Джанк
Шрифт:
Старик почесал голову и свернул листок.
– Ну, все всё поняли? Гуляйте.
Он отошел от двери и сел на скамейку у стены, принявшись снова читать расписание с бумажки.
Отряд разбрелся кто куда. Морис взяла Мессалин под руку и повела по коридору.
– Ты тоже с Запада, да? С какого района? Я вот с Арелийской стороны, возле моря. – девушка активно жестикулировала.
– Я не помню откуда.
– Как можно забыть свой родной дом, ужасно. А что помнишь?
– Ничего, совсем ничего.
Морис резко остановилась и заглянула ей в глаза.
– Хмм, вот почему я
– В каком это смысле?
Месса отшагнула от нее. Морис раскинула руки в стороны.
– Я эмпат! Чувствую людей, их эмоции, кто они, какие они. Вот тебя вообще не чувствую, и теперь понятно почему. Потому что ты- чистый лист.
– Без памяти нет личности? – Месса приподняла одну бровь.
Морис кивнула и схватила ее под руку, ведя дальше по коридору.
– Тебя вот не чувствую, и Эшлена не могу понять никак. Такой он жуткий порой, в энергия позитивная. А иногда наоборот.
Они быстро шли по коридору минуя поворот за поворотом, пока не дошли до нужной двери. На подходе к ней в нос ударил запах еды. Жареного мяса, молока, чая. В животе Мессалин громко заурчало. Морис посмеялась и открыла дверь, пропустив подругу первой.
Звон посуды, тарелок и вилок, стеклянной посуды, наполнял большое светлое помещение. Народу было достаточно много, свободное место нужно было еще постараться найти. За столами сидели люди разные возрастов. Молодые курсанты, взрослые и пожилые служивые. У потолка повисло облако пара, тянущееся с кухни. Грохот стальных кастрюль и поварешек грел душу и даже немного убаюкивал.
Морис дернула подругу за собой, подведя к стойке выдачи. Она схватила два подноса- сунув один Мессалин. Они стали в очередь, и Морис, подпрыгивая, пыталась рассматривать что сегодня дают.
– Сардельки, яйца и тост с джемом. – высокий мужчина перед ней развернулся и сообщил все меню.
Девушка довольно облизнулась и стала ровно. Месса невольно улыбнулась.
– Слушай, а как тебя вообще взяли такой… отшибленной?
Мессалин захлопала глазами и вспомнила вчерашний вечер.
– В двух словах не расскажешь. Просто повезло, наверное.
Подруга закатила глаза.
– Мы прошли строгий отбор с кучей требований чтобы попасть сюда, тем более под наставничество Эшлена. А тебя получается, ветром занесло?
Очередь сдвинулась. Открывшийся доступ к еде отвлекли Морис от расспросов. Она накидала себе на тарелку двойную, даже тройную, порцию. Из-за стойки показались недовольные глаза поварихи.
– Из нас пришло только двое! Из семи! – девушка наклонилась и встретилась взглядом с работником столовой.
– А если потом придут, с меня будут спрашивать да? – повариха злобно постучала ложкой по жестяному столу.
Очередь снова сдвинулась и Морис скрылась за столбом. Мессалин рассмеялась и положила себе одну порцию.
– Больше бери! Больше!– шепнула девушка у стенки.
315 положила себе еще два яйца и растянулась в улыбке. Еще один шаг в очереди и девушки почти дошли до конца. Взяв себе по чашке кофе, они вышли в зал, подыскивать себе место.
Присев за освободившийся стол у стены они принялись за еду, попутно болтая о всяком.
– Какого это,
начать жизнь заново? – Морис бубнила с полным ртом.Месса пожала плечами.
– Не могу объяснить. Сначала было страшно, а сейчас никак, совершенно все равно.
Морис съела почти все что было на тарелке, набив щеки как хомяк. Запила все чаем и громко рыгнула, а затем рассмеялась. Мессалин прикрыла лицо и тоже захихикала.
– Я бы расстроилась если забыла бы всю свою жизнь. – она задумчиво отвернулась к стене. – Грустно даже.
Подруга вновь лишь пожала плечами.
– Трудно грустить о том, чего ты не помнишь.
– Прям вообще ничего, ни капли? Имя же ты свое не забыла?
Месса положила ложку на стол и наклонилась вперед, ближе к соседке. И, прикрыв рот ладонью, шепнула ей.
– В том то и дело, что тоже. Это придумал один парень…– она выдержала не долгую паузу, задумавшись. – Что означает Мессалин? Почему все либо удивляются, либо смеются?
Морис растянула губы в улыбке.
– Плесень. Едкая плесень которая, по поверьям, растет там, где часто умирают. – она отклонилась назад и сложила руки на груди. – Но на самом деле просто где темно и влажно.
Месса скривила лицо.
– Классно.
– Да, не знаю кто этот парень, но пошутил он плохо. – Морис рассмеялась.
Она залпом допила свой чай и уставилась в тарелку подруги, на последнюю сардельку. Мессалин, увидев ее взгляд, пододвинула тарелку у подруге и подперла подбородок рукой. Морис одним махом проглотила угощение и расплылась в довольной улыбке.
– Может можно еще имя сменить? – в голосе ее читалась грусть.
– Забей. Это не такое распространенное слово, да и звучит красиво. Мес-са-лин. – она про смаковала каждый слог.– Звонко так. Мне нравится. Гораздо лучше чем Морсевада.
Девушка усмехнулась.
– Что еще за Морсе… бавада?
– Это я. По документам. Морсевада Портастес, номер 314. Язык сломаешь.
Они рассмеялись смотря друг на друга. Мессалин оглянулась вокруг, в поисках знакомых лиц.
– А остальные почему не пришли?
Морис недовольно фыркнула.
– Эти северянки, кожа да кости, только и трясутся в страхе лишнюю складочку заиметь. Ангела так вообще, кажется, одной водой питается. А потом в обмороки падает.
– А как понять, кто откуда?
Брюнетка убрала волосы назад и показала пальцами на уши.
– Длинные и острые- север, острые но короткие- юг или восток. А круглые, как у нас, запад. Еще там волосы, телосложение можно учесть, но главное уши.
Девушка потянулась, разминая затекшую спину. Мессалин прикоснулась к своему уху, нащупав круглый изгиб.
– А кто «лучше» ? – неуверенно спросила она.
Морис задумчиво нахмурила лоб.
– Философские вопросы задаешь. Но по логике что мы сейчас в Северном королевстве, гораздо лучше будет быть длинноухим, конечно. Но если объективно, то эти бледнолицые строят из себя каких-то волшебных эльфов, тонких, изящных. – Морис корчила рожи изображая статных особ. – Но по факту- вечные эпидемии, хрупкое телосложение, поголовное бесплодие … Может, когда-то давно Север и стоял на вершине мировой арены, но сейчас, ничего от той славы не осталось.