Эгоист

— Ну так мы можем подождать, пока она освободится… — начал Лёша.

Закончить фразу он так и не решился, ибо от взгляда, которым удостоил его Демон, даже у меня внутри всё оборвалось и похолодело. Но, несмотря на это, я с удивлением посмотрела на Кирилла: неужели он… ревнует?

Нет-нет. Он просто не любит, когда кто-то претендует на то, что принадлежит ему. Правда, для такого поведения должен быть веский повод. Например, не планировать со мной расставаться…

Что-то я размечталась. Тряхнув головой, я слегка похлопала парня по спине.

— Садись завтракать, а то тебе ничего не достанется.

Кирилл внимательно на меня посмотрел и, протянув руку, стёр с моей щеки след от муки.

Когда на кухне появились девушки, от блинов почти ничего не осталось. Оторвавшись от созерцания пола, я взглянула на них и, как бы сильно ни кусала губы, сдержать хохота не смогла: их опухшие лица с несмытой на ночь косметикой наталкивали меня на мысль о тех пьяницах, с которыми моя семья вот уже одиннадцать лет делила лестничную клетку.

Я уже и забыла, когда последний раз смеялась от души. Из глаз брызнули слёзы, мышцы живота горели огнём, лишая возможности вдохнуть, но я всё никак не могла остановиться. К слову сказать, когда парни увидели этих «красоток», их смех был даже громче моего.

Не смеялся только Кирилл. Когда я наконец смахнула слёзы и отдышалась, то наткнулась на его взгляд; он был таким открытым, что я, поддавшись порыву, протянула руку и погладила его по щеке. Слегка повернув голову, он поцеловал мою ладонь и притянул меня к себе на колени.

Вот приступ смеха отпустил и ребят, и они с притворной завистью уставились на Кирилла.

— Мало того, что она охрененно готовит, так ещё и выглядит с утра, как человек, хотя явно встала раньше нас! — пробурчал себе под нос Егор. — Хорошую девчонку ты себе оттяпал, поделиться не хочешь?

— Обойдёшься, — хмыкнул Кирилл в ответ и поцеловал меня в висок.

Костя положил на плечо Егора руку.

— Поосторожнее со словами, брат. А то, боюсь, он тебя за неё в асфальт закатает.

У меня по телу побежали мурашки от такого откровения. Неужели я действительно настолько ему не безразлична?

— Да за неё любой из нас кого хочешь в асфальт закатает, — подал голос Максим и посмотрел на меня. — Если кто-нибудь обидит — только свистни.

Он говорил настолько искренне, что напряжение, державшее меня в тисках со вчерашнего дня, наконец отступило.

— Оказывается, путь к сердцу мужчины и в самом деле лежит через его желудок, — рассмеялась я и посмотрела на подозрительно притихшего Кирилла.

Парень хмурился и смотрел в окно, явно думая о чём-то своём, и не обращал на нас никакого внимания. Я проделал с ним трюк, которым обычно пользовался он сам: прикоснулась пальцами к его подбородку и повернула к себе его лицо. Он кинул на меня заинтересованный взгляд, вопросительно приподняв бровь. Лукаво улыбнувшись, я накрыла его губы своими. Мне было важно показать ему, что, несмотря на панибратское общение с его парнями, он — мой приоритет.

Пара секунд, и Кирилл отвечает на поцелуй, прижав меня к себе.

— Ну вот, только этого не хватало! — недовольно пробурчал Костя. — Вы как кролики-католики в брачный период…

Оторвавшись от своего Демона, я снова рассмеялась. Больше Кирилл не хмурился, и мне грела душу мысль, что именно я исправила это.

В кухню снова вошли девушки: очевидно, пока я безудержно хохотала, они скрылись избавляться от предмета своего позора, и сейчас более или менее выглядели людьми. Наверно, поступить так с самого начала помешал комплекс «королевской короны», — они привыкли, что всегда и при любых обстоятельствах выглядят бесподобно.

— Попробуйте Ксюхины блины, — сжалился над ними Костя. — Пальчики оближешь!

Девицы недовольно скривились.

— Как можно есть этот кошмар?! Там же столько углеводов!

Парни опасливо покосились в мою сторону. Хмыкнув, я взяла в руки блин и демонстративно съела его. Ребята залыбились, а девочки презрительно поморщились и направились к холодильнику в поисках чего-нибудь лёгкого. Но их ждало разочарование: стальная конструкция была пуста.

— Есть в этом доме хоть что-то низкокалорийное и без жиров? — недовольно скуксилась блондинка.

Кажется, вчера её не волновало количество жиров в шашлыках, которые она уплетала за обе щеки…

— Вода, — с невозмутимым видом кивнула я.

Комнату накрыло очередной волной смеха. Мои щёки отчего-то покраснели. Должно быть, от полных ненависти взглядов, которыми меня одарили девицы.

Покинув компанию, я направилась в спальню, которая негласно закрепилась за нами с Кириллом. Всё-таки мой тип личности — интроверт, который требовал иногда побыть в одиночестве.

Решив немного освежиться, я прошла через комнату прямиком в ванную, которая будоражила воображение своими габаритами. В битве за первенство между ванной и душевой явно победила последняя, поэтому я, отыскав тут же в бельевом шкафу чистые полотенца, включила на телефоне плейлист и приступила к расслабляющей процедуре.

Едва кожи коснулись тёплые струи, как все проблемы как-то померкли, перестав терзать мою голову; я даже забыла, где именно нахожусь. Забыла о том, что на первом этаже полно парней, а я так и не заперла на замок дверь…

«Твои руки по швам, тело луной,

Падай на пол, я — за тобой.

Руки по швам, тело луной,

Падай на пол, я — за тобой.

Мокрые губы

Снова хотят отправиться в рай.

Дымные клубы

В небо летят, а ты засыпай»… — пел из динамиков Lx24.

Приняв душ, я, за неимением других вариантов, оделась обратно в свою одежду. Отжав лишнюю влагу с волос, я с тоской подумала о фене и выпрямителе, без которых они превратятся в буйные кудри, выводящие меня из себя.

В последний раз посмотрев на себя в зеркало, я вышла в комнату и замерла в дверном проёме: скинув с себя футболку, Кирилл подтягивался на перекладине, прикрученной практически в центре потолка, которую я бы не заметила. Моим глазам предстала широкая сильная спина, на которой призывно играли мышцы.