Энергон

Мина беспомощно посмотрела на Вика, но тот только пожал плечами.

— У меня бы ещё хуже получилось, — сказал он.

— Ты тоже считаешь, что это безопасно для нас? — перевела своё внимание на него Лиана.

— Абсолютно, — кивнул Вик.

Лиана ненадолго задумалась, но потом всё же отрицательно покачала головой.

— Если бы это происходило в другом месте и в другое время, я бы вам доверилась. Но сейчас всё висит на слишком тонком волоске, чтобы играть в загадки. Рассказывайте, давайте! — сказала Лиана тоном, не допускающим возражений.

— Хорошо, — обречённо сказала Мина, — но пообещай, что не будешь делать того, что я тебя попрошу не делать.

— А о чём ты меня попросишь? — спросила Лиана.

— Нет, ты сначала пообещай! — сказала Мина.

— Ну уж нет! Обещать вслепую я тоже ничего не буду, — сказала Лиана и скрестила руки на груди, давая понять, что спора на эту тему не будет.

— Хорошо, — вздохнула Мина, чувствуя, что с каждым шагом теряет переговорные позиции, — пообещай, что не будешь будить Спаса, пока мы тебе не разрешим это сделать!

— Что? — опешила Лиана, — а он-то здесь причём?

— Сначала пообещай! — сказала Мина, и тоже скрестила руки на груди, отзеркаливая жест Лианы и давая понять что на эту тему тоже спора не будет.

— Ну ладно, обещаю, — осторожно сказала Лиана.

— Хорошо, — удовлетворённо сказала Мина, — я попробую тебе рассказать, только это будет из области… необычного, что ли… из необъяснимого.

— Ну, этим ты меня не удивишь, у нас тут такого завались, — махнула рукой Лиана, — продолжай.

— Дело в том, что когда мы летели на разведку, то встретили там Спаса, — сказала Мина и уставилась на Лиану.

Брови у той резко взлетели вверх, но она сдержалась и только медленно проговорила:

— Продолжай…

— Ну, так вот, он был там с нами… но был без тела. Был как бы его дух! Его видно не было, но он с нами разговаривал, — сказала Мина.

— Так… — всё столь же медленно протянула Лиана.

— Ну вот, — сказала Мина, — он нам сказал, что сам не понимает как там очутился и как это вообще возможно. Но раз уж у него это получилось, то он хотел этим воспользоваться и слетать на аэродром, разведать обстановку там. Он сказал, что не знает, сможет ли повторить такое, поэтому нужно было сделать это сразу, пока он был… отделён от тела, можно, наверное, так сказать.

— И вы отпустили его одного? — спросила Лиана.

— Вообще-то, это была идея Момо, — сказал Вик, — но Спас отговорил её туда лететь, сказав, что он как бестелесный дух сделает это быстрее и безопаснее чем она или любой из нас.

— Про бестелесного духа он не говорил, — поправила Вика Мина.

— Да, это я сейчас его так назвал. Надо же как-то объяснить, как мы его восприняли, — сказал Вик.

— Вообще-то да, очень подходит, — кивнула Мина.

— Ну, допустим, — сказала Лиана, — а почему нужно было от меня это скрывать?

— Он опасался, что если об этом рассказать, то его разбудят, пусть даже и случайно, захотев проверить всё ли с ним в порядке. И тогда его миссия может внезапно прерваться, — сказал Вик, — он предполагает, что может так летать, только пока его тело спит. А если его разбудить, то он тут же вернётся в сознание. Но это не точно, может быть всё по другому работает.

— Ну вот скажи, тебе сейчас хочется пойти и проверить, как он там? — с хитринкой глядя на Лиану спросила Мина.

— Еле сдерживаюсь, — улыбнулась та.

— Вот в этом-то всё и дело! — торжествующе сказала Мина, — но не забывай, ты обещала!

— Да помню я, помню! — сказала Лиана, — и сколько ждать?

— Ну, наверное, пока сам не проснётся, — сказал Вик.

— Ждать тяжко, — Лиана вздохнула, — надеюсь, уже сегодня ночью будем на аэродроме. Очень хочется убраться отсюда поскорее.

— Ты оптимистично настроена, — сказала Мина, — как будто есть гарантия, что там нас будет ждать транспорт.

— Надо же во что-то верить, — сказала Лиана.

Не все клоны разделяли мнение строптивого старшего, который занял свой пост недавно, вместо погибшего лидера. Но, видимо, амбиции у него были большие, несмотря на то, что возглавлял он лишь жалкую кучку клонов.

Спасу за этим наблюдать было забавно, тем более, что сумятицу внести в их ряды у него всё равно получилось. Да и не рисковал он ничем. Его тут вообще, как будто и не было.

Ещё ему было интересно, услышал ли его слова Егор, прячущийся на стеллаже, и если услышал, то что он подумал обо всём этом. Поверил или нет? Может быть, он тоже воспринял это всерьёз, как и большинство клонов, ведь слова-то прозвучали у него в голове. А такое выходит за рамки обычного, мягко говоря.

Клоны, постояв на коленях, и поняв что Энергон больше ничего не скажет, начали вставать, бросили поиски и стали стягиваться к своему старшему, неуверенно высказывая ему свои возражения на его заявление. Им было страшно, разряд Энергона они наблюдали каждую ночь и считали явлением высшего порядка. Чуть ли не молились на него. А тут такое неуважение.

И это притом, что Энергон обратился к ним лично, сказал каждому, что он ими недоволен. Это воспринималась как великая честь, ведь до них снизошёл сам Энергон! Хотя, до этого момента они даже не представляли, что это явление вообще может разговаривать.

— Мы не хотим сердить Энергон, — сказал один из клонов, приблизившись к старшему, — лучше голодать.

— Его ты боишься, а меня нет? — спросил старший, поднял с пола большую ржавую трубу и широко размахнувшись размозжил говорившему голову, — поешьте пока, — махнул он на труп остальным, — а потом будем думать что делать. Но Энергон нам не указ.

— Клоны некоторое время в нерешительности переминались с ноги на ногу, но потом запах растекающейся вокруг трупа свежей крови оказался сильнее, и они сначала нерешительно, но потом всё быстрее и быстрее начали стягиваться к убитому товарищу.

Спас не стал смотреть что будет дальше, потому что зрелище вряд ли будет приятным. Вместо этого он вновь переместился к Егору.

— Тот, почти не скрываясь, свесился со стеллажа и наблюдал за происходящим, вытаращенными от изумления глазами. Выходит, «глас Энергона» он тоже слышал.

Спас подумал, что нужно как-то попытаться сказать ему что-нибудь, но так, чтобы клоны не услышали. И хотя говорил он без использования речевого аппарата, тем не менее, он постарался произнести фразу шёпотом.