Джунгли

Минуты через две Джулия вылезла из люка, дала Хуану бутылку с водой и помогла уложить руку в пращевидную повязку, привязала пакет с искусственным льдом к его плечу и вытряхнула ему в руку несколько болеутоляющих таблеток.

– А это, бесстрашный вождь, лучшее медицинское достижение для сломанной ключицы, – сказала она, давая ему два протеиновых батончика из неприкосновенного запаса. Потом слегка смутилась. – Извини, я забыла, что у шлюпки есть форсаж. Я включила бы его раньше.

– Ничего. Сообщи по радио Максу, что мы возвращаемся. Постой. Как там Лоулесс?

Джулия помрачнела.

– Не знаю. Все еще не пришел в себя.

Они с грохотом мчались по реке, пронеслись под двумя мостами. Слева от них разворачивался город – контейнерные порты, цементные заводы, грузовые причалы. Наконец они миновали деловой центр города с его скоплением высоких административных зданий и многоэтажных жилых кварталов.

Наперерез им вышел полицейский катер. Хуан видел мерцание синих огней на его радарной установке, когда тот шел курсом на перехват. Если город не располагал ничем лучшим, это печально. Кабрильо рассчитал векторы и понял, что катер пройдет минимум в ста метрах за кормой «Свободы».

Он дал бы капитану награду за усилия, потому что, даже когда стало ясно, что шлюпку не догнать, тот давал полный газ обоим двигателям, пока не свернул в кильватерную струю шлюпки на том самом расстоянии, какое предвидел Хуан. Катер преследовал их почти километр. Расстояние между ними увеличивалось с каждой секундой. Капитан признал в конце концов поражение и прекратил бессмысленную погоню.

С приближением к морю река расширялась, берега превращались в далекие пятна джунглей. Становилась она и более грязной, так как приливы с отливами и океанские волны поднимали осадки со дна. Движение сократилось до случайного контейнеровоза или рыбацкого судна. Хуан знал, что теперь следует сбавить ход и идти как прочие суда в этом месте, но не забывал, что военный флот отправил самолеты и корабли на поиски «Орегона», поэтому чем быстрее они встретятся, тем раньше сможет он увести всех за горизонт.

Джулия вернулась с рацией. Хуан вызвал «Орегон» на заранее установленной частоте.

– Бурун, Бурун, это Резиновая Утка, возвращайтесь.

– Резиновая Утка, сообщение принято.

– Макс, рад тебя слышать. Мы почти в устье реки Янгон. Где ты?

Хенли снял координаты, Эдди записал их, потом ввел в обратном порядке навигационный компьютер «Свободы». Это была уловка на случай, если кто-то понимающий американский условный радиоязык заинтересовался ими.

– Мы будем там минут через двадцать, – сказал Хуан, когда компьютер показал расчетное время.

– Это хорошо, потому что бирманский ракетный эсминец появится в пределах видимости примерно через двадцать пять. У него много пушек и противокорабельных ракет. В течение последнего часа мы вели огонь по вертолетам. Не сбили ни одного, потому что ни один не стрелял в нас, но вот-вот дела примут серьезный оборот.

– Понял, добрый друг. Иду навстречу. Будет лучше, если мы подойдем к шлюпочному гаражу и заведем «Свободу».

– План хороший, пока у нас не возникло проблем и мы не пошли ко дну без одной шлюпки.

– Не бойся, – бодро отозвался Хуан. – Да, предупреди медиков: у Макда травма головы. Тайная полиция поработала. Подготовьте каталку.

Кабрильо нажал на рычаги дросселя, пытаясь увеличить скорость шлюпки на узел-другой, но двигатель работал на полную мощность. Воздух стал значительно менее влажным и посвежел, когда они вышли из реки в океан. Море оставалось спокойным, поэтому Хуан не убирал подводные крылья.

Пятнадцать минут прошло без происшествий, но потом Хуан заметил вдали что-то, пятнышко, плывущее над самым горизонтом. Вскоре оно превратилось в вертолет, с грохотом летящий по направлению к ним. На высоте меньше ста пятидесяти метров он пронесся над шлюпкой, шлепанье винтов звучало сокрушающим громом.

Летчик, видимо, уверенно опознал шлюпку, потому что когда вертолет вернулся, боковая дверь его откатилась, и в проеме появились два солдата с автоматами на изготовку. С неба полился свинцовый дождь. С прицела их сбило изменение скорости, но количество израсходованных патронов было потрясающим. На крыше «Свободы» появились отверстия, осколки фибергласа полетели мимо Эдди и Кабрильо, стоящего у руля. Эдди выпустил небольшую очередь в вертолет и сумел попасть. Кровь забрызгала изнутри иллюминатор второго пилота.

Хуан бросал шлюпку из стороны в сторону, слегка теряя при этом скорость, чтобы избежать очередной смертоносной атаки.

– Полцарства за ракету «Стингер», – произнес Эдди.

Кабрильо угрюмо кивнул.

– Резиновая Утка, у нас на экране вертолет примерно там, где находитесь вы, – сообщил Макс по радио.

– Он прямо над нами. Можешь что-нибудь сделать?

– Подождите две минуты.

– Понял.

Вертолет осуществил еще заход, когда солдаты перезарядили оружие. Хуан сделал резкий поворот вправо, едва не сломав подводные крылья. Благодаря этому быстрому маневру шлюпка оказалась прямо под вертолетом, лишив солдат возможности прицела. Кабрильо повторял каждый поворот летчика, когда тот пытался выйти из мертвой зоны. Эдди, подняв «ФН» к плечу, стрелял прямо вверх, дырявя брюхо вертолета меткими выстрелами.

На этот раз вертолет был вынужден отстать. Он занял место на высоте примерно шестьдесят метров и более чем в трех километрах от правого борта «Свободы». Летчик сохранял скорость, с какой двигалась шлюпка, и желания приблизиться не выказывал. Последняя атака ему дорого обошлась.

Потом над горизонтом замерцало пламя, рассекшее воздух, как молния. С «Орегона» велся огонь из пулемета Гатлинга, переведенного на максимальную скорострельность – четыре тысячи выстрелов в минуту. Из ствола вылетали не отдельные пули, а сплошная стена вольфрама, бьющая со сверхзвуковой скоростью. Прицельная система была такой, что пули пролетали на расстоянии метра от вращающегося винта, не задевая его. При желании с «Орегона» могли сбить вертолет, превратить его в огненный метеор из алюминиевого лома, но демонстрации этой потрясающей огневой мощи было более чем достаточно.

Вертолет поспешно сделал вираж и вскоре скрылся.

Когда Хуан увидел «Орегон», судно терпеливо поджидало своих заблудших детей. Под пестрой смесью серой краски и умело нанесенных ржавых полос «Орегон» казался Хуану самым прекрасным зрелищем на свете. Дверь шлюпочного гаража была открыта справа в средней части судна на уровне ватерлинии. Пока Эдди готовился открыть кингстон и отправить «Свободу» в водную могилу, которой она не заслуживала, Хуан подвел ее к нужному месту. Макс стоял на покатом трапе с двумя санитарами и каталкой для Макда. Позади виднелась вторая шлюпка, такая же, как брошенная в джунглях. Она стояла на спусковых салазках, ее можно было спустить на воду с помощью гидравлических домкратов.

Хуан бросил Максу конец, тот обвязал его вокруг швартовой утки.

– Приятно видеть тебя.

– Приятно вернуться, – произнес Хуан устало. – Скажу тебе, мой друг, это был кошмар с самого начала.

– Еще бы, – вздохнул Хенли.

Санитары сошли на шлюпку, используя заспинную доску, чтобы стабилизировать Лоулесса и не допустить новых повреждений. Действовали быстро, понимая, что через несколько минут придется вступить в бой с лучшей канонеркой Мьянмы.

Когда Макда подняли и повезли в лазарет, а Джулия пошла рядом с каталкой, Эдди открыл кингстоны и выскочил из шлюпки.