Э(п)рон-2

— Понятно… реально последний крик. И ведь не побоялись, что кто-то перехватит и расшифрует…

— Их опасения были бы почти беспочвенными, капитан Заварзин.

— Что, настолько классный код?

— Ответ положительный. Я не могу даже приблизительно определить, сколько времени уйдет на дешифровку…

— Все равно приступай, нам теперь спешить некуда, а выяснить, что за уроды нам планы порушили, было бы недурно.

— Эй, что это было?! Это… это…

— Привыкай к новой реальности, Краузе. Сдается мне, нелегко нам придется…

— Эй, Ценкер, да вы никак стали реалистом?

— Ваша правда, герр Заварзин. Но исключительно вынужденно.

— Это ничего, — улыбнулся я, развернувшись вместе с креслом к соратникам. Теперь уже точно соратникам — по рожам видно. — Главное, у нас есть общее дело.

— Отомстить убийцам? — удивленно вздернул бровь бывший корветтен-капитан. — А вы так и остались идеалистом, герр Заварзин.

— Отнюдь. Месть в данном конкретном случае исключительно способ привлечь к совместному предприятию вас, герр Ценкер. А я всего лишь собираюсь нанести превентивный удар, чтобы эти, хм, анонимные пакостники больше не расстраивали мои планы.

— И какие же, позвольте поинтересоваться?

— Давайте пока не будем углубляться в подробности, герр Ценкер. Поверьте, это очень долгий и не самый приятный разговор. А нам бы побыстрее свалить отсюда. Вы ведь знаете главный закон уличной драки? Нет? Краузе?

— Даже если победил, срочно делай ноги?

— Именно. Полиция не будет разбираться, кто прав, а кто виноват. Даже если эта полиция с Картахены, то бишь прикормленная и насквозь знакомая… — Я в несколько пассов приблизил к креслу голограмму со схемой «Набата» и оставшихся двух «москитов», прокрутил модельки вокруг оси и довольно хмыкнул: — Нормально, повреждений нет… даже ваш «абордажник» не сорвало. Эй, кэп! Давай-ка к нам, поработаешь кораблем-маткой.

— Минут семь-десять, Алекс.

— Добро! Кумо, подгоняй понтоны, да и «подарочек» в ангар загони. Герр Ценкер, не поспособствуете в переговорах с подчиненным?..

– //-

— Дом, милый дом… не планировал я так рано возвращаться. Да еще и с пустыми руками.

— Забей.

— Тебе легко говорить, кэп. Ты не терял материальных ценностей на энную сумму, и не обламывался по всем фронтам сразу.

— А еще я не ною по пустякам, э! И вообще, Деррик ждет, так что помалкивай и шагай.

Это да, сам же и назначил встречу, так что негоже опаздывать. Но это нервное — похвастаться особо нечем, вот организм и сопротивляется изо всех сил. Устал еще… не физически, морально. Выжившие дойчи оказались той еще проблемой, как очень скоро выяснилось. Подобрали на свою голову. А тут еще Милашкин папаша — он, в отличие от меня, потрудился на славу, умудрившись в кратчайшие сроки сколотить костяк моей будущей инженерной службы. Да-да, эту задачу я поручил именно ему, а не Степанычу. Ну а кто как не профсоюзный лидер технарей с ней мог справиться наилучшим образом? Что характерно, справился. И это еще одна причина моей хандры — спецов пока что деть попросту некуда. Я очень надеялся пригнать один из намеченных трофеев и задействовать народ в его ремонте и подготовке к действиям в автономном режиме — где-нибудь в окрестностях Картахены, но в местечке поукромнее, чтобы подальше от чужих и не в меру любопытных глаз. А теперь фигушки — еще недели две как минимум надо, и содержание нанятого персонала на это время тоже ляжет бременем на мои не самые обширные финансы. Степаныч, кстати, каилиты реализовать еще не успел, перебивались пока что барышом с предыдущей добычи… и, положа руку на сердце, бабла должно было хватить, пусть и впритык. Но жабу не переубедишь: одно дело, когда сотрудники заняты чем-то полезным, и совсем другое, когда просто сидят и ждут у моря погоды, то бишь опять же меня, пока я, наконец, не соизволю обеспечить им фронт работ. Обеспечишь тут, пожалуй… а еще пару понтонов надо снарядить, чтобы снова вернуться к пятерке. Да, «абордажник» у дойчей я все-таки отжал, когда Борисыч дал гарантию, что гексовский генератор к нему присобачить сможет. Итого, еще две лоханки.

Впрочем, этот вопрос удалось решить еще в пути, и, что самое приятное, в кредит, под честное слово Деррика и герра Нойманна. Осталось дождаться, пока команда «Спрута» под руководством механика Мягкова смонтирует прыжковые генераторы, а сам «Спрут» при посредничестве Рин-тян обновит приблудам «прошивку». Около трех суток, я думаю. Особенно с помощью Лизки — та от родного дядьки нахваталась всякого, и сейчас ему практически не уступала в инженерных навыках. А вот я рылом не вышел — теоретик-белоручка, блин! Все вокруг чем-то заняты, и только мы с Рином не пришей к одному месту рукав. Что ж, придется снова коротать время в бесконечных деловых переговорах — Степанычу только намекни, моментально нарисуется множество вопросов, требующих моего непосредственного участия. Я из-за этого в основном и свалил в космос, якобы за новой мобильной базой, если совсем уж честно. Но старый слуга достаточно деликатен, чтобы не показать вида. А это еще обидней… твою ж мать!

— Эй, Алекс, о чем задумался? — подколол кэп, когда я чуть не пропахал носом палубу, споткнувшись на ровном месте.

Хорошо хоть, народу вокруг почти не было — мы по старой традиции пришвартовались в техническом секторе, и сейчас на автомате шагали к «Сломанному дроиду». По крайней мере, я. А вот Рин-сан даже здесь себе не изменял — оставался собран и внимателен к мелочам. Но ему можно, у него профессиональная деформация.

— Да так, о ерунде всякой, — отмахнулся я, восстановив равновесие. — Что-то слишком часто я лажаю… похоже, удача от меня отвернулась.

— Э, ты это брось! Удача от него отвернулась! Ты, между прочим, до сих пор живой и здоровый!

— Это плюс, — согласился я. — А в остальном, выходит, по нулям. С этой су… э-э-э… леди Аннабель обломались? Обломались!

— Бабла неплохо подняли, — как бы между прочим заметил Рин-сан.

— Прииск похерили? Похерили!

— И еще больше бабла подняли… поднимем.

— С «Эмденом» пролетели? Пролетели!

— Семерых дойчей-военспецов вербанули…

— Кэп! Имей совесть, это даже на минимальный профит не тянет! От них одни проблемы!

— Как и от тебя, нытик! Симатта!

На этом у меня аргументы закончились, и я предпочел промолчать, снова погрузившись в невеселые мысли. По поводу? А вам уже озвученного мало? Тогда извольте…

Рейд за трофеями, как вы уже поняли, мы вынужденно прервали — с оставшимися в строю двумя понтонами не было никакой гарантии, что удастся извлечь «Латника» из подпространства. Впрочем, окончательно от этой идеи я не отказался, решив не заморачиваться поиском новых объектов, а вернуться в цивилизацию и пополнить запасы. И расходники, ага. Это я про «москитов» с прыжковыми генераторами. Почему все-таки «Латник»? Потому что сохранившиеся данные недвусмысленно говорили, что корабль поврежден довольно серьезно, вплоть до потери герметичности. Что, как бы цинично это ни звучало, для нас хорошо — ниже вероятность выживания экипажа. Пример «Эмдена» наглядно показал, что бывает, когда приходится договариваться со служаками. Больше не хочу. Еще одна, кстати, проблема — мы выяснили, чей это был «убийца линкоров». Краузе оказался прав, позывной стандартный для флота Протектората Дойч, и Степанычу ничего не стоило установить принадлежность боевой единицы, хоть в «оберкоммандо дер рам» и постарались не поднимать волну после ее потери. За пределы этой почтенной структуры инфа все же просочилась — как-никак, целый экипаж загнулся в мирное время. Так что где по косвенным признакам, где напрямую, подмазав нужного человека, но Степаныч раскопал-таки необходимые сведения. И первое, что сказал, когда повторно вышел на связь — не поднимать кипиш. И не пытаться мстить, ибо чревато. Просто потому, что ударный корвет с позывным XR-1311-NPF входил в состав особо секретной эскадрильи стратегического резерва «оберкоммандо дер рам», соответственно, выслать его на столь щекотливую, пусть и привычную, миссию мог ограниченный круг лиц — и все как один высшие офицеры флота Протектората Дойч. То бишь это уровень адмиралов, каждый из которых по традиции представлял интересы той или иной группировки кланов. И выяснять, какой именно — себе дороже. Если «убийца» перед смертью «докричался» до хозяев, те наверняка в курсе, кого конкретно надо винить в позоре, усугубленном утечкой информации. Так что к моменту нашего возвращения на Картахену мы имели с нашим анонимным недоброжелателем неустойчивый паритет — тому невыгодно выходить из тени, потому что это неминуемо приведет к ответственности за утерю боевого корабля, а нам ни к чему ворошить осиное гнездо, дабы не провоцировать высокопоставленного врага на ответочку. Как догадались, что ему невыгодно? Степаныч просветил. А того Деррик, на которого вышел один из военных на Картахене — достаточно высокопоставленный и информированный, чтобы его попытались втемную «подоить» на предмет данных мониторинга пространства. Мало того, когда Дэвид посоветовал служивому не отказываться от шабашки, тому предложили еще денег — за то, чтобы отчет службы мониторинга за некий временной промежуток был утерян. Сервер полетел, какая досада! А еще коротнула проводка в замке секретного сейфа, и кристаллоносители с резервной копией тоже накрылись медным тазом. Военный в просьбе не отказал, разве что подогнал по старой дружбе Деррику неучтенный экземпляр. О чем, естественно, нанимателя в известность не поставил. В общем, все остались довольны, но холодок в отношениях сохранился. Зато, можно сказать, заключили молчаливое соглашение: он нас не трогает, мы его не палим. До поры, ага.

Ну а еще я в порядке бреда попытался понять, чего ради кто-то из небожителей не пожалел целый вынырнувший из небытия авианесущий крейсер со всей командой. Про «убийцу» я, конечно, не забыл, но его потеря в планы наших оппонентов явно не входила. И настолько увлекся, что не постеснялся припрячь Степаныча. Тот, впрочем, в подробности вдаваться не стал, равно как и предпринимать каких-то излишних усилий, а просто порылся в собственной памяти, мысленно вернувшись в те времена, когда работал с моим дедом-контрразведчиком. И с его слов выходило, что сорок лет назад в «оберкоммандо дер рам» вовсю шла подковерная война — схлестнулись две группировки, одна из которых, пребывавшая в меньшинстве, тайно симпатизировала бриттам. Не до такой степени, чтобы слить военную кампанию целиком, но достаточно, чтобы желать ее разрешения в менее неблагоприятных обстоятельствах для противника коалиции. Ну что поделать, если у их родных кланов финансовые интересы в Протекторате Бритт? Ничего личного, просто бизнес. И эти тайные вредители не придумали ничего лучше, как вести диверсионную деятельность, в масштабах той мясорубки выглядевшую всего лишь мелкими пакостями. Ничего глобального, так, по минимуму — там задержать подкрепление, чтобы зажатые в тисках бритты смогли унести ноги, здесь свести на нет тактическое преимущество, оставшись при своих… и все это, естественно, сопровождалось ненужными жертвами со стороны сил коалиции. С «Эмденом» приключилась аналогичная история — его намеренно выслали перед основной группой, чтобы выдать ее раньше времени. Как результат, бритты в той заварушке успели перестроиться и встретить эскадру дойчей плотным огнем. Особых потерь не нанесли, но сами сумели свалить, избежав крупного разгрома. Всем в штабе было понятно, чьих это рук дело, но доказательств так и не нашли — все протоколы связи оказались уничтожены. В общем, концы в воду. И единственным, кто мог бы внести ясность в этот вопрос, был капитан фон Клейн. Который очень удачно сгинул вместе со своим кораблем, ага. А через сорок лет вдруг вынырнул из небытия и доложился в «оберкоммандо дер рам». Как ни в чем не бывало. Потому что для него прошло всего девять суток. Как вам такая информационная бомба? Штабным тоже понравилось, и особенно потомку того пакостника. А может, и ему самому — вряд ли он по-прежнему входил в состав командования, но вполне еще мог быть жив. Только представьте, какой это репутационный урон для клана! Результат немного предсказуем, в чем мы и убедились на собственной шкуре. Правда, подгадить все же получилось — и корвет уничтожили, и сами сбежали. Хотя инкогнито не сохранили, но это возвращает нас в начало рассуждений…

— Привет, Милашка! Отец на месте?

— Только вас и ждет, Рин-сан. Алекс, а ты чего такой потерянный?

Чего?.. Точно… добрались. Я даже дверь не заметил, очнулся на ресепшене. Ладно, пора встряхнуться, Деррик раздолбайства не любит…

— Привет.

— А… понятно. Проходите.

Ох, заботы мои тяжкие!.. В любое другое время я бы не упустил случая слегка пофлиртовать с Дрю, а сегодня — фигушки. Вот она и удивилась. И, кажется, слегка обиделась. Ладно, не до нее…

В вестибюле первого этажа нас встретил Савелий Степаныч — все в той же личине респектабельного герра Нойманна. Он вообще старался ее пореже скидывать, в основном, когда оказывался на «Спруте» в нашей с кэпом компании. Я даже подозревал, что сам Деррик не в курсе относительно фальшивости личности добропорядочного бюргера. Впрочем, оно и к лучшему — меньше вероятность проследить мою связь со старым слугой во времена оны.