Эмилер

И хотя тех, кто не стал нападать, было больше, два бойца погибли. Их положили рядом и укрыли плащами, чтобы позже забрать и упокоить со всеми почестями.

У Тимора в груди что-то гулко клокотало, по подбородку струилась кровь, но он был жив. Влер был поцарапан стрелой навылет, но внимания на раны и кровь не обращал. Все быстро выстроились и двинулись к Заслону – ведь неизвестно, на сколько времени Жели заморозила защиту. Войска Зирна уже вошли в поселок эмирими. И магические деревья могли вот-вот проснуться. Оказалось, этого ощущения достаточно, чтобы вызвать панику среди сторонников Райна. В отряде Тимора, что подошел к Заслону первым, уже кто-то разжигал огонь, чтобы спалить «уснувший» благодаря магии Жели богатырский лес, так как было известно, что магические деревья отлично горят даже во время Льда!

– Пусти, скотина! – донесся до Райна крик одного молодого воина из отряда Берима, махавшего зажженным факелом. – Вы всех нас тут бросите подыхать! Предатели! Спелись с эмирими! Пусти!

– Я не дам сжечь Заслон! – рыкнул командир и скривился от боли. – Первый, кто тронет деревья, получит вызов на поединок со мной!

– Райн, это же извечный враг!.. – начал было Басх, озвучивая мнение стоявших позади бойцов.

– Нет, это вечная защита. Вы не видели, как они цветут!

– Заслон? Цветет? Да ты свихнулся?! Кого это волнует?! Его надо уничтожить! – возмущались разгоряченные боем воины.

– Меня волнует! Повторяю, я не позволю его сжечь! – твердо произнес Райн, поднимая лук и не отрывая взгляда от еще одного вспыхнувшего факела, на этот раз в руках Крафа, который каким-то образом сумел освободиться.

Бойцы попытались взбунтоваться, но Райн грозно повторил:

– Стойте! Я говорю вам, это надо прекратить! Погубив Заслон, мы ничего не выиграем! Вспомните, синие кошки подолгу кружат вокруг Стойбища! Выйти нельзя, набрать дров тоже! А у живущих за Заслоном такой опасности нет! Хищники к их поселку не приближаются!

– Ладно, пусть болтает, любитель беленьких. Никто не заставляет нас ему подчиняться! – крикнул лэр, что зажег факел, и с воплем: «Сейчас предатели получат!» – метнулся к вечным деревьям.

Запела тетива…

Краф упал первым. Стрела Райна пронзила ему грудь, остановив яростные движения и оборвав крики. Факел упал на плащ, который мгновенно вспыхнул. Краф бешено заколотил руками по одежде, пытаясь сорвать с себя плащ. Потом затих.

Вторая стрела поразила Мину, несущегося к Райну крупного воина, яростно занесшего клинок.

У подножия величественного дерева лежали останки Крафа.

– Хищные тураны их не увидят, – сказал Влер, наблюдая за тем, как сонное дерево корнями потихоньку утаскивало их под землю.

Надо вести бойцов сквозь Заслон… Воздух, будто тяжелый каменный щит, давил на плечи. Райн в душе до конца не верил, что Заслон для них безопасен и, сделав первый шаг и показав пример бойцам, внутренне содрогнулся. Но потом обернулся и уверенно сказал:

– Заслон спит, эмирими нас не обманула…

И войска двинулись за ним.

Глава двенадцатая Война!

Очнувшись в абсолютной темноте, Лея осторожно пошевелилась. Села, блуждая вокруг диким взглядом, но ничего не увидела. Что произошло? Почему она здесь? Хоть она и потеряла счет времени, что-то подсказывало ей, что сейчас уже вечер.

Легко подпалив огнем ремни, она высвободила связанные кисти рук, потерла лоб, чувствуя сильную боль. Дрожь пробежала по телу. Вода… вода, которую она выпила, горчила! Отравил! Лея все поняла. Значит, Махуд напал первым! Все верно! Сама виновата, нечего было тянуть! Ладно, пусть он опередил, но это не значит, что он победил! Она ему подыграет!

Тут в погреб, где находилась Лея, ворвались прихвостни Махуда и, подхватив девушку, одетую лишь в тонкую рубашку, поволокли по морозу в зал Суда. Ей пришлось сосредоточиться на том, чтобы ремни не слетели с рук раньше времени.

В зале Суда все было как всегда. Правитель пафосно вещал:

– …Когда эмирими завоюют весь Эмилер и сровняют с землей горный поселок лэров, я расселю на их землях вас! От лэров не останется даже памяти. – Махуд сладострастно вздохнул. – Древняя земля наконец вздохнет, ибо не станет на ней уродства и никто не будет знать, что когда-то здесь проживали клыкастые!

Зачем их расселять в таком опасном месте и, по сути, какое им дело до «вздохов древней земли» – таких вопросов никто не задавал. Эмирими слушали правителя равнодушно и безучастно. Высокопарные речи Махуда уже никого не трогали.

– …Но сегодня мы собрались судить предателей: Лею и Атем!

Зал на миг замер, потом, словно очнувшись, загудел. Что же будет? Когда он объявит, в чем их вина? О скором «великом падении лэров» в его исполнении они слышали уже много раз…

Маги всполошились. Повелитель эмирими сошел с ума и больше не способен властвовать? Мало кто сомневался в том, что Махуд, наделенный властью единоличного правителя, отдаст ее хоть кому-то! Однако и Атем, возглавлявшая самый сильный отряд, тоже вряд ли сдастся без боя. Ко всему кто-то кому-то шепнул, что повелитель совсем спятил и посягнул на святое – на ее детей!

Пока правитель вещал, Лея незаметно скинула ремни и поднялась, запустив заклинание огня в основание трона. Дерево вспыхнуло с треском. Но Махуд взмахнул рукой, и огонь погас.

Лея не остановилась.

– Я объявляю конец войне! Мое малодушие стоило жизни многим… Это слишком высокая цена для спокойной жизни! – И, выхватив клинок из рук замороженного стазисом охранника, стиснув зубы, Лея направилась к правителю. – Махуд, ты искал меня?! Я иду к тебе, как ты хотел!

– Ты решила помериться со мной силой?! – усмехнулся древний маг и наложил на Лею стазис.

Сосредоточившись, она мгновенно освободилась и запустила в Махуда заклинанием огня.

– Что, нет деревьев для защиты? Отвык, старый, отвык воевать, – хладнокровно сказала она, снова посылая огненные заклинания, пока Махуд не скатился с вновь запылавшего трона и не ударил в Лею огненным шаром. Прикрывшись воздушным щитом, она неистово кидала в правителя заклинания, мешая ему колдовать.

– Это тебе за отца, это – за Майта… за погибших Кирка, Тинта, Дину и остальных!..

Остановив силой магии охранников повелителя, которые пытались ей помешать, Лея боролась с Махудом, уворачиваясь от его огненных шаров. Дерево, которым был отделан зал, вспыхнуло, словно бумага. Огонь грозил в любой момент обвалить крышу. Молоденькая девушка у входа пронзительно взвизгнула и, подняв взгляд на потолок, закричала, схватившись за голову:

– Пожар. Он сейчас обрушится!

Началась суматоха, и, пока Лея отбивалась от охранника Гангла, напавшего на нее с клинком, Махуду удалось скрыться.

Лею бил озноб: от отравы, которую ей подмешали в воду, из-за суток без еды и еще – из-за гнева на дикий произвол правителя, но она все же нашла в себе силы и построила магов, чтобы они покинули горящий дом без паники, спокойно, никого не задавив.

– Куда он делся?! – крикнув это, Лея резко нанесла удар назад, всадив острие своего клинка в эмирими, который подкрадывался к ней с ножом. Потом повернула руку и вонзила оружие глубже. Свейм сполз вниз по стене, оставляя на ней кровавый след, и безжизненно распластался на полу. – Ты так и не научился ходить бесшумно! Зато умение подличать и наушничать освоил как следует! – Оглядев опустевший зал, Лея сквозь зубы сказала: – Я найду тебя, Махуд… Ты слишком много задолжал!