Экстремист

— Доброе утро, господа, — улыбался демократом, прыгая со ступенек парадного подъезда. — Какая хорошая погода, неправда ли?

И поступил весьма опрометчиво — принялся жать руки. Народу. А народ у нас известно какой — в Оксфордах не обучался. Церемониальным манерам. Нет-нет, к счастью, ничего плохого не произошло, хотя все мальчики несказанно засмущались: что за фамильярности, понимаешь? И больше всех Арсенчик. Несчастный, он так растерялся. Что всей своей могучей, сорок седьмого размера, лапой наступил на дамско-хозяйскую ножку. Полностью, так сказать, отблагодарил за барскую ласку. Оксфордский анахорет мужественно выдержал насилие над любимой мозолью. Только мучительная улыбка, принятая дворовыми людишками за удовольствие общения…

Одним словом, все находились на своих трудовых участках и по мере возможности старались не портить производственные показатели. То есть несмотря на частичные трудности механизм таки был запущен. Часики затикали: тик-так, тик-так.

Морпех работал в непосредственной близости с Телом, десантник страховал на удалении, диверсант перекрывал возможные лазейки физического проникновения тихого и подлого неприятеля, снайпер чистил винтовку, готовясь к радикальному блокированию врага, подрывник минировал принтеры и ведра для уборки помещения на случай отступления, хакер резался с натовским коллегой в шахматишки по писюку, Резо дул кофе в буфете, а Никитин отлучался к любимой девушке по имени Ника, мечтающей стать знаменитой топ-моделью.

Понятно, что сотрудники Компании меня полюбили всей душой. Хотя к пропускной системе я имел отношение, как все тот же папа римский к учению Шаолинь.

Этими мелкими проблемами занималась служба секьюрити, а проще говоря, бывшие ментяги под руководством подполковника Бибикова. Тоже из бывших орденоносных кадров. Был похож на памятник, когда кто-то из нерадивых клерков пытался пробиться на рабочее место. Без пропуска, позабытого дома. Когда скандал разгорался, как костер в ночи, появлялся я. Проходил мимо. Как бы в буфет. За сушками. В чем дело, господа? Так-так, понятно. Товарищ Бибиков молодцом, а вот вы, агент ЦРУ, упал, отжался десять раз. Чтобы память была свежа, как простынь в дизентерийном отделении инфекционной больнице. Разумеется, шучу по поводу ЦРУ, а все остальное правда.

Теперь пришло время поговорить о том, чем занималась Компания, замаскированная под градопроектностроительную артель.

Отвечу, как на духу. Ничем. На первый, не просвещенный взгляд. Толчея в курилках, коридорах и в буфетике напоминала привокзальную трясучку. Не хватало лишь чемоданов, мата носильщиков и паровозов, с покорной обреченностью уходящих в сиренево-пыльную даль родины.

Если же серьезно, то наш Комитет по военно-техническим разработкам являлся как бы ведущим мозговым трестом, куда, как в сливной бачок, шла вся информация о новейших видах оружия.

Своеобразное министерство, в ведомстве которого находились все секретные НИИ-ящики, оборонные заводы, тайные КБ, а также спецотдел, занимающийся исключительно сверхновейшими направлениями в создании образцов вооружения ХХI века.

Большинство сотрудников были молоды, умны и не верили в сказки о недоброжелателях, ведущих пристальное наблюдение за их работой.

Чтобы до конца понять настоящее положение вещей, я провел несанкционированное оперативное расследование. И через неделю знал то, что лучше бы и не знать.

Однажды, оказывается, случилась схватка под кремлевским ковриком — за контроль над оружейным экспортом. Прибыльный бизнес, это банальная истина.

Бились две государевы команды. Победила более молодая и агрессивная первая. То ли по причине своей более приближенности к царскому Телу, то ли по причине обладания компромата на своего соперника?

Это не так важно. Главное, виктория! Победа трех закадычных друзей, вместе начинающих в коридорах ЦК всегда юного комсомола. А что может быть дороже такой дружбы, скрепленной водочкой, банькой и общими, как совместное святое дело, девочками?

И вот волею судеб славная троица угодила под уютную тень кремлевских башен. Первый из друзей некто Метелко заделался Генеральным директором компании по продаже оружия, второй некто Музык решал вопросы военно-технического сотрудничества с зарубежьем, ну и третий наш родной Свечкин… как бы на передовом бруствере научно-технического прогресса.

Молодым бизнес-трудягам досталось не слишком завидное наследство. Вторая команда, уходя, нагадила от души, как скунс в собственной норе.

Мы потеряли большинство из своих рынков. А ведь, напомню, отношение к экспорту вооружения и военной техники в СССР было только сравнимо с отношением загадочных индусов к своим пеструхам. Дело в том, что наше оружие является одним из немногих (если не единственным) готовым изделием отечественного производства, способным на равных составить конкуренцию на мировом рынке.

Потеря рынков сбыта произошла по нескольким причинам. Утрата традиционных партнеров из Ближнего Востока и Африки — раз; полная реорганизация системы российского экспорта — два; и три — жестокая конкуренция. И ко всему прочему — скандалы. Торговля пушками дело нежное, как торговля памперсами. И поэтому партнеры прежде чем скрепить договор, изучают друг друга, как невеста жениха, а жених — невесту. В первую брачную ночь. Чтобы знать все достоинства и недостатки компаньона. Это я уже про то, что прежняя команда не свела дебет с кредитом и так, что опозорилась на весь белый свет. Ясно, что все экспортеры, и особенно США, тут же постарались затоптать конкурента. Мол, приобретайте, господа, самолет-невидимку Stealth для защиты своих деревенек, а русский «Калаш» забудьте, как несвежий лаваш.

К счастью, народы мира живут своим умом. И понимают, что синица под рукой в качестве знаменитого автоматического оружия, куда надежнее невидимого механического журавлика, который оказался, ха-ха, очень даже видимым и который однажды уже хорошо наеп`нулся о чужую гористую земельку.

Да, надо работать и работать, и работать, как завещал комсомолу Владимир Ильич. Чтобы еп`еп`янки знали свое место и не засыпали nj;t наши родные просторы ракетами и бомбами. Более того, если их не сдерживать, то вся планета будет сражаться только кухонными изделиями made in USA. Нехорошо. Нехорошо, звездно-полосатые господа, надо и совесть, помимо зеленолиственных ассигнаций, иметь.

Такая вот нарисовалась глобальная планетарная картинка. Мирного сосуществования. С обоюдоострым желанием слопать зазевавшегося конкурента. Вместе с потрохами: комплексами ПВО средней и малой дальности, истребительными аэропланами СУ-37, авиабомбами ОДАБ-500, средствами обнаружения пуска ракет и т. д. и т. п.

Должен признаться, меня больше интересовал иной расклад сил — наш лапотный. Схватка под кремлевским ковром закончилась полной победой молодости, однако это не значит, что все проблемы решены. Проблемы только-только начинаются. У всех нас. От мелких пакостей со стороны побежденной стороны до любезных встреч с империалистами на выставке в Абу-Даби, где хочется вовсе даже не улыбаться, а использовать зенитно-ракетный комплекс «Волга» по прямому назначению. Всмородить оздоровительный заряд в какой-нибудь представительский Lincoln, чтобы партнеры на переговорах были более сговорчивые. И не столь спесивые.

Так что зевать да плевать в потолок кабинетика не приходилось. Кстати, несколько слов о нем. Как говорится, осуществилась мечта идиота. Хотя никогда такую мечту не вынашивал, но тем не менее заполучил в свое пользование двадцать квадратным метров государственной собственности. Обстановка была спартанская — дюжина стульев, стол, электрический самовар и плетенная корзинка с баранками. Для душевных бесед. Еще в углу бронированным монстром стоял сейф, где я хранил сахар, взносы на развитие ГИБДД и официальные личные дела клерков.