Элемент власти. Том III

— Атакуем на счёт три… — ощущая это давление и смертельную угрозу, произнёс Первый. — Один…

— Не поможет! Стойте! У него щит крепче, чем в Крепости Завета! Мы лишь портальную площадь уничтожим, а его даже не поцарапаем! — быстро прошипел, сжав от злости зубы, Третий.

— Чёрт… — сжал кулаки так, что захрустели костяшки, Второй.

А незваный гость тем временем продолжал говорить, привлекая к себе внимание и прицелы оружий стражи. Вот только их отвлекали истошные вопли и полные ужаса глаза бойцов разгромленных легионов. Бедолаги вновь принялись активно ползти, цепляясь за надежду выжить в хаосе, который может организовать этот могущественный маг.

— У меня не так много времени. И лучше я дождусь официального приглашения от вас в вашу пока ещё замечательную и прекрасную Аву. Впредь попрошу не вводить войска на мои земли без моего согласия. Вы спросите меня: какие ещё земли? Справедливый вопрос, и я, конечно же, на него отвечу. Но не сам, а словами моего хорошего нового друга, генерала Джамона. Генерал Джам, расскажите своим хозяевам всё, что увидели, и всё, что услышали. О, кстати! — Маг взмахнул рукой, и незримая магия полилась от него в сторону десятиметрового обелиска из чёрного камня. — Маленький презент от вас и плата за то, что я вернул вам ваших бойцов.

Защитная стела ожила, вырастила маленькие каменные ножки, словно у паука, и начала медленно перебирать ими, приближаясь к своему новому господину.

— Всех благ, дамы и джентльмены. Буду ждать от вас вестей и приглашения. Либо можете прийти в мою нынешнюю столицу — город Бурый. Правда, после вашего нашествия там почти ничего не осталось… Но ничего, у меня теперь много крепких рабочих рук, которые помогут всё отстроить! — победно улыбнулся человек и вместе с каменным обелиском исчез в мареве портала, возвращаясь в Дижонскую крепость, что располагалась всего в двух километрах от столицы Одарского королевства. Хотя теперь его можно было назвать столицей провинции нового королевства Данского…

В совете архаритов все ощутили себя беспомощными котятами перед лицом тиранической магии вторженца. Один из тех, кто, как правило, становился прилежным рабом, одной битвой показал, насколько хрупка и уязвима власть последователей заветов древних на этих землях…

Глава 19

Вышло даже лучше, чем я ожидал. Людские потери среди архаритов были велики, но меньше предполагаемого. Получилось где-то шестьдесят тысяч пленников, ведомых более чем двадцатью тысячами элементалей. Разоружённые, побитые и сломленные, они добрались до Дижонской крепости, таща с собой тела павших соратников, и сели под открытым небом на землю в ожидании окончания переговоров. Тех, кто получил не очень серьёзные раны и травмы и мог передвигаться, тех, что могли задержать нас на пути в Бурый, я отпустил, и они через портал, забрав тела павших, вернулись в Аву.

У меня не было сомнений в том, что я поступаю правильно. Эти земли мои, и отступить сейчас — значит показать слабину и подвергнуть даже не себя, а людей, что поверили в меня, риску смерти. И опять же — сейчас архариты оказались не готовы, сразились в неожиданной скоротечной схватке и были разбиты, ведь с каждой секундой и каждым погибшим солдатом я становился сильнее и мог призвать больше временных элементалей. Дай я им время — и кто знает, сколько «сюрпризов» они бы мне подготовили, сколько слимопадов организовали. Боюсь представить, сколько этой чёрной гадости с небес попадало бы…

Я разгромил уверенность империи в возможности подчинить меня, продемонстрировал ей мощь, с которой не могла сравниться даже армия княжества. И император, пусть и с трудом, но принял единственное верное решение. Хорошо, что погром устраивать своими руками не пришлось. Ну, почти…

Возможности разгромить уверенность архаритов без человеческих жертв у меня не было. Пришлось наносить удар в самое сердце и показывать, с чем им предстоит сражаться, если они наберутся храбрости вновь пойти на территории, что я получил законным путём после вторжения сэра Григори.

Теперь они будут зализывать раны и думать, что им делать. Они начнут очередной призыв, соберут новые войска и отправят тысячи разведчиков, чтобы найти мои слабые стороны и наблюдать за передвижениями имперцев.

Имперцы же… Если у них есть собственные шпионы в составе архаритов, имперцы непременно воспользуются возможностью и пойдут в атаку. Не знаю, к чему это приведёт… Я тоже буду наблюдать за происходящим. Хотя бы за тем регионом буду следить, который мне интересен.

В главном зале, где по обыкновению проводили собрания офицеров, я находился в сопровождении нескольких внушающих трепет своей боевой мощью элементалей. Во дворе и за пределами стен хозяйничала получившая от меня указания Ариана. Людей, умеющих убивать, слишком уж много вокруг. Если они попытаются сбежать — это станет проблемой, ибо вновь придётся начать кровопролитие. Но я думаю, что сегодня и так очень много людей погибло. Лучше повторения избежать, а потому древесные путы, сковывающие всех слишком ретивых, лишними не будут.

Сейчас передо мной сидел бывший правитель этих земель. Сидел и сверлил взглядом, проклиная тот день, когда я появился в этом мире и всё в его жизни пошло прахом.

Я молча ждал решения Григори. Мне было плевать на его чувства, на его мечты и стремления. Я отправил его предупредить совет архаритов и дал выбор: подчиниться мне добровольно или всё-таки воевать.

Конечно же, Григори выбрал войну и открыл для войск порталы, созданные по образу и подобию тех, что встречались в моём родном мире. И незамедлительно уведомил совет о появлении «крайне сильного и опасного мага, потакающего имперским амбициям». Вот и довыпендривался.

— Ты же понимаешь, что смерть всех этих людей — целиком и полностью твоя вина? Ты сам сделал этот выбор. Сам привёл их на земли, которые я объявил своими по праву. Освободив тебя, я дал тебе шанс исправиться, проявить себя. И ты проявил… Так проявил, что я просто аплодирую стоя! Неужели ты думал, что я шучу? Счёл меня клоуном? Душевнобольным? Или, быть может, балаболом? А? Кем ты меня посчитал?

— Угрозой…

— Какой же ты молодец! Угрозу нашёл… Угрозой я был в первую неделю, пока бегал по лесам и полям, пытаясь понять, что происходит. Только вот это время давно прошло.

Вот скажи мне: ты что, хочешь, чтобы этот континент превратился в сплошное поле битвы, где дети забудут, что такое школа, игры и веселье? Где кровь, магия и порох будут со всех сторон давить на ваш мир, постепенно возвращая его в каменный век?

— Не хочу.

— И я не хочу. И отправил я тебя, чтобы ты образумил людей, сказал им: давайте не горячиться, пообщаемся, договоримся, найдём компромиссы! А ты что натворил? Сколько десятков тысяч человек пострадало? Сколько сирот появилось? Ты доволен?!

Григори молчал, отведя глаза в сторону.

— Ну?.. И что делать с этим всем будем? Есть предложения?

— Свалил бы ты в пекло…

— Извини, но я оттуда прибыл, чтобы гарантировать этому миру долгую жизнь. Такую, чтобы он сам в пекло не превратился! Дай бумагу и ручку. Всё равно сидишь без пользы…

Вскоре мне принесли запрошенное, и я начал долго и упорно выводить новые тезисы и принципы для жизни Одарского королевства. Фактически это был будущий текст магического контракта с Григори. Но, в отличие от предыдущих контрактов, он предполагал не взаимовыгодное сотрудничество с уважением интересов каждой из сторон, а куда как более тираничный вариант: Григори полностью подчинится, но сохранит свой номинальный титул правителя королевства и людей, что здесь проживают. Это будет полноценная аннексия, подтверждённая на бумаге и закреплённая в клятве самой магией этого мира.