбка была не настоящая. Мы "обе" сели в машину.

Экстаз, охвативший меня во время пения, прошел. Улыбка понемногу сползала с губ. Я знала, что еду домой, в прекрасный, шикарный, но такой пустой дом. Одинокий. Муж оказался донжуаном, и я не вынесла его измен. Мы расстались. Но на самом деле я всегда была замужем за театром. Театр отнимал все - время, силы, эмоции. Он забирал все, но в то же время давал мне испытать немыслимое чувство эйфории, восторга и неистового счастья, когда тебе рукоплещет публика. За эти мгновенья я была готова отдать все - и я все отдала. Артистка положила к ступеням театра жизнь, и он, не задумываясь, поглотил ее. Я жила в театре, там любила и чувствовала, страдала и радовалась, испытывала восторг, горечь разочарований и радость побед, там была настоящая моя жизнь, а больше... больше ничего не было.

Это продолжалось уже давно, я привыкла и была счастлива. Только ненавидела возвращаться поздно вечером в одиночество. Наверное, поэтому я далеко не каждую ночь проводила дома.

Все это вихрем пронеслось в голове, я посмотрела внимательнее на саму себя - в мехах и шикарном наряде, и та, другая "я", тоже посмотрела на меня.

 Я отпрянула назад... и вывалилась обратно в кафе.

– Это не счастье, - сказала я.

– Нет, счастье. Ты счастлива там. Была бы счастлива.

– Но... дом, семья, дети... Разве есть что-либо прекраснее материнства? Шепот огня в камине, потрескивание поленьев, тихий семейный вечер... когда ты знаешь, что этот огонь ты поддерживаешь сама - в этом счастье...

– А камина-то у тебя нет.

– Да я так, образно...

– Не в этом случае, - отрицательно покачала головой Жизнь.
– Там у тебя на все это не было времени. Но в данном случае это и не было твоим предназначением - ты служила театру, и главнее всего на свете для тебя был бы зритель, который, стоя, рукоплескал тебе после каждого спектакля. Это - счастье. Поверь мне. Не многим дано такое испытать.

– Я бы так не хотела... наверное, поэтому у меня ничего и не вышло. Я бы не смогла...

– Смогла бы. Но это уже дело прошлого.

– Тогда я не понимаю смысла всего этого!

– Скоро поймешь.

Жизнь снова пристально посмотрела на меня, и калейдоскоп закрутился во второй раз.

Огромный город. Наверное, так выглядит мегаполис, который мне, прожившей всю жизнь в небольшом городке, сложно даже представить. Он обрушился на меня оглушающим гамом: бесконечные вереницы сигналящих машин; толпы спешащих людей; здания, сияющие яркой рекламой и уходящие высоко в небо. Большинство из них были именно как муравейник с его ходами - с бесчисленными коридорами и офисами. Вот в одном из них мы и оказались.

Немыслимо - но на этот раз я увидела себя, сидящую за компьютером в отдельном кабинете. Табличка на дверях гласила: "Главный редактор". Не может быть!

Да, вот уж чудо так чудо - эта дама, словно сошедшая с обложки глянцевого журнала (редактором которого она - я - в данном случае являлась) была похожа на меня еще меньше, чем певица, которую я видела до этого. Но надо признать - когда-то, давным-давно, меня посещала такая идея - заняться журналом, правда, все это было смутно, неконкретно. Точно так же призрачно, как и желание стать певицей.

Здесь, у этой женщины, было двое детей, они учились в престижной школе. Правда, видела она их редко - отвозил в школу и привозил их обратно шофер, а если вечерами дети были дома, то сидели по своим комнатам. Я - она - дома бывала редко даже вечерами: презентации и выставки, дружеские вечера и обязательные ужины - все это отнимает уйму времени и сил, но я счастлива. Правда, муж ворчит и злится, что меня постоянно нет дома, но мне недосуг все это выслушивать. Я слишком занята, от меня так многое зависит, я такая важная персона! Как же мне нравится моя жизнь!

– Так жить сложно. Я бы так не смогла, - сказала я Жизни, снова очутившись в кафе.

– Смогла бы. Ко всему привыкаешь.

– Но у меня нет специального образования, - слабо сопротивлялась я.

– Конечно, сейчас нет. Но могло бы быть. Второе образование разве кто-то отменил?

– Ладно, - вздохнула я.
– Это все?

– Ну, я просто обязана показать тебе еще кое-что.

На этот раз меня первым делом окутали запахи - невероятная смесь пряного, сладкого, горького и свежего. Я была одета странно: на мне балахон, вышитый кричащим орнаментом, волосы перехвачены ярким платком, на запястьях множество браслетов.

Курились благовония, где-то звенели колокольчики. А, это посетители зашли в магазин. Ах, это же я - я хозяйка этого экзотического великолепия... Две милые девушки вежливо разговаривают с покупателями, а я просто смотрю вокруг и в очередной раз не верю, что моя мечта сбылась.

Милый небольшой магазинчик с этническими штучками, заморскими сувенирами и разнообразными безделушками, которые приносят в дом тепло и магию южных островов.

В этой жизни у меня было все по-другому - путешествия в дальние страны, муж, разделяющий мое увлечение. Веселые и раскованные дети. Двое - мальчик и девочка. У девочки вся голова в косичках, на запястьях браслеты. Много тонких браслетов. Мальчик серьезный очень, уехал по обмену учиться за границу. Все хорошо...

– А здесь, что здесь не так?
– поинтересовалась я.

– Да все так. Только вас собираются выселять, здание - историческая ценность, его будут реставрировать-восстанавливать, так что тебе скоро придется сворачиваться и перебираться куда-нибудь, ты еще не знаешь ничего. В центре аренда стоит немыслимых денег, у тебя таких нет, а на окраину не хочется. В общем, надо будет крутиться.

– Этого я не умею.

– Умеешь, - фыркнула Жизнь.
– Ты много чего умеешь. Просто не знаешь. Просто сама себе шанса не давала.