Джо 3

Отдельной строкой шёл Аграгим Соурбруд, который оказался настолько неправильным карлом, что почти поселился в гостях у барона Бруствуда. Бородатый убийца спиртного сопел, кряхтел, пердел и жрал как не в себя, но зато всё остальное время работал, починяя соседу примусы, замковые стены, кровати… ну, в общем, всё. На него чуть ли не молились, особенно когда карл завел моду каждую неделю мыться. Если бы он периодически не прокрадывался к башне, пугая своим голосищем Кума и двух мелких гоблинят, то был бы вообще золотом, но эта гора косматого халяволюбия знала, что у меня выпивка крепче и лучше…

Наконец, настал этот день. Старина Джо, сияющий, гордый и довольный, восстал над своим убежищем для персональной суккубы, воздел руки и заорал:

— Оно живое! Живое!!!

Эксперимент увенчался полным, слепящим, абсолютным успехом! «Суккуба в ящике» оказалась именно тем, чем я и планировал! Слабым, сообразительным, гибко приспосабливающимся, великолепно адаптирующимся демоном, лишенным малейших возможностей нанести вред душе и здоровью! К тому же, они инстинктивно понимали собственную слабость и то, что их «тюрьма» — на самом деле неприступная крепость для любых хищников, что могли бы зажрать слабого духа…

Однако… был нюанс. Небольшой. Маленький даже. Но очень существенный.

Всё шло идеально, но на третий день обучения моей персональной красотки, которую я в порыве гордости обозвал аж «Лилит», мне пришла в голову мысль проверить одну теорию, поэтому, достав свои невероятно сложно заколдованные плакатики, упертые из Школы Магов, я развесил их над колбами, в которых гнездились мои суккубы. Результаты… ошеломляли. Настолько, что я тогда воздел голову и ехидно спросил:

— Товарищ Лючия! Вы что… помогали эльфам создавать волшебные расы?

Ответа я, разумеется, не ждал, но получил. Из воздуха соткалась призрачная рука, погладила меня по тыкве и исчезла. Вот те раз.

А в чем суть? А суть в том, что суккубы, инфернальные до последнего микрона их энергетических задниц, приняли разум фей, и, вместе с этим, получили возможность усложняться от сложной магии!

Это был прорыв. Не просто прорыв, а прорывище! Представьте себе, настоящий искусственный интеллект, который работает на сексе! Вечный помощник, верный секретарь, существо-фамильяр, которое жаждет оказать тебе любую поддержку просто по своей природе! Просто за любовь!

Я возгордился. Я овеял себя лаврами. Я взял кошель и пошёл к Аграгиму. Мы пили крепкие вещи и торговались, затем пили крутые штуки и спорили, потом перешли на абсент…

Итогом штурма двух могучих умов стал медальон, совершенно не похожий на манадрим, я смог заколдовать эту штуку на персональное владение, заклясть куда более надежными заклятиями и получить в итоге свой первый авторский магический предмет немалой мощи и потенциала. Теперь Лилит жила в нем, и могла, при желании, видеть и слышать окружающий мир, могла даже общаться! Это ей, правда, пока не нравилось, так как она не получала от этих действий ни капли энергии, но что вы хотите от столь юного создания?

Последней из моих скорбей стала необходимость как можно быстрее вернуть себе магические инструменты, так как теперь вне своей башни я превращался в волшебника-калеку, оперирующего настолько плохо, что аж слезы на глазах. Где доставать материалы, крайне редкие и особенные, я понятия не имел, а лишенных доступа к Мифкресту, так вообще оказывался в крайне неприятном положении. Ну, робу и шляпу заказать — это одно дело, а собственные магические операторы — это совершенно другой компот.

Но идейка, безусловно, была.

Хлопок телепортации, и я выхожу не из стандартной башни волшебника, а из висящего в воздухе магического портала. Башня, тем не менее, есть, она передо мной, всё это колоссальное сооружение, утыканное телескопами, обвешанное механизмами и кранами, на которых висят что-то мастерящие гремлины. Они оживленно переговариваются, судачат, даже слышны, вот чудо, скрипучие смешки. Кажется, теперь они чувствуют себя хозяевами Великой Обсерватории.

Затем они видят меня.

— Мастер!

— Мастер пришёл!

— Пошлите за старейшинами, Мастер Гремлинов Джо здесь!

— Передайте!

— Бегу!

Десятки голосов срываются в радостный гул, а я просто делаю ручкой и иду вперед. Невелик был труд сделать то, что я сделал, откровенно не велик. Кроме того, я с этого уже имею свою нехилую прибыль, потому что значиться начальником тысячи ну очень волшебных гремлинов — это ого-го!

Встретили меня хорошо, как родного, даже лучше — как очень богатого и очень умирающего дядюшку. Я был даже несколько смущен таким количеством обожающих взглядов существ, которые, в отличие от парочки бывших пиратов, не бежали за мной по лесу с абордажными саблями наголо, но это вовсе не помешало мне начать деловой разговор с Исито Ягуёме, одним из старейшин гремлинских кланов.

— Вы правы, мастер Джо, — кивал мне желтой головой с прищуренными глазами старый гремлин, — Мы очень нуждаемся в… источниках дохода. Волшебники не хотят платить за наши услуги, они считают работу наградой. Мы тоже считаем, но…

Кушать нужно всем. А также строить, развиваться, покорять местные племена, угонять рабынь и делать с ними детей. Нормальная позиция общества. Однако, слабодоступная гремлинам, так как им не хотят платить, а целевая аудитория, способная забашлять чеканной монетой, очень уж мала.

— Вот, — достал я из кармана листки, когда-то полученные от Аюмшанка Живой Ноги, — Кто из этих рас в ближайшей доступности? Мы будем продавать им алкоголь.

Учить гремлина мастерству перегонного куба — это всё равно, что учить взрослого человека алфавиту языка, на котором тот всю жизнь разговаривает. Настолько простые приборы и рецептуры были для них почти оскорбительны, но вот ресурсов для обзаведения нужной индустрией у них не было. У меня же был выход (будущий) только на продукты и…

…связи с кланом Соурбруд. Другой вопрос, что карлы и гремлины существовали в разных мирах, но мало ли что могут волшебные гремлины предложить в обмен на перегонные кубы? Тут нужно провести встречу, выпить, обкашлять вопросики, обсудить перспективочки, навести мостики. Дипломатия способна на очень многое, особенно когда взаимосоприкасаются разные цивилизации. Впрочем, найти общие точки интереса никогда не представляло для меня особого труда. Каждое живое существо хочет счастья и покоя — то есть золота, бухла и секса.