Э(п)рон-2

— Дробь, — без раздумий выдал версию механик. — Или картечь. Из гауссовок.

— Толково…

— Чего толкового-то? Кэп?..

— Ну как тебе объяснить, Алекс… гауссовки — это…

— Я знаю, что такое пушка Гаусса, — перебил я его. — Ты другое объясни. Почему обстрел яхты мелкими металлическими шарами — это толково?

— Потому что даже такая вот картечь — судя по дырам, сантиметра два-три в диаметре, — для яхты что слону дробина. Видишь, попадания вблизи кормового отсека локализованы? И еще вон на пилонах. Готов спорить, что на движках тоже есть… в общем, дешево и сердито — вывели из строя силовой блок, но при этом обитаемая часть осталась цела. Смог бы ты так точно плазмой сработать? Про ракеты вообще молчу, — завершил спич Рин-сан. — Потому и толково.

— Но ведь можно было электромагнитным импульсом жахнуть!

— Дальность, — невозмутимо пояснил кэп. — Из гауссовок смогли издалека достать. А так пришлось бы почти вплотную подходить.

— Получается, засада? — прогудел всеми забытый Борисыч.

— Похоже, — согласился Рин. — Вот и объяснение. «Красотка» ушла в прыжок в штатном режиме, и столь же штатно из него вышла. Стала затормаживаться, и тут ей всадили сноп картечи в корму. Банальный гоп-стоп, он же пиратское нападение. Вот только обломались господа джентльмены удачи: дробины что-то повредили в прыжковом генераторе, он сбойнул, и яхта «затонула». Причем уже когда практически сбросила скорость…

— … поэтому у нас стандартная однокоординатная «пуповина», — закончил я мысль. — Плюс поврежденный генератор стал жрать энергию — такие случаи описаны, но с ними сталкивались в основном в боевой обстановке. В итоге реактор очень быстро сдох.

— И клан Рокуэлл не нашел свидетелей, потому что свидетели не дураки. Кому охота срок мотать за пиратство? А у меня дома их бы вообще четвертовали.

— Сурово…

— Зато справедливо, э! Симатта! Ненавижу пиратов!

— Сталкивался?

— Случалось…

Капитан Рин замолчал, и я счел за благо съехать с темы — нечего лишний раз на больную мозоль наступать. И прошлое ворошить последнее дело. Особенно в случае моего ниппонского коллеги.

— Ну так я пошел? — нарушил тишину Борисыч.

— Давай, — кивнул кэп. — Алекс, переключи «зверушку» на «Спрута».

— Окей. Кумо?

— Процесс активирован, капитан Заварзин.

— Борисыч?

— Да, норма. Начинаем?

— Осторожней только.

— Не учи отца!..

На виртуальном экране, отображавшем в оконном режиме потоки с десятка видеокамер, смонтированных по всему грузовому трюму, протаяло еще одно — с нашлемной, принадлежавшей, как не трудно догадаться, механику Мягкову. Да и сам он нарисовался как минимум на паре картинок, стоило лишь ему пройти шлюзование и вывалиться в здоровенную каверну, лишенную как атмосферы, так и гравитации. Строго говоря, какая-то сила притяжения, обусловленная массой «Спрута», имела место, но она почти не влияла на объекты в трюме. Соответственно, Борисычу не составило труда переместиться к корпусу «Красотки», задействовав примитивный реактивный ранец, плюнувший из сопла струей воздуха под давлением, а затем, оказавшись в непосредственной близости от глыбы яхты, он задействовал магнитные захваты — сначала на руках, а потом и на подошвах сапог. Облачен он был в свой монструозный скафандр, тот самый, крафтовый, со множеством дополнительных приблуд, и казался сказочным зверем медведем — огромным и на первый взгляд неуклюжим. Однако же двигался, как и реальный лесной мишка, ловко и грациозно: там чуть схватился, здесь пыхнул дюзой, глядь — а уже висит у шлюза, рядом с распластанным по обшивке функциональным юнитом-«кракозяброй».

— Ха! Заперто!

— Борисыч, я тебя умоляю! А ты чего ожидал-то?..

— Оркестр с хлебом-солью, — отгавкнулся механик. — Ломать придется… хорошо, горелку захватил…

— Отставить горелку!

— Еще чего! Малой, ты бы не указывал, как кораблики-то потрошить. Я их разделывал, когда ты еще за мамкин подол держался!

— Боб!

— Да, Рин?..

Ну спасибо, дорогой товарищ кэп! Всем хорош Борисыч, но меня матерый механик воспринимал как непутевого «зятька», которому любимая племяшка не дала от ворот поворот исключительно по недоразумению. И относился соответственно, то бишь в упор не видел все мои попытки распоряжаться.

— Алекс дело говорит. Не будем… как это по-вашему? Симатта! Нахрапом, вот! Осторожность — главная добродетель самурая.

— А как же терпение? — не удержался я от подначки.

— Одного без другого не бывает! — отрезал Рин-сан. — В общем, послушай Алекса, старый.

— Ладно, — буркнул механик. — Чего хотел, малой?

— Сейчас все сделаем без шума и пыли, — заверил я Борисыча. — Кумо?

— Процесс активирован, капитан Заварзин.

Да-да, мы уже настолько «сроднились», что зачастую понимали друг друга без слов. Сейчас вот, например, мне стоило только подумать о некоторых незадокументированных возможностях «кракозябры», и мини-гексапод продемонстрировал совершенство алиеновских технологий во всей красе: функциональный юнит аккуратно сместился вдоль корпуса яхты и навис над Борисычем, раскорячившись на четырех многосуставчатых «щупальцах», вонзенных в углы люка.

— Эй, что за?..

— Спокойствие, Боб Борисыч. Кумо, открывай.

Подчинившийся безмолвной команде мини-гекса юнит задумчиво погудел, пару раз качнулся на лапах, расцвел искрами разрядов в зазорах между суставами… и люк «утонул» в дверном проеме, окутавшись по периметру космами вырвавшегося из заточения затхлого воздуха.

— Не получилось?.. — прогудел Борисыч, но в этот момент створка, немного поколебавшись — в самом прямом смысле слова — уехала в сторону, освободив проход. — Твою маму… напугала!

— Забирайся уже, пугливый ты наш.

— Тебе легко говорить, кэп! А я чуть легким испугом не обделался!.. Ха! Парни, смотрите-ка…

Борисыч, успевший к концу тирады нырнуть в люк и утвердиться посреди шлюза на своих двоих, врубил нашлемный фонарь и принялся крутить головой, с интересом осматривая помещение. Ну и нам перепало, само собой, хоть особого комфорта при просмотре мы и не испытывали.

— Борисыч, стой спокойно, — не сдержался Рин-сан. — У меня сейчас голова закружится… что это? Плесень?..

— Сейчас поближе гляну…

— Эй-эй-эй!!! А если она тебя… зохавает?!

— Тьфу на тебя, малой! Это просто какая-то гадость на стенках. Как она меня?.. М-мать!!!

Как незамедлительно выяснилось, «гадость» покрывала не только стены, но и пол, к которому механик прилип магнитными подошвами. Прилип-то прилип, но, видать, недостаточно надежно, потому что растележился, от души приложившись спиной и затылком. Хорошо, шлем выдержал. Впрочем, я бы сильно удивился обратному — это же шлем Борисыча, а значит, как минимум с тройным запасом прочности.

— Вставай, чего развалился? — усмехнулся кэп.

— Тебе легко говорить… — завел старую песню механик, но на ноги все же поднялся, хоть и с возросшей осторожностью. — Внутренний люк тоже заперт. Но тут ничего удивительного — внешний-то открыт. И вы заметили, что шлюз был под давлением?

— А как же.

— Значит, в жилой секции утечки не было, — развил мысль Борисыч. — Вот только вряд ли там пригодный для дыхания воздух… если там кто-то оставался, он весь кислород сжег…

Продолжать механик не стал, но мне и предыдущих его слов хватило, чтобы живо представить мучения человека, умирающего от удушья. Бр-р-р… врагу такого не пожелаешь!