Ёкай

Правда, тогда я просто убедил свой организм и сознание во вреде подобного подхода. Теперь я атакую лишь тех, кто первыми кинется на меня. К сожалению, в конце боя наступает время пищи, а после этого я еще сутки провожу на том же месте, правильно встраивая свежую энергетику и подгоняя под неё организм, полностью тот обновляя.

– Кто-нибудь, помогите, мне больно. Заберите эту боль, прекратите это.
– Особенно отчетливый голос чьего-то сознания вырвал меня из воспоминаний. За что я был даже благодарен, моя память не то, что хотелось бы просматривать, моя жизнь все больше напоминает какое-то существование, пусть и имеющее цель. Неужели все ёкаи проходят через нечто подобное на развитом круге?

– Ты пришел за мной?

– а в этот раз старуха.

– Вы ошиблись, я не за вами и не по этому вопросу. Мне лишь было любопытно, кто так громко звал...

– Я никого не звала.
– Дернулась на месте пожилая женщина, не иначе забыв, как я попал к ней в палату.

– Не вслух, но вы молили.
– Пожалуй, зря я это сказал, из неё словно выдернули стержень. Не понимаю я людей, ведь с самого моего появления в её палате она точно поняла, что я не человек - люди не проходят через двери, но все равно за что-то держалась. Зачем? Ведь она даже в уме молит об избавлении, но не излечении. Она хочется "отмучиться", но при этом боится меня, а ведь это желание я способен выполнить, пусть зовет она и совсем иного контрактора... но боги равнодушны, если они и правда есть, пока не увижу, не смогу до конца признать их существование.

– Заставь боль уйти.
– Собравшись с духом, произнесла она.

– Я не врач.
– И у меня уже есть контракт, но это будет ей сообщать излишне.

– Врачи бессильны. В моем случае...

– Ты желаешь излечиться? Или умереть?
– я действительно не до конца понимаю, форма её просьбы слишком многогранна, возможно, хватит просто убрать боль?

– Детей я умудрилась пережить, а внуки уже встали на ноги и сами о себе позаботятся. Я только обуза, да и отжила свое и все, что хотела - сделала. Забери меня туда.
– И легкий взгляд вверх. Она и в самом деле устала. Нет, не так, она словно устала жить, мысль о смерти её не страшит.

– Я могу прекратить твои мучения, но куда ты попадешь, от меня не зависит. Хорошо, я исполню твое желание.
– Легкое касание лба старой женщины, и на секунду ночь полностью заполнила палату, а по прошествии этой секунды на кровати уже лежало лишь тело. Сам я, чтобы не поддаться соблазну оббегать всю больницу, просто покинул её, вместе с вернувшейся на улицу темнотой.

Как можно вылечить алкогольную зависимость? Как и всякую болезнь, ведь она таковой и является, а значит, нарушение отпечаталось в ауре, надо только его найти. Снова сливаться с чужой тенью, да еще и без разрешения самого владельца. Боюсь, в этот раз контракт выйдет затратным, и больше отнимет, чем принесет.

– Что?
– покосился я на огонек, - зачем я вообще согласился на такую работу? Наверно, хотел себе доказать, что способен на "человечные" поступки, а не только на убийства. Или же хотел понять, что это такое "человечный поступок". Но знаешь, почему-то, даже согласившись на это, я совершенно не чувствую что "так правильно". Видимо, эта "человечность" не для таких, как я. Но, по крайней мере, это забавный опыт, и за него можно многое получить - девочка забыла назвать плату, что открывает передо мной огромные возможности, вплоть до того, что самому назначить любую плату за столь трудное задание.

Вновь мигание огонька.

– Злодей? Ошибаешься, у меня урезаны эмоции, и от любого желания я почти не испытываю отклика, а люди в большинстве своем сами назначают плату, такие случаи, как сейчас - единичны. А я просто следую пожеланиям заказчика, от и до. Есть у американцев понятие, "слепое правосудие", так вот, это похоже на меня. Мне все равно, кого карать, чье желание выполнять, и какую плату они назначат. Я просто выполняю желание, и получаю плату.
– Спокойно шагая, будто скользя по ночным улицам, общался со своим спутником я, распугивая ту мелочь мира духов, что обитает в этом городе, лишь своим присутствием.

Глава 10.

На заснеженный горный хребет уже более часа как опустилась ночь, но один из скалолазов все еще верил, что их с другом могут спасти, ведь вера, это все, что ему оставалось.

Второй уже не имел своего мнения, застряв между сном и явью. Неудачное падение... хотя когда оно бывает удачным? Длинны страховочного троса едва хватило, но ноги все же коснулись земли, пусть уже и не с тем разгоном, что был изначально, однако, легче от этого никому не было. А после пошло и обморожение. Будь переломы открытыми - все бы уже было решено, а сейчас, хватаясь за жалкую тень надежды, он всеми силами пытался не уснуть, понимая. Что уже не проснется, а его друг, уже потративший сигнальные ракеты, все пытался выйти на связь хоть с кем-то. И какой черт их дернул развеяться?

Да, Норвегия красивая страна, да, она словно создана для альпинизма, и потому, расслабившись из-за того, что война их страну, и соответственно, население, не затронула, два парня решили не отменять свою традицию и в этом году, отправившись в горы. Ведь тут такие прекрасные виды, да и ближе к природе. И вот чем все обернулось.

И когда уже тот единственный из двоих, пребывающий в здравом уме уже начал поддаваться панике, в темноте ему послышался шорох, и даже больше, впереди, выше по склону почудилось движение, но в этом он был не уверен, уже было слишком темно.

– Прошу, помогите!
– сорвался на крик он, не понимая, какую глупость сделал.

– Моему другу нужна помочь!
– не дождавшись ответа, снова крикнул он.
– Хоть кто-нибудь! Нам нужна помощь!

– Хорошо. Считай, что я уже её оказываю.
– Гутфрит был готов поклясться, что на том месте, где сейчас стоял человек, никого не было лишь мгновение назад.

Да и какой это человек?! Если бы не уже несколько сниженное критическое мышление, то Гутфрит вовсю звал бы на помощь по новой причине! Невозможно встретить в горах в начале зимы человека, одетого в рваный балахон, и при этом не испытывающего от этого дискомфорта. Да и еще один "маленький штришок" - это существо не проваливалось в снег, а стояло на нем! И следов позади тоже не было! Это Гтуфрит выяснил сразу, пусть некультурно, но его сейчас это не волновало, и он банально заглянул со своего места за спину незнакомцу, проверив свою догадку касательно природы того существа.

– Что тебе нужно?
– дрожащим голосом осведомился он, уже прощаясь с жизнью.

– Я пришел помочь, не более.
– Был дан ему ответ равнодушным тоном.

– Тогда помоги, я уже на все согласен.
– Усталым тоном произнес человек, чей предел эмоций был уже превышен и потому пошла такая реакция.

– Как я уже сказал, я её уже оказываю, одним своим присутствием.
– Покосившись куда-то в сторону вершины горы, произнес все столь же меланхоличным тоном нелюдь.

– Другу! Я прошу, помогите моему другу!
– ухватился Гутфрит за слабую. Но столь желанную надежду... надежду на хороший исход их ситуации.

– Хорошо. Два человека, две просьбы. Это приемлемо.
– И вот уже ранее бывший метрах в четырех нелюдь стоит прямо над ними.

Протянув руку в сторону покалеченного человека, тот странно ей тряхнул, и сорвавшиеся с неё темные, словно бы дымные ленты скользнули к ногам Верманда.

– Моя сила собрала его кости и удерживает их, сейчас он сможет спокойно дойти до города на своих ногах словно на здоровых, но как только вы достигнете врача, моя сила развеется. Обморожение и иные мелочи я уже убрал полностью. Что-то еще?
– ни капли не изменившимся голосом, произнесло это существо.