Эридан

Он вел Сэма через лес, используя густую листву как прикрытие. Время от времени он замечал в промежутках между ветвями преследователей, но он был уверен, что пилоты не могли увидеть ящероход. Может быть, ему придется припарковать его под деревьями и остаться в лесу на всю ночь. Это дало бы ему время решить, как помочь детишкам. А заодно и выяснить, являются ли они действительно настоящими марсианами или все это просто чье-то хитроумное мошенничество.

Скип протянул ему бутерброд с ветчиной через спинку водительского сиденья. – Дидри просила передать вам бутерброд, мистер Карпентер.

– Я не просила!

– Просила! Ты дала мне бутерброд и показала на мистера Карпентера!

– Я не показывала на него!

– Показывала!

– Почему бы тебе не передать мне и лимонад тоже, принцесса, - сказал Карпентер. Рутбир – ты можешь отличить его по коричневому цвету.

Наступило долгое молчание. Затем поверх урчания двигателя Сэма он услышал, как открылась и закрылась дверца холодильника, после чего появилось горлышко бутылки с крышкой, а затем и вся бутылка с рутбиром, которую держала маленькая рука. – Спасибо, принцесса.

– Можно мне сесть спереди? – спросил Скип.

– Конечно.

Мальчик перелез через спинку водительского сиденья.
– Дидри тоже хотела бы сесть впереди.
– прошептал он Карпентеру в ухо.

– Скажи ей о’кей. – прошептал Карпентер в ответ.

– Забирайся сюда, Дидри.

Голова Сэма была шире пяти футов, но водительское сиденье было только в четыре фута шириной. Тем не менее, когда Дидри скользнула на место рядом со Скипом, еще оставалось достаточно места. Оба уплетали бутерброды и запивали их лимонадом. Карпентер удивился, как много бутербродов они уже съели. Хотя, конечно же, в этом не было ничего ужасного – у него было в запасе все, что только они могли пожелать, и даже гораздо больше. Продуктов на борту Сэма было достаточно, чтобы прокормить двух взрослых мужчин в течение двух недель.

Он мог видеть лицо Дидри в профиль, а также ее затылок, когда она смотрела в боковое окно кабины Сэма. Она ни разу не посмотрела в его сторону. Хотя, конечно, после того, что он узнал о ней, трудно было ожидать от нее подобного внимания. Он был всего лишь водитель, а она была принцессой. NAPS присвоило ему классификацию голографиста – исследователя прошлого и платило ему приличную зарплату, но все, что он должен был делать – это управлять ящероходами и мамонтомобилями, или, если говорить точнее, управлять вездеходами.

Несмотря на отчужденность Дидри, Карпентер начал чувствовать себя добрым отцом семейства, отправившимся со своими детьми в зоопарк. И в какой зоопарк! Везде вокруг шныряли ящерицы, и они блестели на солнце почти всеми цветами. Анкилозавр уставился на проезжающего Сэма из камышей; этот большой бронированный динозавр не стал становиться Сэму поперек дороги. Орнитомим, напуганный приближением ящерохода и спрятавшийся за дерево, напомнил своим видом страуса. Парочка взрослых анатозавров, перекусывающих листвой, решила перекусить где-нибудь еще. Струтиомим, беззубый динозавр, даже больше похожий на страуса, чем орнитомим, со всех ног промчался через поляну. Змей и черепах было столько же, сколько и ящериц, а на деревьях сидели странные зубастые птицы.

Карпентер, помня о Тираннозавре рексе, постоянно был начеку - один из этих гигантских тероподов вполне мог прогуливаться неподалеку.

Внезапно на пути следования Сэма прогремел взрыв и появилась воронка. На лобовое стекло посыпались комья грязи. – Они обнаружили нас! – вскричал Скип.

Карпентер объехал воронку и бросил Сэма в более густые заросли леса. Он управлял одной рукой, держа свой бутерброд другой и зажав бутылку с рутбиром между колен. Торопливо расправившись с бутербродом и допив остатки рутбира, он положил бутылку на пол. Сбросив скорость Сэма, он посмотрел на часы – было 5:46 вечера. Стемнеть должно было еще не скоро. Он глянул на детей. Они позабыли о своих бутербродах и лимонаде и уставились сквозь выпуклое лобовое стекло Сэма на маленький кусочек неба, который виднелся сквозь листву. – Мне кажется, самое время от них улизнуть, как вы полагаете?

– Но как, мистер Карпентер? – спросил Скип. – Они могут заметить нас сквозь деревья, и если мы выберемся на равнину, они окружат Сэма воронками от взрывов и заставят вас отдать им Дидри и меня обратно.

– Мне кажется, вы подзабыли кое о чем важном, что я говорил вам насчет Сэма. Он может прыгать назад во времени.

Опасения Скипа рассеялись, и даже Дидри посмотрела на Карпентера. Карпентер ухмыльнулся.
– Так что кончайте со своими бутербродами и не бойтесь.

Дидри что-то прошептала на ухо Скипу, затем Скип сказал: - Дидри говорит, что если мы прыгнем назад на пять дней, то тогда они нас ни за что не найдут, потому что в то время их здесь еще не будет.

– И вас двоих не будет тоже. Путешествуя по времени, мы вроде как взбираемся на дерево. Течение времени сопровождается небольшими парадоксами, и если мы допустим один из них, он может стереть вас, ребята, с временной ветви, а заодно и меня, поскольку меня здесь также не будет. К тому же, - продолжил Карпентер, - прыжки в прошлое требуют много энергии, и если такая комбинированная машина времени, как Сэм, прыгнет назад гораздо дальше, чем на четыре дня, она сожжет свои батареи. Так что я думаю, нам лучше ограничиться одним часом.

Расчеты, связанные с прыжками в прошлое, увеличиваются, когда временная дистанция сокращается. Карпентер перевел Сэма на управление автопилотом и включил навигационные приборы. Лес оставался достаточно густым, и опасности быть замеченными похитителями не было. Он начал задавать арифметические головоломки компактному вычислителю Ллонка, встроенному в панель управления.

Скип нагнулся вперед, чтобы лучше видеть вычисления на экране компьютера. – Ваши цифры почти как наши, мистер Карпентер, – сказал он, глядя на появившиеся знаки. – Если это поможет делу, Дидри может сделать умножения вроде этих в уме, Дидри, сколько будет 828.464.280 умножить на 4.692.438.921?

– 3.887.518.032.130.241.880. – ответила Дидри.

– Я на всякий случай проверю. – сухо сказал Карпентер. Он коснулся маленькой кнопки, и на экране загорелись цифры: 3.887.518.032.130.241.880. Он уставился на них.

– Она же у нас гений по части математики, - пояснил Скип.
– А я по части техники. Ученые из Королевской Академии Наук говорят, что для принца и принцессы странно быть гениями. Они говорят, что обычно члены Королевского Дома болваны, хотя, конечно, они не используют это слово. Бьюсь об заклад – они были в истерике от того, что нас похитили.

– Я полагаю, у ваших родителей истерика была куда больше.

– Пожалуй, что-то вроде этого. Если они не вернут нас с Дидри обратно, им придется где-то найти нового наследника, а это значит, что царствовать будут наши кузены, и это вовсе не понравится нашим родителям.

– Я не имел в виду истерику из-за новых наследников. Я имел в виду переживания из-за того, что вы, ребята, находитесь в опасности.

– Я не думаю, что они особенно переживают по этому поводу. Мы вроде как чужие для них. Мы даже живем в другой части дворца, а не в той, в которой живут они, и они видят нас только во время публичных выступлений или королевских свадеб, когда вся семья должна присутствовать.