Дым и пепел

Тони не помнил, чтобы рассказывал ей о том, что раньше добывал деньги на наркоту. Но свояк свояка видит издалека.

— Это другое дело.

— В чем отличие?

— Тот парень, менеджер… У него не было шанса. Ты не дала ему выбора.

— Итак, ты спасал его брак? — Лия недоверчиво распахнула глаза.

— Возможно.

— Ты ничего о нем не знаешь. Вдруг он трахается с половиной уборщиц?

— Я не имею к этому отношения. К тому, что собиралась сделать ты, — да! Если бы он решил изменить жене, это было бы его делом. Но мы не оставили ему выбора.

— Ой.

«Тротуар вдруг стал куда ближе. Я что, стою на коленях?»

— Тони!

Он заморгал, глядя на Лию снизу вверх.

— У тебя не было времени на то, чтобы правильно сфокусироваться, верно? Ты использовал свою внутреннюю силу, чтобы начертить те руны, так?

— Наверное. — Фостер и вправду не помнил — Я слегка торопился, — подсказал он Лии, когда та помогла ему встать. — Ты обычно не нуждаешься в большой прелюдии перед сексуальным актом.

Тони ожидал, что Лия продолжит спор, но она молча открыла дверцу машины и опустила его на сиденье. Фостер не мог разгадать выражение се лица и не доверял молчанию, поэтому схватил Лию за руку, как только она вставила ключ в замок зажигания.

— Что?

К удивлению Тони, она наклонилась, нежно поцеловала его в щеку и сказала:

— Тони Фостер, ты хороший человек, обладающий силой. Не уверена: то ли это весьма обнадеживает, то ли просто пугает.

Лия без усилий высвободила руку из его хватки. Тони осел на сиденье, прислонился к спинке и нахмурился.

— Ага, а на пять долларов девяносто девять центов можно купить хороший обед, — сказал он после минутного молчания, не в силах решить, чувствовать себя польщенным или оскорбленным. — Кстати, это напомнило мне кое о чем. Тебе придется…

— Остановиться у «сервиса на ходу» по дороге к слабому месту номер двадцать пять. Да, я уже сама догадалась.

— Тони, проснись!

Тон Лии, ясно говоривший: «Я больше не собираюсь повторять!», заставил его разлепить глаза. Тони увидел силуэты деревьев на фоне сапфирового неба и заметил:

— Уже почти темно.

— Знаю. Ты поел, потом уснул, и я не могла тебя разбудить.

— Почему я мокрый?

— Я же сказала, что не сумела прервать твой сон! — огрызнулась Лия, швырнула пустой стаканчик на заднее сиденье и завела машину.

Фостер понял, что задал весьма глупый вопрос. Каскадерша откинула сиденье как можно дальше, но после сна в машине он чувствовал себя одеревеневшим. В плохом смысле слова.

— Ох, мне очень нужно помочиться.

— За углом есть заправочная станция.

— Где мы?

— Только что проехали двадцать пятое слабое место, — ответила Лия, подруливая к бензоколонке. — Оно пристроилось на частном доме. Дай мне твою кредитку. За бензин! — добавила она, когда Тони непонимающе уставился на нее.

— А что не так с твоей?

— Бензин будет залит в твою машину.

— Правильно. Прекрасно. Как угодно.

Фостер посетил туалет, магазинчик и вернулся в машину с пакетом вяленой говядины и самым большим тонизирующим напитком. Он почувствовал себя намного лучше и только теперь понял, что сказала Лия.

— На доме? Не в нем?

— Там не хватает куска софита [113] . Ты знаешь, что это такое?

— Конечно. Я волшебник. Нам ведомо многое.

113

Софит — обращенная книзу поверхность потолочной балки, арки, выносного карниза и других архитектурных деталей.

— Нет куска между крышей и стеной.

— Ага.

Лия вывела машину на дорогу, пока Тони жевал кусок говядины.

— Сколько там этажей?

— Два.

Крыльцо, дорожка, вымощенная плиткой, кусты, подрезанные в виде плотных маленьких шаров. В переднем окне темные занавески были опущены поверх тюлевых, но тонкая полоска света говорила о том, что дома кто-то есть.

Фостер остановился на дорожке, выгнул шею и с трудом разглядел мерцание.

— Я могу добраться до него отсюда.

Первая руна ударилась о свес крыши и осыпалась дождем голубых искр. Тони выплеснул остатки своего тонизирующего напитка на тлеющий шарообразный куст.

«Хорошо, что соседям в городе положено интересоваться лишь собственными делами».

— Вот черт! Я не могу достать его под нужным углом. Крыльцо мешает. Мне придется высунуться из окна второго этажа.

— Как ты собираешься до него добраться? — с иронией спросила Лия, вглядываясь в дом.

— Думаю, мы поищем еще одно место для съемок, — ответил Фостер, направляясь обратно к машине.

Каскадерша поймала его за запястье, когда он открывал багажник, и заявила:

— Тони, люди с таким обкромсанным кустарником вряд ли окажутся фанатами «Самой темной ночи».

— Тогда расширим демографический состав наших фанатов.

Он высвободил руку, вытащил свою форменную куртку, надел ее, а джинсовую оставил в багажнике. Эта одежка была пошита из вездесущего черного сатина с кроваво-красным логотипом на спине. Тони носил ее редко. Фостер решил, что за один день они вряд ли встретят других фанаток вроде Донны. Но в этой куртке он выглядел официально. В восьмом часу субботнего вечера это могло сыграть на руку.

— Мы заставим здешних жителей проводить меня в ту комнату, потому что нам надо использовать в сериале вид из ее окна.

— Их это не заинтересует.

— Надо предложить им кучу денег.

— Это может сработать, — отозвалась Лия, посмотрев на кусты. — Но есть одна проблема, — добавила она, идя по дорожке к дому. — У меня такое впечатление, что Чи-Би не согласится.

— Мы ведь не собираемся на самом деле использовать вид из окна, — напомнил ей Тони, поднимаясь по ступенькам на крыльцо.

— И то правда. Но когда ты окажешься в комнате, жильцы не позволят тебе просто взять и высунуться из окна.

— Да, тебе придется их отвлечь. Его, ее или семью Бреди [114] . Не заставляя его, ее или их нарушать какие-либо клятвы.

— Хорошо, мистер Всезнайка. Но если там окажется не «он», то каким образом я смогу отвлечь эту персону?

— Мы будем на втором этаже.

— И что?

Тони вздохнул, нажал на кнопку звонка и продолжил:

— Ты ведь каскадерша, верно? Свались с лестницы.

114

«Семья Бреди» — американский телесериал, рассказывающий про жизнь белой семьи американского среднего класса.