Его хорошая девочка

— Что ты собрался разглядывать в темноте? След от удара? — ворчливо заметила я, но тут же притихла, потому как Никита укутал меня в полотенце, причём большое. Оно укрыло не только спину и плечи, но и на голову с руками хватило.

— Значит, ощупаю, — парень опустился передо мной на корточки и, приподняв мою правую ногу, принялся поглаживающими движениями исследовать ступню, а когда до большого пальца добрался, я всхлипнула:

— Ай, осторожнее.

— Ничего страшного, палец просто зашибла, мазью помазать и через пару дней будет как новенький, — Беркутов выдал вердикт, поднялся и направился, я так понимаю, за моими вещами. Ага, точно за ними. Подобрал и уже обратно несёт.

За ту неделю, что Никита провёл здесь, он успел обзавестись загаром, даже в полумраке видно, насколько его золотистый оттенок кожи контрастирует с моей бледностью. И волосы у него, кажется, чуть выгорели, насколько помню, в прошлый раз они смотрелись темней. Во всём остальном Беркутов ни капли не изменился. Такой же самоуверенный, такой же наглый, такой же невыносимый, и фиг с ним, такой же внешне привлекательный.

Представляю, какой эффект он производит, когда днём появляется в плавках на пляже или возле бассейна. Стопроцентно все женские, да и не только женские, взгляды его. Ещё бы! Такое ощущение, что когда матушка-природа его создавала, психанула и вылепила идеальное тело, а после прикрепила к нему такую же идеальную голову. Да и сам Никита, видно, ровно на попе не сидит, пресс сам же себя не накачает, и рельеф на руках сам по себе не появится, на лицо явные, чуть ли не ежедневные тренировки, причём с грузом.

— Шутник недоделанный, ты хоть понял, что своим приколом чуть до инфаркта меня не довёл? — злобно шиплю я, наблюдая, как на шезлонг падают мои вещи.

— А то. Так изначально и было задумано, — Никита встаёт передо мной и упирается кулаками в бока. — Ты какого… ночью в море полезла? Что, папы рядом нет, можно мозг отключать? Судорога, резко плохо стало, силы не рассчитала, да мало ли какая хрень может произойти, и всё — утром на берегу находят твой хладный синюшный труп. Смотрим внимательно, — Беркутов, вытянув руку, указал на сооружение, что очень похоже на большую стремянку, в которую воткнули закрытый зонт. — Если там сидит мужик в красных трусах и со свистком — купаться можно, если мужика нет — разворачиваемся и уходим. Усекла?

— Усекла, и ещё как! Ну, Беркутов, и скользкий же ты тип! — подскочив с шезлонга, заявила я, и, скинув на песок шлёпки, обувалась и ворчала одновременно. — Натворил дел, и лихо себе оправдание выдумал. Мол, преподал дурёхе урок ради её собственного же блага.

Под пристально-ироничным взглядом Никиты натянула на себя тунику, отряхнула полотенце от песка, причём так, чтобы он, по возможности, в глаза Никите улетел, и пошла к бунгало.

— Варя, — окликну мужчина, когда уже по асфальтированной дорожке шла, — ты не туда свернула, этот путь ведёт к главному корпусу, тебе надо направо.

Да чтоб тебя, точно!

Глава 8

День выдался не из лёгких. Прощание с отцом, перелёт, новое место, множество знакомств, изучение огромного количества документов, опять же, думала, что сожрут. После душа, к кровати как магнитом тянуло, с удовольствием бы забралась под простынку, включила телевизор, дрыгала ножками и пускала слюни на подушку до утра. Но нет, уложив волосы, накрасилась и надела новое платье, что специально купила для первого ужина в отеле. Пойду в ресторан, проверю заполняемость зала, попробую, чем повара угощают, расторопны ли официанты, ну и посмотрю развлекательную программу.

На входе, как и полагается, меня радушно встретила девушка и предложила проводить до столика. Пока шли, сразу обратила внимание, что зал ресторана полупустой, то есть постояльцы предпочитают ужинать не у нас, а у конкурентов. Также у бара заметила Никиту, что, как и я, принарядился. Мужчине крайне к лицу белая рубашка, с небрежно закатанными рукавами, и такого же цвета штаны. Парадно-выходной вид парня оценила не одна я. Две девушки, что стоят от него по обе руки, явно соперничают между собой за внимание одного на двоих кавалера. Одну из них он обнимает за талию, а другой что-то на ухо шепчет, а пялится, гад, на меня. Едва сдержалась, чтобы язык не показать.

Сделав заказ, досконально изучаю меню, цены, надо сказать, заоблачные. Если бы отец регулярно не кидал на мою банковскую карту энные суммы и жила бы я на одну зарплату, причём неплохую, сто раз бы подумала ужинать ли мне здесь. Если моя осетрина на гриле во рту не растает, и я не запищу от восторга и не упаду в обморок от удовольствия, тогда понятно, почему конкуренты за наш счёт богатеют, кормя наших клиентов.

Спина словно в огне и, кажется, догадываюсь почему, Беркутов во мне дыру прожигает. Дабы проверить теорию, просто оборачиваться не хочу, а то Никита ещё сочтёт, что мне интересно, чем он там с красотками занимается. Хитрю. Как бы невзначай роняю салфетку со стола на пол, наклоняюсь, чтобы поднять, и тихонечко украдкой смотрю в сторону бара. На том месте, где Беркутов с девушками обнимался, сидит толстый лысый мужик и коньяк хлещет.

— Не меня, случаем, ищешь? — раздаётся насмешливый голос Беркутова, и я вижу, как ноги в белых брюках приближаются к столику и присаживаются на стул напротив меня.

— Много чести, — выпрямившись и демонстративно бросив салфетку на стол, холодно отвечаю я. — Ты зачем пришёл, вроде бы занят был очень?

— Варенька, не ревнуй, — Никита берёт меню и делает знак официанту, чтобы тот подошёл. — Люблю лишь одну тебя, а с теми девушками общался исключительно по деловому вопросу.

— У венеролога, после вот таких твоих деловых встреч, глаза на лоб не лезут от количества заболеваний? — фыркаю я.

— Нет, — как ни в чём не бывало, отзывается Никита и в буквальном смысле огорошивает меня. — Если что, девчонки уверяли, что предохраняются, да и потом я не пользуюсь услугами профессионалок.

Даю себе несколько секунд, чтобы убедиться, что я правильно его поняла, а потом, наклонившись, шиплю тихо, чтобы никто не услышал, но злобно:

— Они что, проститутки?!

— Как некрасиво ты профессию девчонок обозвала. Снежана и Вероника обиделись бы на тебя. Давай их лучше назовём жрицами любви. А? Как тебе? Смысл тот же, а звучит куда лучше.

Беркутову вообще-то грозило прилюдное удушение, но я взяла себя в руки и продолжила разговор лишь после того, как от нас официант отошёл с заказом Никиты, что точь-в-точь мой повторял.

— Ты в себе? Приличные отели все силы бросают, чтобы избавиться от присутствия вот таких дам. А ты с ними разговоры ведёшь? Деловые.

Беркутов, как и я, подался вперёд, с целью, чтобы нас не услышали.

— Пока некоторые занимались своими делами, я всю неделю от вот таких дам чистил отель, но совсем без них тоже нельзя. Аккуратно посмотри на третий столик от нас. Видишь семейную пару с двумя мальчиками-херувимчиками лет пяти? Так вот эти постояльцы — постоянные клиенты. Каждый год живут с июня и по октябрь включительно. Отец семейства только на выходные прилетает, но на все пять месяцев снимает бунгало, как у тебя, и номер в дальнем корпусе для интимных встреч, и поверь мне, не с женой. Прикажешь лишить его этого счастья, чтобы он переехал в другой отель?

— Фу, мерзость какая, — меня аж передёрнуло. — И чего этой свинье не хватает? Жена же красавица.

— Я бы тебе рассказал, но тогда ты меня тоже к семейству свинячьих, боюсь, отнесёшь, — усмехнулся Никита и после добавил. — Варя, не заморачивайся насчёт морального облика постояльцев, первое — это не твоё дело, а второе — тебе их мозги не перекроить. Твоя, то есть наша задача — оказать им качественную услугу, получить за это деньги и всё.

— Ты его не осуждаешь, потому что такой же. Изменять жене — подло. Если что-то не устраивает, надо подавать на развод, а не обманывать. Лично я так считаю, — никак не могла успокоиться я.