«Если», 2012 № 04

Пока девушка Регина обменивалась замечаниями с водителем, молчаливый парень, оказавшийся оператором, сноровисто расчехлил камеру, водрузил ее на штатив и спокойно поинтересовался:

— Мы работаем или нет? Здесь света мало.

— Паша, я сейчас завалю тебя светом, — заявила Регина, решительно вытащила опешившего Артёма из-за колонны и переставила под фонарь. — Сейчас как, нормально?

Оператор промолчал, передвинув штатив вместе с камерой.

— А где мой микрофон? — занервничала Регина.

— У тебя в руке, — подсказал оператор.

— Сама знаю! — огрызнулась Регина и повернулась к Артёму. — Представьтесь, пожалуйста. Только смотрите не на камеру, а на меня. Алло, мужчина, не молчим. Вас как зовут?

— Хрен Моржов меня зовут, — разозлился Артём. — Еще будут вопросы?

— Мужчина, а вот грубить мне не надо. Я на работе, между прочим.

— А я тут стою и загораю. Вы от меня чего хотите вообще?

— Как чего? — растерялась Регина. — Комментарий нужен. Почему вы не отказались от приглашения посетить эту планету… эту… ну, как ее там…

— Уммо, — подсказал оператор.

— Сама знаю! — отмахнулась Регина. — Вы разве не считаете, что путешествие может быть сложным и даже опасным?

Вопрос был болезненный, как удар бейсбольной битой по затылку, и Артём на несколько мгновений застыл с каменным выражением лица. Если у него и оставались какие-то иллюзии, то теперь сомнений нет — люди с камерой приехали по его душу. Они захотели поговорить с самым наивным чудаком в этом городе. Ведь телезрители любят чудаков и клоунов. И чем чудаковатее на экране чудак, тем интереснее…

— По-моему, клиент отключился, — усмехнулся оператор. — Нашатырь дать?

Регина нервно дернула острым плечиком.

— Паша, ты можешь просто смотреть в камеру?

Выручил всех высокий светловолосый парень на серебристой «инфинити». Судя по радостным крикам, с которыми к нему бросились телевизионщики, это и был Владислав. Артёма сразу забыли. Камера переместилась к Владиславу, он произнес длинный и проникновенный монолог, удовлетворивший обе стороны, потом они с Региной перекинулись непонятными Артёму фразами, над чем-то дружно посмеялись, и уже через пять минут съемочная группа свернулась и умчалась на своем микроавтобусе в неизвестном направлении.

Артём вернулся к своему чемодану. Вакуумная голова понемногу заполнялась воздухом через маленькую дырочку в черепной коробке, и теперь Артёму хотелось только одного — поймать такси. А расколовшийся на две половинки мобильник в таком деле не помощник.

— Наверное, мне следует извиниться. — Владислав протянул Артёму визитку, квадратик из ламинированного картона. — Поверьте, я отлично понимаю, что вы сейчас чувствуете.

— Не уверен, — процедил сквозь зубы Артём. — Хотелось бы для начала узнать, в какой эксперимент я по своей глупости вляпался?

— В очень важный…

— Звучит обнадеживающе. — Артём помолчал. — И пишется, наверное, с прописных букв — Очень Важный Эксперимент. Надеюсь, он завершился благополучно…

— Я тоже на это надеюсь. — Владислав отвел взгляд. — Могу я подбросить вас домой? К сожалению, не имею полномочий раскрывать все детали, но на некоторые ваши вопросы, думаю, смогу дать ответы.

— Сам доберусь. Безмерно благодарю за предложение!

Владислав вернулся к своей «инфинити» и широко распахнул дверь с пассажирской стороны. В салоне автомобиля было просторно, тепло, играла легкая музыка, мягко светились шкалы приборной панели, пахло хорошей кожей и дорогим парфюмом.

— Садитесь.

Артём немного подумал и закинул свой чемодан не в багажник, а на заднее сиденье. Пусть хотя бы чехлы пострадают.

— Значит, вы и есть некоммерческое партнерство «Аксис Мунди»?

— Мы и есть, — кивнул Владислав, слегка притормаживая перед лежачим полицейским.

— И чем занимаетесь? Соединяете небо и землю?

— Исключительно в рабочее время!

Владислав впервые улыбнулся, и эта улыбка показалась Артёму вполне искренней.

— Если не секрет, Артём… Я могу вас так называть? О чем вы сейчас думаете? Меня проклинаете?

Артём демонстративно наморщил лоб.

— Как-то, знаете, не думается ни о чем. Думалка вышла из строя. Но отсутствию кардинальных перемен в своей жизни я в глубине души рад. Еще рад, что не успел написать заявление об уходе. Закрутился и забыл. И очень удачно забыл. Вот приеду сейчас домой, посплю пару часиков, приползу на работу и буду продолжать трудовую биографию. Все как раньше.

— А если не сможете как раньше, вас это разочарует? — уточнил Владислав. — Дело в том, что события последних месяцев не могли на вас не повлиять — это я вам точно говорю. Из опыта.

— Хорошо бы…

Артём прикрыл глаза. В роскошном кресле «инфинити» его неодолимо тянуло в сон.

— Вы еще не задали мне ни одного вопроса, — напомнил Владислав. — Если вас волнует запись, то в эфир она не пойдет, можете не переживать. Я заеду на канал, извинюсь, отменю заказ, и запись с сервера будет удалена. Деньги уже уплачены, никто не обидится. Вам как участнику, дошедшему до финала, тоже полагается материальная компенсация. Деньги будут перечислены на картсчет вашей супруги. Не возражаете?

— Нисколько. — Артём зевнул. — Она обрадуется.

— Сумма вас не интересует?

— Нет. Все равно это деньги с неба. Пусть будет сюрприз.

— Тогда я хотел бы вам кое-что любопытное продемонстрировать. На свой страх и риск. Считайте это бонусом за то, что вы хорошо держались. Вы действительно большой молодец, и мне приятно было с вами поработать. Только одна просьба — никому не рассказывайте о том, что увидите. Договорились? Здесь недалеко. Сделаем небольшой крюк по объездной трассе. Всего-то пятнадцать минут.

— Почему бы и нет? — Артём потер красные от двухсуточного недосыпа глаза. — До пятницы я абсолютно свободен. Вернее, абсолютно точно — свободен…

Салон наполнила тонкая до прозрачности скрипичная мелодия в оркестровой оболочке. Владислав прибавил звук.

— Вот так живешь, живешь, красоты вокруг не замечая, — неожиданно признался он. — Вам нравится?

Артём покрутил головой. Вокруг были только кривой березняк, растянувшийся тонкой полоской вдоль федеральной трассы М-51 «Байкал», остатки каких-то ржавых труб по краям заросшего люцерной поля и глубокие кюветы, густо засыпанные грязными полиэтиленовыми пакетами.