Эромагия
Шрифт:
Должно быть, хвост дракона по-прежнему метался — из тьмы со стороны филейной части доносились скрип и хруст веток.
— Я даже остался с ней в храме. — Кардамуд покачал головой. — Я, бывший дотоле вольным скитальцем и бродягой…
— В храме? — переспросила Анита, швыряя палочку от леденца в костер.
— Ага, да, в нем. Мелонита, она сторожит какое-то святилище, забытый храм. Хрен знает, что там за храм, жрецы давно оставили его, а может, и вымерли… Но Мелонита дала обет… У нас, драконов, такое случается… И я остался с ней. Мы были счастливы, мы жили напряженной… э… соразмеренной и гармоничной
Дракон надолго замолчал.
— Началось все недели три назад, — заговорил он вновь. — Я стал замечать, что Мелонита недовольна. Возраст мой еще не тот, чтобы… ну, вы понимаете?
— Э… Кардамуд, если тебе не хочется об этом говорить… — промолвил Шон. — Нам вовсе незачем знать…
— Нет-нет! — Позади дракона раздался оглушительный треск — там упало сломанное у основания дерево. — Простите, это я хвостом… Так вот, Мелонита… Она стала поистине неутомимой… Она так любит меня, моя Мелонита! И я готов на все ради нее! И вот вдруг выясняется, что я… Ну то есть все, кранты, больше ничего не могу… Кошмар!!! Вы понимаете, да, понимаете?
Кардамуд всхлипнул, краем крыла смахнул слезу размером с кулак и продолжил:
— Всем известно, что знаменитый Жезл способен помочь в этой напасти. Я вызнал, что чародеи, владевшие им, доверили реликвию Валдо Мосину… Он потом сказал: подарили. Не исключено, что сами чародеи так не считали… Кстати, а почему Жезл оказался у вас?
— Да вот, с Мосином, понимаешь ли, стряслась беда… — ответила Анита.
— Что? Он умер?
— Скорей наоборот… — возразил Шон. — Обрел бессмертие. Но он доверил Жезл нам, могу поклясться. Слово дворянина!
— Ну, как бы то ни было, я прилетел к Валдо, попросил его одолжить Жезл… Я не знал, что он доверил реликвию столь замечательным хранителям. Так вот, я просил Валдо, умолял… Он не отказывал, представьте себе, но и Жезла не отдавал! Знаете, — дракон доверительно понизил голос, — теперь, после того как чародеи напали на дворец, я думаю, что лорд Мосин хотел использовать меня против них. Они-то доверили ему Жезл Страсти, чтобы он сверг королеву и отдал им страну, так шептались конюхи, я слышал… О, я много чего слышал из окошка конюшни, ведь у нас такой тонкий слух. А Валдо был себе на уме… Простите, вы его доверенные хранители…
— Ничего, ничего, — подбодрил Шон. — Мы только накануне появились в королевстве. С Жезлом — это вышло случайно, рассказывай дальше…
— Перст судьбы, знамение рока! — воскликнул дракон. — Так вот, Валдо обучал собственных чародеев, объявил турнир, чтобы навербовать лучших воинов… Вы ведь слыхали о турнире? Конюхи говорили, что это будет нечто выдающееся… Должно быть, лорд готовился к атаке гендерных, не хотел Жезл отдавать. Вот и меня намеревался использовать, по всей видимости… Боевой дракон — залог успеха кампании! Но меня это не волнует, мне важно было заполучить Жезл…
Кардамуд выдохнул клуб густого дыма и вновь смахнул слезу.
— Ради нее, моей драгоценной Мелониты… О-о-о… не для меня, для нее, чтоб она была счастлива… А счастливая Мелонита — это что-то с чем-то, доложу я вам. Она расцветает, как нежный цветок, прямо на глазах становится… Эх, да что там говорить!
— И что за святилище
стережет твоя подруга? — спросила Анита.— А и не знаю я, — отмахнулся Кардамуд. — Какое-то такое… Женское какое-то, судя по статуям. Давно… давно забытый храм. Давно забытый! И только верная слову дракониха… Только прекрасная Мелонита — одна среди заброшенных камней… Среди забытых камней, одинокая и печальная… Тоскующая! Но теперь, когда есть Жезл…
Шон с Анитой вновь многозначительно переглянулись. Дракон задумчиво ковырял землю когтем размером с саблю. Вдруг он встрепенулся, навострил уши и привстал. Ноздри Кардамуда раздувались.
— Медведица! — наконец объявил он. — Это медведица, несомненно! Друзья мои, вы позволите? Я покину вас ненадолго!
Бормоча что-то о том, что не мешало бы проверить еще разок, Кардамуд попятился в темноту, хрустя ветвями сломанного дерева.
— Ну что, еще по конфетке? — спросила Анита.
— Нет, пожалуй, не стоит. Вообще-то нам нужно поговорить, — сказал Шон. — Неясность общей ситуации…
Ведьма приложила палец к губам и сделала страшные глаза, потом, оглянувшись, шепотом пояснила:
— Говори тише, у Кардамуда хороший слух. И нюх. Как ты думаешь, где эта медведица? Далеко, должно быть. А если он все услышит из-за деревьев?
— Ладно, — шепотом ответил рыцарь. — Что будем делать дальше? Жезл от чародеев уберегли, но нельзя же бесконечно от них прятаться…
— А зачем нам вообще его беречь, этот Жезл? Как-то все беспорядочно происходит — то Мосин, то чародеи…
— Нет, ты что, Жезл им отдавать нельзя! Я про него слышал, это и вправду могущественная штука.
— Ага, я вижу, как ты разрумяниваешься, когда он рядом, — вставила ведьма, но Тремлоу проигнорировал ее слова.
— …Чародеям из Братства он не должен достаться.
— Но все равно — быстро все как-то очень происходит.
— Быстро, — согласился рыцарь. — Даже времени подумать не было. А теперь время есть. Кардамуд собирается в заброшенный храм, к своей Мелоните, хочет там… вернуться к супружеской жизни. А нам что делать? Отобрать Жезл? Не знаю, не знаю… Пока что он вежлив и добр, но…
— Жезл и сейчас с ним, — напомнила Анита.
— То-то и оно… Не уверен, что смогу с ним справиться. Доспехи хотя бы какие-то, оружие получше. А так, как сейчас… Нет, не выйдет, пожалуй.
— Дался нам вообще этот Жезл! — сказала Анита. — Пусть забирает его себе.
Она положила ладонь Шону на колено.
— …Да и голоден я, — продолжал рыцарь, не слушая ее. — Мяса бы сейчас, поджаренного…
Рука ведьмы сама собой скользнула выше, и Анита прижалась к Шону теснее.
— А ведь дракон может не скоро вернуться, — сказала она. — Может, только к утру…
— Поджаренного, но с кровью. Говядины… нет, лучше свинины! Да пожирнее…
— Представляешь, до утра-то еще вон сколько времени…
— И картошки с лучком…
— Луна какая красивая светит…
— Топленое масло, сыр…
Анита заглянула в его задумчивое лицо — в глазах рыцаря плавало два окорока.
— Ах ты! — Она стукнула кулаком по колену и возмущенно отодвинулась.
— Что? — Тремлоу наконец вспомнил о ведьме. — Ты чего?
— Чего? Того! — Задрав нос, она отвернулась.