Джастис

В комнате воцарилась тишина. Джастис встретился с каждым мужчиной взглядом, пока те медленно не кивнули.

– Сейчас подадут ужин. Будем считать этот вопрос закрытым. – Джастис грациозно спрыгнул со стола и направился прямо к Джесси. Он выглядел мрачно, когда остановился рядом с ней. – Пойдемте есть.

Она не могла подобрать слов, чтобы развеять его плохое настроение. Он предложил ей руку. Она протянула свою, и ее пальчики обхватили его предплечье. Странный импульс от горячей твердой кожи под ее пальцами пронзил ее тело. Мужчина был таким теплым, словно его лихорадило.

– Мы будем есть не здесь?

– Нет. Надеюсь, ты не против поужинать в гостиной моего люкса. Ты же не хочешь разговаривать перед этой толпой? Я вот не хочу. Сейчас они не очень рады правилам поведения, установленными мной, но это необходимо было сделать.

– Вероятно, им сейчас не хотелось бы видеть меня здесь. Все в порядке. – Сердце Джесси учащенное забилось от идеи остаться наедине с Джастисом во время ужина. Это звучало интимно, а не по-деловому.

Впрочем, если бы у него имелся офис в Резервации, они так же остались бы одни, пригласи он ее туда. Гостиная в его люксе больше офиса. Джастис повел ее к лифтам.

Джастис не глядел на нее с тех пор, как закрылись двери лифта, смотря куда угодно, но не на неё. Джесси не отпускала его руку, хотя должна была заставить себя сделать это. Почему он не смотрит на неё? Он глубоко вздохнул.

– Я заказал нам ужин. Но не знал, чтобы ты хотела. – Джастис ненадолго замолчал. – Я взял на себя смелость заказать несколько различных блюд. Я бы рад подождать и спросить тебя, но это заняло бы больше времени. А мне нужно написать речь после ужина, и чем быстрее я поем, тем быстрее смогу приступить к делу.

– Звучит отлично, – она улыбнулась. – Я не требовательна в еде. Я счастлива от того, что просто поем.

Наконец, он поглядел на неё.

– Кажется, ты немного ешь. Совсем маленькая.

Она рассмеялась:

– Это все суровые тренировки. Мои отец и брат были из морской пехоты, а муж – морским котиком. – Она пожала плечами. – Мама умерла, когда мне было пять, так что я всегда была окружена мужчинами в форме. Так и нахваталась боевых приемов. Они хотели, чтобы я могла постоять за себя в любых обстоятельствах. А я всегда была болтливой и любознательной, как ребенок, и уж точно не робкого десятка. Отец как-то сказал, что мой рот и способность попадать в неприятности обязывают меня уметь постоять за себя. Он был прав.

Джастис напрягся. Его голос был от природы низким, но стал грубее:

– Твой муж, должно быть, ненавидит работу, которая удерживает тебя вдали от него.

– Бывший муж. Мы развелись два года назад.

Джастис снова стал избегать ее взглядом. Она заметила, что он медленно расслабился, когда двери на третий этаж открылись, выпуская их из лифта.

– Мы живем на одном этаже.

Джастис ни слова не сказал, пока вел ее дальше по коридору. Номер был прям напротив ее комнаты. В конце коридора он выудил ключ из переднего кармана джинсов, чтобы разблокировать дверь. Джесси выпустила его руку, пока он открывал номер и жестом приглашал войти.

Она переключила внимание на прекрасный номер люкс с просторной гостиной. Маленькая кухонька была расположена напротив домашней барной стойки. Коридор, ведущий в спальню, был в другом конце комнаты. Джастис направился к дивану.

– Присаживайся, пожалуйста. Не против, если я сниму обувь? Я уже так долго ее ношу, но все еще не могу привыкнуть, поэтому до сих пор не могу дождаться, чтобы ходить босиком.

– Это твоя территория. Поступай, как тебе удобно.

Она присела на диван. Это была еще одна черта Новых Видов, о которой она слышала от своей команды. Большинство из них ненавидело обуваться, предпочитая ходить босиком, ведь они были лишены этого в клетках. Из первых уст она узнала, что их женщины совсем не жаловали нижнее белье. Она задалась вопросом, похожи ли эти мужчины на своих женщин, и улыбнулась. Было ли что-то под джинсами Джастиса? Скажи же что-нибудь, приказала она своему рту, мысленно возвращаясь к теме.

– А я тоже не особо люблю обувь. Когда я дома, сбрасываю ее сразу же после того, как только захожу, и не надеваю, пока снова не выйду.

Джастис сидел в паре шагов от нее и начал снимать ботинки. Он оторвал закрытую липучку и легким движением руки снял обувь. Джесси усмехнулась, увидев его большие голые ступни. Должно быть, он и носки терпеть не мог, потому что не надевал их. Был шанс, что под своими джинсами он все-таки обнажен. Она почти ставила на это.

Ее внимание переключилось на его колени, когда он поднялся, но она, почему-то, не могла не вымолвить ни слова. Взглядом пройдясь по его телу, она немного покраснела. Он уставился на нее, прищурив глаза, явно поймав за рассматриванием переда его штанов.

– Ты пялилась на меня. Я забыл застегнуть ширинку на джинсах? – Он потянулся, коснувшись рукой указанного места.

Она затрясла головой, засмущавшись еще больше.

– Нет, не забыл.

Он моргнул.

– Тогда что ты рассматривала? Здесь что, пятно? Я капнул чем-нибудь на колени во время ланча? – Он немного наклонился вперед, глядя вниз, потом выпрямился. – Я ничего не вижу.

Она колебалась. Новые Виды предпочитали прямоту. Это она о них точно знала. Они ценили честность.

– Тебе не по душе обувь, и ты не носишь носок. Я знаю, что ваши женщины ненавидят нижнее белье, и я неуместно полюбопытствовала, придерживаются ли мужчины подобной идеи. Так что я пыталась понять, есть ли что-нибудь под твоими джинсами или нет. Но не должна была этого говорить. Извини. Это было ужасно грубо с моей стороны. – Джесси ожидала, что Джастис обидится или, возможно, рассердится.

Вместо этого его глаза сощурились, и он громко рассмеялся. Стало приятным сюрпризом то, что он доволен.

– Вижу. Я ношу белье, и нахожу джинсовую ткань немного неприятной для чувствительной кожи, к тому же она может стеснять движения. Приятно носить мягкий хлопок между мной и джинсами.

Джесси стало интересно, где именно его кожа настолько чувствительна, раз ее покрывает "плотный мягкий хлопок". И предпочитает ли он боксеры или брифы? Или, может, плавки? Она надеялась, что нет. Такое носил ее бывший муж, и она не хотела находить ничего общего между Джастисом и Коннором.

Дверной звонок отвлек их. Джастис на своих изящных длинных ногах быстро дошел до двери.

– Это наш ужин. У меня нет обеденного стола, поэтому ты не против поесть на журнальном столике?

В ее воображении вспыхнула картинка: он лежит на спине голый, а она ест с его мускулистого тела. Она отбросила эту мысль. Черт, стоп! Он босс моего босса.

Такие мысли приведут к увольнению. Прекрати фантазировать о Джастисе! Сконцентрируйся на чем-нибудь другом или спроси что-то у него.

Джастис был очень вежлив и внимателен к ней. Это немало удивило ее, учитывая среду его воспитания в лаборатории.