Эксперт № 14 (2014)
Шрифт:
В подготовке статьи принимал участие Виталий Сараев
О неизбежных шагах Александр Привалов
section class="box-today"
Сюжеты
Вокруг идеологии:
Академия: интрига сохраняется
Целевой рост не достигнут
Приветственное слово
/section section class="tags"
Теги
Вокруг идеологии
Долгосрочные прогнозы
/section
Выписываю из газет за четверг. Для пошива военной одежды будут использоваться только произведённые в России ткани и фурнитура. Минпром собирается запретить закупки импортного медицинского оборудования для госучреждений. Вице-премьер Рогозин на заседании Военно-промышленной комиссии обсуждает меры по импортзамещению в оборонке. Дума и Совет федерации выступают за создание
figure class="banner-right"
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Конечно, тут сказывается и всеобщая ажитация. Угроза всегда сильнее исполнения, а санкции Запада против России находятся в заметной мере на стадии угроз, что затрудняет объективную оценку происходящего. Впрочем, первый вице-премьер Шувалов резонно заметил, что опасны не столько гласные, сколько негласные санкции со стороны наших зарубежных партнёров, — и привёл в пример возможность инструкций от западных правительств инвестфондам и, «совсем неофициально», рейтинговым агентствам. Ну судя по недавним действиям S&P и Fitch, совсем неофициальные инструкции уже были и даны, и восприняты. Равным образом трудно сомневаться (в частности, после упомянутой новости о блокировке экспорта продукции двойного применения), что проведение в жизнь стратегии «контролируемого технологического отставания», которая и после формальной ликвидации КОКОМ ни на час никуда не девалась, будет вновь усиливаться. Не было бы счастья, да несчастье помогло: необходимость промышленной и, шире, экономической политики, о которой годами пишет «Эксперт», становится наконец общеочевидной. Угрозы высказаны, ответ за Россией — и важно правильно его рассчитать.
Тут автоматически всплывают простые аналогии с советской эпохой, с изоляцией Восточного блока во времена холодной войны — я и сам только что помянул созданный в 1949 году КОКОМ. Но эти аналогии не следует заводить слишком далеко, иначе они могут серьёзно дезориентировать. К сожалению, так и начинает выходить. Здесь не место обсуждать обострившуюся в последние недели моду на старо-новое, на реставрацию брендов de l’Ancien R'egime: обратное переименование ИТАР-ТАСС в ТАСС, а ВВЦ в ВДНХ; возвращение комплекса ГТО; введение политинформации в школах и так далее. Всё это отдельная тема. Однако если и в противостоянии внешней изоляции мы станем реставрировать советские подходы, выйдет скверно — сразу по двум причинам. Во-первых, СССР и сам с проблемой не очень справлялся, что и стало одной из важнейших причин его конца. Во-вторых, задачи, стоящие перед сегодняшней Россией, куда сложнее давешних советских. Мы деиндустриализовались много глубже развитых стран (см. «Мы ничего не производим»; «Эксперт» № 47 за 2012 год) и в отличие от них не наращивали прикладную науку, а гробили её. Поэтому наша сегодняшняя зависимость от наукоёмкого и даже не очень наукоёмкого импорта гораздо выше, чем тридцать лет назад.
Что в развитии при внешнем давлении, да и вообще при реиндустриализации, исключительно высока роль государства, пожалуй, бесспорно — спорны детали. На мой взгляд, государство (плюс прямо или почти прямо контролируемые им крупнейшие компании) само может сделать не так много. Ему под силу отдельные достижения: та же национальная платёжная система, ещё какой-то крупный проект — но никак не решение сотен и тысяч проблем, которые в совокупности и называются развитием . Пока же именно на отдельных вещах и слышен акцент. На этой неделе академик Примаков и глава РЖД Якунин выступили на разных форумах со сходными тезисами. Примаков сказал: всерьёз можно рассчитывать только на запуск мегапроектов и на развитие ОПК, где сосредоточены основные интеллектуальные возможности. Якунин сказал: необходимы мегапроекты, чтобы концентрировать ресурсы на переход от сырьевой модели экономики к модели производственной. Разумеется, крупные проекты нужны; но если они не будут оснащены механизмами подключения возможностей среднего и малого бизнеса, их постигнет судьба брежневского БАМа: они выйдут супердорогими и несопоставимо менее ожидаемого продвинут экономику страны. Но про эти механизмы, позволяющие хоть каплям выделяемых государством ресурсов просачиваться до земли, пока и речи нет.
Развития экономики, да ещё в нынешних сложнейших условиях, не может быть, если ресурсы так и не начнут выходить из круга
формально или неформально государственных юрлиц. Как этого добиться, вам скажет любой практик; если не вдаваться в подробности, хитростей не будет никаких. Прежде всего — кредит. Он должен быть дешёвым и длинным — не дороже и не короче, чем у зарубежных конкурентов. Далее, налоги. Сегодня, чем более сложным производством ты занимаешься, тем тяжелее для тебя налоговое бремя — должно стать наоборот. Нужны гибкие и разветвлённые системы налоговых льгот, стимулирующих развитие: инвестиции, НИОКР, кооперацию — опять-таки как минимум не худшие, чем у конкурентов. Далее, тарифы естественных монополий. Их рост должен быть остановлен, а по мере продвижения налоговой реформы, возможно, и реверсирован. Названные меры кажутся сейчас немыслимыми, но их придётся принимать — иначе не удастся вовлечь в осуществление экономического прорыва все силы страны. А в таком случае, как показал тот самый советский опыт, который сейчас входит в моду, будет совсем кисло.Клуб для поиска доходов Софья Инкижинова
Медиакоммуникационный союз объединил под своей крышей операторов связи и владельцев телеканалов. С его помощью участники рынка намерены наладить коммуникацию друг с другом и повысить монетизацию отрасли
section class="box-today"
Сюжеты
Телевидение:
Лень — двигатель прогресса
«Дождь» прекращает идти в сетях
/section section class="tags"
Теги
Телевидение
Телекоммуникации
СМИ
Игра в ящик
Долгосрочные прогнозы
Финансовые инструменты
/section
Еще десять лет назад в России было 30–50 телеканалов, а сейчас их 360. Раньше мы получали информацию из минимального набора источников — книг, радио, прессы, телевизора. А сейчас информация приходит на все виды устройств, которые нас окружают. Все эти изменения максимально сближают позиции участников отраслей связи и медиа, мы уже не можем развиваться отдельно друг от друга. Поэтому мы создали Медиакоммуникационный союз (МКС) — площадку, на которой готовы обсуждать принципиально новые модели развития телекоммуникационного бизнеса», — сообщил президент МКС Сергей Петров на презентации этой организации.
figure class="banner-right"
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
В состав МКС вошли 11 крупнейших операторов связи и медиакомпаний: Национальная медиагруппа, МТС, «СТС Медиа», «Вымпелком», «Ростелеком», «ЭР-Телеком», «Цифровое телевидение», «Транстелеком», «Газпром-Медиа», «Проф-Медиа» и «Мегафон». Ключевая цель партнерства — содействие членам союза в повышении коммерческой, технической и социальной эффективности их бизнеса.
По структуре управления МКС напоминает вертикально интегрированный холдинг. Есть общее собрание членов, аналог общего собрания акционеров, есть президент как исполнительный орган, и есть комитеты — основные «боевые единицы». Комитеты (по стратегии и маркетингу, контенту, технологиям, юридическим вопросам, этике и коммуникациям) представлены в виде экспертных площадок, в них будут входить представители от каждого члена союза. Наиболее острые темы ближайших дискуссий — как монетизировать контент, на чем могут зарабатывать производители и операторы связи, что интересует зрителя и какова его покупательная способность.
Реклама сидит в интернете
Пожалуй, главная причина создания союза — ухудшение конъюнктуры рекламного рынка, а ведь именно доходы от рекламы — основной источник заработка СМИ. По данным Ассоциации коммуникационных агентств России (АКАР), в 2013 году суммарный объем рекламы в средствах ее распространения за вычетом НДС составил примерно 328 млрд рублей. Однако если в позапрошлом году рынок увеличился на 13%, то в прошлом — на 10% (см. таблицу 1). И в дальнейшем динамика будет только снижаться. Правда, на телеканалах динамика не изменилась, прирост составил около 9%, как и в 2012 году. А в некоторых сегментах, в частности на рынке печатных СМИ, ситуация уже катастрофическая: объем рекламы в 2013 году сократился на 10%.
Снижение доходов в традиционных форматах компенсируется ростом доходов от рекламы на новых носителях, связанных с интернетом. Ежегодно прирост рекламы здесь составляет примерно 30%. Участники рынка понимают, что им удастся выжить, если они будут активно осваивать альтернативные форматы. И наибольшей эффективности добьются мультиформатные компании и те игроки, которые не боятся создавать новые проекты в кооперации друг с другом.
Члены МКС констатируют, что сегодня телекоммуникационный рынок находится в переходном состоянии, поэтому действовать нужно как можно быстрее. «Современные медиа очень быстро меняются и приобретают, как говорят на Западе, текучую форму. Медийным продуктом становится не только, к примеру, телевизионная передача, но и любая фотография, выложенная в социальных сетях. С возникновением новых технологий и упрощением передачи контента в разных средах, хотя их правильнее назвать одной медиасредой, возникает проблема: как заработать на контенте?» — говорит заместитель председателя правления холдинга «Газпром-Медиа Владимир Ханунян . По его словам, пока даже в развитых странах нет объективного понимания того, как создать бизнес-модель для новой среды и монетизировать контент.