Электрик

Так я и не смог задать вопрос Шноллю, почему я не могу на него воздействовать. И больше точно не смогу его спросить о чем-то.

Мы пока смогли отсидеться в укромном месте сильно запутанной деревни, однако, теперь пора поглядеть, что там творится на площади.

С которой как-то разом донеслись громкие крики, потом они так же быстро смолкли.

Неужели наших товарищей уже убили? Так быстро? Да не может быть!

Лошадь осталась стоять запряженной в телегу, я не стал ее распрягать, понимая, что это не имеет смысла. Кобыла Терека тоже готова немедленно унести своего всадника, так что можно спокойно ехать, спасать свои жизни.

Только, это точно будет не по местным понятиям, с чем я не спорю, а просто проворно снаряжаю два арбалета.

Еще два заражает Терек, лучницы уже готовы стрелять.

Только, на улице уже темно, впрочем, около таверны народу с факелами много найдется, ведь без хоть какого-то света тут не повоюешь.

— За мной идите, — я зову спутниц и наемника за собой.

Пять минут разных передвижений мимо покосившихся заборов в темноте, и мы оказываемся рядом с деревенской площадью, где и происходят основные события этого вечера.

Из-за очередного забора с обвалившимися жердями мы можем рассмотреть саму таверну, ее крыльцо, освещенное густо горящими факелами в руках многочисленных воинов. Они выстроились вроде почетного караула перед крыльцом таверны, на котором я вижу окровавленное лицо Шнолля, которого держат с боков пара дюжих воинов.

— Остальных не видно, — шепчет мне Терек, больше переживающий за Вертуна и Грипзиха, своих старых товарищей.

— Не видно, — отвечая ему я, не разбирая при тусклом свете факелов, что там вообще творится.

— Ждут кого-то, похоже, — замечает остроглазая Ксита.

— Барона местного или вашего графа? — спрашиваю я ее, — Чьи это воины?

— Да кто его знает? — отвечают мне.

Хорошо видно, что воинов на площади и на самом крыльце не меньше четырех десятков собралось. Два десятка спешились и еще два гарцуют по-прежнему в седлах.

— Они разные, — слышу я от Терека, — Вон те, в одинаковых кольчугах — это воины графа Апольчивера. А эти, которые с зелеными гербами на туниках поверх кольчуг — какие-то мне не знакомые воины.

— Не похожи на тех дружинников, которых три дня назад мы перебили? — спрашиваю я.

— Нет, не похожи. Скорее всего, это воины кого-то из вассалов графа.

— Что делать будем? — в свою очередь спрашивает меня Терек, отдавая руководство снова в мои руки.

— Ждем и смотрим, Шнолля видно, а что с Грипзихом и Вертуном — не понятно. Спешить особо не куда нам, а эти, похоже, своего хозяина ждут. Еще, нас тут не видно в темноте, а мы их видим хорошо, отличная такая позиция. Можем дать пару залпов из арбалетов и Ксита с Фиалой могут по пять стрел выпустить. Когда будет еще такой шанс за наших отомстить?

— Это правильно, — я слышу одобрение моему замыслу в голосе наемника.

Уже понимает, что остается только отомстить — это хорошо, что к таверне не рвется и нас за собой не тащит.

— Мужиков нам не отбить — это точно. А хорошую тризну им можем устроить, — шепчу я.

— Короче, мы с тобой разряжаем арбалеты, девки стреляют, пока что-то видно, пока факелы не затушат. И потом удираем обратно к лошадям. Я присмотрел дорожку, по которой можно уехать в сторону. Факелы потом нужны будут.

— Факелы на телеге есть несколько штук, — шепчет Фиала.

— Хорошо, но, пока за холм не уедем, придется на ощупь выбираться. Хорошо бы им побольше раненых настрелять, чтобы не могли сразу в погоню кинуться.

Ждать приходится с пол часа, пока на площади не начинается оживление, вскоре из темноты так же с факелами в руках выезжает десяток воинов в цветах графа, как мне шепчет зло сжавшая зубы Фиала.

Ксита пока помалкивает, и это правильно, только сильно сжимает лук.

— Мы давно хотим графу отомстить за девчонок и монахинь, — слышу я снова.

— Давайте попробуем это сделать, нам в таверну как раз удобно стрелять, — сам я всего пару раз выстрелили из арбалета и неплохо оба раза смог попасть в ствол дерева, предназначенного в качестве мишени.

Но, теперь, конечно, рассчитываю на меткость девушек.

Всадники спешиваются перед крыльцом, мелькают какой-то высокий рыцарь и рядом с ним коренастый мужчина в дворянской одежде.

— Это он, — поднимает лук Фиала, однако, я придерживаю ее.

— Подожди, пусть поднимается к Шноллю, там удобнее стрелять.

Да, так и есть, хозяева погони хотят посмотреть на добычу, поэтому граф поднимается первым, за ним заскакивает рыцарь, похоже, что очень сильный.

Сначала их подводят к кому-то, лежащему на досках крыльца, граф кого-то пинает и проходит дальше. Так же пинок для следующего лежащего и они останавливаются перед Шноллем, о чем то спрашивают его, потом граф хлещет его по лицу стеком. Или тростью, что-то он держит в руке.

Явно, что задира Шнолль не стал молчать и сказал что-то неприятное про мамашу и жену графа.

Сейчас фигуру графа никто не закрывает, лучше позиции уже быть не может, пора стрелять.

— Давай, — слышу я команду Терека, арбалет давно наведен на спину графа и я спускаю скобу.

Так же рядом слышно, как стреляет Терек, только, некогда смотреть, куда я попал, бросаю разряженный арбалет и поднимаю от ног новый.

Хлопают оба лука, стрелы улетают на крыльцо таверны. Пока я выцеливаю кого-нибудь из приближенных графа, которого уже не видно, в прицел попадается фигура того здоровенного рыцаря. Я стреляю в нее, он падает внезапно, не знаю почему и мне кажется, что за его спиной я вижу так же продолжающего стоять Шнолля с рассеченным лицом.

Болт теперь должен попасть в него, еще пару раз бьют луки девушек по разбегающимся воинам, потом кто-то командует громко погасить факелы и еще после одного выстрела лучниц на крыльце наступает темнота.

Это им не мешает выпустить еще по стреле на память, а потом я веду в сплошной темноте нашу команду, держа за руку Кситу, она тащит сестру и замыкает хоровод Терек.

Сзади раздаются крики и команды, только, криков гораздо больше. Как в темноте поймешь, что случилось, кто живой, а кто уже раненый, куда отправлять погоню.