Джокер

– Я все поняла. Ну и что ты решил?

– А ничего не решил. Зачем прятаться или скрываться, пусть снимают, подслушивают. Когда я буду во главе корпораций, это все уже будет нужно мне для развода с Алкой.

– Вася, ты действительно далеко пойдешь. Еще не знаю, кто кого перехитрит, но чувствую наступление бури.

– Лучше давай сейчас устроим бурю в спальне.

– Я немного устала..., но черт с ним, пошли.

Где то уже в 12 часов раздался звонок по телефону. Я поднял трубку.

– Але...

– Здравствуйте, Василий Иванович. Это звонит вам Николай Николаевич. Помните мы приходили к вам с Ларисой Анатольевной, по поводу договора...

– Помню. Мы кажется должны скоро встретится...

– Да, я как раз звоню по этому поводу. Дело в том, что мы не будем подписывать с вами договор.

– Это почему же?

– К сожалению, происходят некоторые изменения в нашей компании. Да вы сами, как я понял, знаете в чем дело... В общем, у меня к вам уже личная просьба. Возьмите меня к себе юристом.

– Что же все таки произошло?

– Лариса наделала много глупостей в управлении компании и, конечно, ваши друзья воспользовались этим и, судя по всему, все отойдет к вам. Как я понял, это будет объединение двух компаний, той, которой вы сейчас владеете и нашей. К сожалению, папаша Ларисы Анатольевны, очень невнятно распорядился своим наследством и теперь будет у Аллы Васильевны наследник или не будет, уже никого это не волнует, так как статус объединенной компании не попадает в рамки наследства. Здесь хоть судись, не судись, уже прав у Аллы Васильевны и у Ларисы Анатольевны нет. Есть только одно, решающее право, сколько акций при объединении будет у той или другой.

– Так все же, сколько акций они получат при объединении? Кто будет владеть контрольным пакетом акций?

– Во первых, контрольного пакета акций пока нет даже у Ларисы Анатольевны. Я уже говорил, что к сожалению, из-за своего упрямства, она сделала много финансовых глупостей, что тут же было учтено ее противниками. И как результат, на нее подали в суд, с формулировкой, что она преднамеренно нарушает финансовую дисциплину компании и довела ее до банкротства, а также нарушает завещание своего отца и поэтому не может использовать свое право в совете директоров Это значит, она будет вынуждена сдать пост президента компании временному управляющему, который будет определен судом по закону о банкротстве. Единственное, что спасет компанию, это объединение с другими компаниями и президентом этого объединения намечают сделать вас. Теперь уже все понимают, что суд вынесет решение не в пользу Ларисы Анатольевны.

– Очень интересно. Я подумаю о вашем предложении...

– Хорошо, я надеюсь на благополучный исход. До свидания.

– До свидания.

Бросаю трубку и слышу с кровати сонный голос Татьяны.

– Кто это?

– Это первая хорошая ласточка. Меня предупредили, что началось...

– Что началось?

– Подъем к пьедесталу императора.

– Тоже мне, император. Ложись лучше спать, завтра новый дурной день.

Новый день не стал дурным. С утра мне позвонил Гольтбрайх.

– Василий Иванович, приветствую, дорогой. Как ты себя чувствуешь?

– Отлично.

– Рад слышать. Еще более рад сообщить тебе, что я всех в Ларискиной компании сломал. Теперь они все твои.

– А как сама Лариска?

– Ничего, только ревет, но вроде сдалась тоже. Сегодня в шесть будет совет директоров компании, там будут избирать нового президента. Тебе надо быть обязательно.

– Сколько у меня акций?

– Ценой некоторой изобретательности, нам удалось немного скупить акций, но этого достаточно, чтобы ты был на правлении и стоял во главе компании. Пока соперников у тебя нет, самый главный противник - Лариска, потеряла все, ее пакет акций заморожен судом, так что все директора будут за тебя. Потом учти одно, когда будет объединение компании, активы будут тоже объединены и соответственно наступит их перераспределение. Вот тут то тебе надо пошевелится, Василий Иванович и не упустить свой куш.

– Постараюсь, Виктор Залманович.

– Постарайся, к стати, завтра собираемся перекинутся в картишки. Ты как?

– Я за.

– Тогда пока.

Эти уже мне проданы и поэтому смотрят по собачьи в глаза. Ларисы Анатольевны нет, но это и не обязательно. На ее месте сидит Николай Николаевич, официально уполномоченный бывшей хозяйки и уже давно готовый ее продать.

– Я рад, что в компании такое единодушие и все присутствующие поддержали меня, выбрав на такую серьезную должность. Я хочу, чтобы вы поддержали меня и в другом вопросе. Это касается объединения нашей компании с другой, владельцем которой тоже являюсь я. Надеюсь вы меня поддержите и в этом. И так ставлю на открытое голосование. Кто за объединение этих компаний?

Присутствующие послушно поднимают руки.

– Кто против?

Одна, единственная рука суховатой женщины взметнулась вверх. Ну что же мы возьмем тебя на заметку и постараемся убрать на пенсию.

– И так, объединение произошло, - дружный всплеск аплодисментов пронесся в зале и мне пришлось поднять руку.
– Тихо. Сегодня я составлю приказ о назначении комиссии по объединению. С завтрашнего дня мы будем жить уже по новому.

Хозяйка еще дергается. Она ворвалась ко мне в кабинет и нагла понесла.

– Какое ты имеешь право, не приняв решения нашего совета директоров, производить объединение компаний.

– Прямое. Я заручился тремя голосами директоров, плюс мои два голоса, так что могу делать, все что хочу.

– Но это не запротоколировано.

– Хотите протокола? Он будет у вас через два часа.

Хозяйка как то сникла и вдруг улыбнувшись, заговорила другим голосом.

– Я потрясена зятек твоими действиями. Просто не ожидала такой прыти. Все так быстро поменялось. Не пора ли вам с женой помирится и жить вместе.

– Не пора. Я как раз хочу с ней развестись.

– Как развестись? Да ты, понимаешь, о чем говоришь?

– Понимаю. Поэтому и говорю. Нас насильно поженили, теперь мы будем свободны.

– Не будешь. Я этого не позволю. Она беременна и твоя жена.

– Была. Я уже дал юристам указание на развод, готовьте свои аргументы.

– Ах ты... Да кто ты такой?

– Я джокер в этом раскладе.

– Не знаю, кто это такой, но то что ты сволочь и мразь порядочная, это я уже поняла. Будем судится.

– Вот и хорошо, а пока мне нужно работать дальше. Пока, те... щень.... ка.

Хозяйку, как ветром сдуло с кресла. Вот еще одни черные пики в колоде. Завтра мне как раз надо решить по поводу этой масти в покоях Мирона...

Татьяна стояла в дверях и качала головой.

– Ты... сумасшедший. Так нельзя было говорить ей в лоб.

– Я уже сказал. А ты оказывается подслушивала.

– Вы так кричали, а дверь была приоткрыта.

– Значит, все идет как надо. Надеюсь ты сегодня вечером будешь у меня дома?