Элемент власти. Том V

Когда я нахожу и привожу в чувства заблудшие души, там счёт их жизни обычно идёт на часы или дни. Всё зависит от их ментального состояния и насыщенности энергией. Зацикленные блуждания у них происходят, словно во сне, как это было с Ташей. В таком состоянии энергия почти не тратится. А вот осмысление себя после сброса цепей, удерживающих в этом мире, и своего положения может поставить душу на грань. В общем, Ариана молодец!

Ещё одна хорошая новость: Святослав из вынужденного союзника превратился в реального после посещения Бурого. Сработала та самая мудрость из поговорки, когда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Он знал, что я не прост, но битва со златомордым окончательно сломала в нём тягу выпендриваться передо мной и тыкать пальчиком, указывая, что мне делать. Конечно, Святослав и сам без пяти минут правитель в бегах, словно старик Радов, но, я думаю, мы справимся с этой ситуацией. Мой план неидеальный, да и не всё готово, но Гизелю я всё равно просто не оставлю иного выхода, кроме как принять мои требования.

Я, конечно, довольно быстро всё решил, но это на первый взгляд. Пока ожидал возрождения, было время многое обдумать. В теории эти засранцы могут и послать меня с моим предложением, ведь кто-то ещё, помимо меня, зачищает территории, успокаивает мятежные души. Думаю, среди магов хватает церковников. Может, и некроманты есть, и прочие подобные им узкопрофильные специалисты. Весь вопрос тут в одном: а хватит ли у этих магов силёнок справиться с волной призраков, что будут кошмарить и портить электростанции, заводы, выводить из строя суда, ломая двигатели? Так-то можно весь остров заселить этими призраками, и тогда он вообще станет непригодным для жизни.

Согласится ли гизельская аристократия из-за конфликта со мной и желания сместить Святослава лишиться результатов тысячелетних трудов и накопленных богатств? Хватит ли им специалистов, чтобы сдержать бурю из потустороннего мира? Операция «Полтергейст» покажет!

В отличие от большинства людей этого мира, которые просто живут по тем правилам и законам, что были установлены давным-давно, ради собственной безопасности, эти гизельские псы не имеют оправданий. Всё ведь очень просто, на самом деле. Ты либо человечен, либо ублюдок. Горевать из-за смерти ублюдков я не собираюсь. Сдохнут — и хрен с ними. Сломается их многовековой порядок? Создадим новый.

Я видел множество различных моделей общества. Те, что приняты у архаритов и семи империй, — не худшие и не лучшие, на мой взгляд. Приемлемые. Но некоторые вещи подобны опухолям. Рано или поздно идиоты эти просто убьют мир. Пока две стороны воюют, эксплуатируют всех, кто ниже по рангу, враг смотрит на них с небес и строит свои коварные планы.

— Так, далеко ещё до рощи-то? — Я остановился, опасаясь приступа географического кретинизма, и всмотрелся в горизонт, пытаясь найти нужный пейзаж. — Непонятно… Ладно, значит, попробую ощутить, в какой стороне моя дорогая Ариана находится.

Я закрыл глаза и попытался нащупать в магическом поле лёгкий отголосок её души и магического источника.

— Кажется, туда… — открыл я глаза и всмотрелся в даль.

Сознание потянулось к пространственному кольцу, и я вытащил из него здоровенный бутерброд. Анна вручила его перед уходом. Назвала его «гамбургер».

Да, угрозы порой куда ближе, чем кажутся… Да я и сам облажался, несмотря на богатый опыт. Гизельцы же вообще за тысячи лет не поняли, что вся их отработанная система может пойти прахом за один пьяный дебош божественного осла с Перекрёстка. Даже Юкио подтвердил, что секта Тёмного Бога рано или поздно пробьётся через барьер. Только вот сколько этот барьер, защищающий мир от полноценного вторжения, выдержит? Непонятно…

— Ну, наконец-то ты начал правильные вопросы себе задавать, — раздался по правую руку чей-то голос, а гамбургер исчез из моих рук, словно его никогда и не бывало. — М-м-м… А ничего так, вкусно. Напоминает фастфуд из одного мира, в котором я давненько уже не бывал.

У меня даже сердце ёкнуть не успело: всё произошло за мгновение. Сок помидора капал на длиннющую бороду, босые ноги парили в паре сантиметров над землёй, длинная серая накидка отшельника всё так же выглядела неопрятной.

— Ну чё ты пялишься… У тебя ещё один есть, я знаю. И достань термос с кофейком. Гулять так гулять! — произнёс старик, к которому у меня была тысяча вопросов.

«Ну, теперь он мне всё расскажет!» — подумал я, поворачиваясь к старому богу.

— Спрашивалка не выросла. Но поговорить нам, да, не помешает… Вынужден признать, с Магдаленой я накосячил…

— Что? Чего? Да как?.. Почему? Какого?!

— Пять вопросов из тысячи уже заданы. Молодец, — похлопал он меня по плечу. — Давай отвечу на самые мучающие твою душу вопросы сразу. Твой мир почти сдох, остались лишь единичные могущественные практики. Состав атмосферы поменялся, все гибнут, как мухи. Твои люди в храме, под куполом, в безопасности. С ними всё нормально. Но тебе лучше поспешить: мне не особо нравится постоянно отвлекаться и обновлять защиту вокруг храма да еду с водой им таскать. Я курьером к тебе не нанимался. Понятно?

— Понятно. Простите, — поклонился я, ощущая себя нашкодившим котёнком…

Хотя это странно… Прошло же лишь пару месяцев, как я тут. Неужели старик так устал?

— Да не успеваю я за всем следить! Я тебе не многорукий многоголов! И тысячу дел сразу в разных мирах делать не умею, не могу и не хочу!

— Присядем? — предложил я, указывая на землю.

— Лучше вперёд пойдём, чтобы время не терять. И мне долго ждать кофеёк? — нахмурил старик пышные брови.

— Простите… — И снова я ощутил себя нашкодившим котёнком…

Вот умеет он вызывать это чувство… Только вот зачем это ему?

Отпив горячего и бодрящего напитка, старик довольно улыбнулся:

— Еда смертных воистину имеет вкус и радость жизни. Так о чём я там говорил? Ах да, вопросы… Правильные вопросы. По поводу гизельцев и пьяных ослов с Перекрёстка. Можешь и сам не переживать за божественный дебош. Этот мир непростой. И многое значит для меня. Потому я и открываю дорогу всяк достойному в него. Но влиять на дела смертных здесь, увы, не могу. Златомордый мог бы уничтожить город и людей, но для этого ему пришлось бы сперва пройти через меня. А у него ещё молоко на усах не обсохло, чтобы даже думать о таком.

— Почему ты его не остановил? Зачем отдал девочку?

— Потому что это твой человек. Твоя забота. А он, как её предок, в своём праве вернуть её в родной дом.

— Так ведь вы же её оттуда и…

— Серёжа, ты холодное со сладким не путай, ладно? Это две совершенно разные вещи. Ты сам недавно кричал на всю округу, что можешь дать возможность, а как с ней распорядятся получившие шанс — это уже их дело.

— Так я же молчал… Только думал об этом…

— Слишком громко думал.

— Что уж тут поделать… — пожал я плечами.

— Действительно… Ладно. Про защиту мира ты угадал. Я её давным-давно поставил. Объяснил, как и что работает, да только смертным плевать. Им всё войнушку подавай. Так что с этой защитой появились проблемы…

— Поэтому меня и перебросил в этот мир, я так понимаю?

— Мне нравится, что, несмотря на свою молодость и незрелость, ты порой бываешь очень проницательным, — похвалил меня старик. — Ничего в мире не бывает просто так. Особенно если на кону то, что ты ценишь. Я этот мир ценю. Так же как и ты ценишь своих людей. Я наблюдал за тобой тогда. Наблюдал и после переноса. За многое хотелось тебе по шапке надавать, но спишу это на незрелость и буйство юности.