Эра счастья
Шрифт:
– Представьте себе, милочка, к этому стремится все человечество – как в совокупности, так и каждым отдельным индивидом!
– Вот как… – она улыбнулась, в ее глазах появилась хитринка. – Неужели деньги?
– Ну-ну, Кирочка! Бросьте вы эти финансы! Богу богово, кесарю кесарево. Мыслите глобальнее!
– Да ничего другого мне на ум не приходит, – она улыбнулась. – Вот и Минфин нами заинтересовался, значит, собирается на этом новом феномене деньги делать. Тем более что сроки даны абсолютно катастрофические! Физики, вон, годами с каждой блестящей штучкой возятся, а нам буквально минуты на размышление. Деньги вы нашли! Ну, или их источник,
– Счастья…
– Ну, счастья, само собой, – она отмахнулась, пропустив мимо ушей ответ на загадку и продолжала философствовать, – только оно гораздо сложнее денег, хотя тоже есть некоторое сходство. Счастье, например, никогда не бывает полным, так же как денег никогда не бывает много. И кончается оно тоже слишком быстро…
– Кира…
– Что?
– Я уже ответил вам.
– Что ответили?…
– Я ответил, вам, что за объект мы нашли.
Кира виновато улыбнулась, ничего не понимая.
– Все ищут. А мы нашли. И теперь изучать будем, чтоб насладиться им вдоволь потом, после эксперимента, и, возможно, за весьма скромную плату. Вы будете смеяться, уважаемая Кира Венедиктовна, но мы нашли счастье.
– Хорошая шутка, – она показательно расхохоталась. – Небось, всю эту сказку вместе с Корсаком придумали, чтобы меня разыграть, а я поверила! А! Молодцы!
Виктор Иванович сидел в кресле неподвижно, внимательно глядя поверх очков и не пытаясь переубедить Киру. Сейчас она сама все поймет.
И действительно, девушка перестала смеяться и ответила веселыми глазами, что оценила шутку по достоинству. Ведь она всерьез в нее поверила! И даже испугаться успела. Но видя, что наставник остался невозмутимым, она постепенно начала осознавать, что не в его правилах заниматься подобными розыгрышами.
«Но что тогда? – забеспокоилась снова Кира, – Какое такое „счастье“ могли найти в Зоне? Или, может быть, это всего лишь метафора?»
– Объясните, – она снова стала серьезной и сосредоточенно посмотрела на заведующего. – Что вы на самом деле нашли и почему решили, что это счастье.
***
Виктор Иванович шел немного впереди:
– Для научных исследований этой находке решили дать рабочее название «Объект „Эс Икс“», ибо ненаучно называть невесть что сразу «счастьем». Все подробности вы найдете в исходных материалах в своем новом кабинете в новом здании. Нам пришлось пройти столько проверок, потому что в первую очередь сюда перевезли и разместили это самое «счастье». Однако все формальности уже позади и теперь вы знакомы со всеми этапами доступа в лабораторию. Для вас этот процесс будет повторяться ежедневно, и даже несколько раз в день – как часть вашей работы. А вот и камера хранения. Постоянный доступ будет только у нас с вами, все остальные сотрудники должны будут получать официальное разрешение от меня после проверки необходимости и полной обоснованности предложенных экспериментов. Все чрезвычайно серьезно. Ведь мы не знаем, что это.
Наставник открыл бронированную дверь комнаты-сейфа при помощи ключей и именной магнитной карты, после чего сигнализационная система потребовала идентификации отпечатков пальцев. Далее следовала еще одна дверь. Процедура полностью повторилась. Внутри комнаты находился только ящик
из толстого пуленепробиваемого стекла с «объектом».– Вот, взгляни: некий шар, сантиметров пять в диаметре, светится так, как будто в нем лампочка, но это не есть его основная характеристика. Дело в том, что когда складываешь ладошки лодочкой, как будто милостыню просишь, он плывет к тебе прямо в руки. При соприкосновении с кожей человека свет как бы растворяется, а сам субъект становится счастливым. Сейчас мы как раз наблюдаем двоих таких людей. Это сталкеры.
– Сталкеры? – усомнилась Кира.
– Сталкеры, – небрежно отмахнулся он. – Но это не наша с вами забота. Они-то и принесли из Зоны эту находку нам на радость, чтоб мы зря зарплату не получали…
– Виктор Иванович, вы так говорите, как будто не рады этой находке? С ней что-то не так? – Кира рассматривала светящийся шар за стеклом. – Скажите свое мнение. Я должна знать.
– Вот еще! С чего ты взяла, что я не рад? – глаза учителя устало посмотрели на девушку. – Хотя, собственно, чему радоваться-то? Я не могу понять и объяснить это странное явление. Скорее я буду испытывать злость и раздражение, чем что-то позитивное…
Они вышли из сейфа, который автоматически блокировал все замки и активировал сигнализацию, и направились дальше по коридору.
– А что вы понимаете под счастьем? – Кира продолжила оборвавшийся разговор. – Как его объясняете?
– Так же, как любой другой психолог или медик-физиолог: мы видим поведение, характерное для состояния счастья или эйфории. Это и выработка гормонов, и токи мозга, и общее психофизиологическое состояние. При этом человек продолжает жить своей обычной жизнью, которая теперь является счастливой.
– Чем же наш объект отличается от антидепрессантов, которые мы знаем на сегодняшний день? Ну, не считая его оригинальной формы и упаковки…
– Антидепрессанты, даже самого последнего поколения, не дают стойкого эффекта и всегда вызывают побочное действие. Этот же объект никакой «побочки» до сих пор не вызвал, хотя это еще предстоит доказать. Его влияние уже сегодня по длительности и эффекту превосходит все самые лучшие антидепрессанты.
– То, что вы описали, в общих чертах можно определить как антидепрессант пролонгированного действия нового поколения. Только и всего. Обратного пока не доказано.
– Это верно, – согласился академик со словами Киры, как с простейшей арифметикой, и, как бы желая охладить ее пыл и заставить думать не только в терминах физиологии, а немного глубже, добавил:
– Но механизмы действия этого, как вы изволили выразиться, «антидепрессанта нового поколения», и взаимоотношение всех норадрен-, дофамин-, серотонин-, холинергических систем, а также нейропептидов, включая эндогенные опиаты, или, может быть, чего-то до сих пор неизвестного, вам придется еще изучить и обосновать.
Некоторое время они шли молча.
– Но самое поразительное в том, – как ни в чем не бывало продолжил Виктор Иванович, – что оно делится. Входит, к примеру, в комнату три человека, и вместо одного мы видим три визуально одинаковых шарика.
– Что вы говорите?!
– В этом и парадокс. Поэтому я и не могу назвать его ни веществом, ни энергией: они, как известно, не появляются и не исчезают бесследно. Хотя после всех исследований Зоны законы термодинамики нарушаются сплошь и рядом. Но я не могу поверить, что теперь беззаконию подвергается не только наша физическая реальность, но и психическая.