Если сорвать маску...
Шрифт:
Одна из отличительных черт современной разведки США — ее глобальный характер. В силу этого в разведывательную деятельность вовлечены самые различные звенья государственного аппарата. Вместе с тем обособились некоторые специализированные органы разведки. Так, с годами образовался довольно сложный по своей структуре комплекс разведывательных служб.
Наряду с ЦРУ в самом Вашингтоне и вокруг него расположены штаб-квартиры по меньшей мере еще девяти правительственных организаций, которые отвечают за сбор всевозможных разведывательных данных во всем мире и даже в космическом пространстве 8. Это — Разведывательное управление министерства обороны, Агентство национальной безопасности, разведывательные управления армии, ВМС и ВВС, Управление аэрокосмической разведки, Бюро разведки и исследований
Все перечисленные организации составляют основу системы, именуемой с некоторых пор «разведывательным сообществом» страны. На вершине этой системы находится директор ЦРУ, непосредственно подчиненный президенту и СНБ. Как высшее правительственное должностное лицо по вопросам разведывательной деятельности США, он является в то же время и директором центральной разведки (так именуется глава всего «разведывательного сообщества»). В этом своем качестве директор ЦРУ осуществляет руководство Агентством национальной безопасности, учреждениями военной разведки и аэрокосмической разведки, использует оперативные ресурсы этих служб, контролирует их деятельность и состояние финансовых дел; обеспечивает проведение особых операций и участие в них наряду с ЦРУ других звеньев системы разведывательных органов США. Он наделен правом создавать комитеты, советы или другие консультативные группы для оказания ему помощи в выполнении обязанностей директора центральной разведки. Вот почему представление о ЦРУ не будет полным, если не рассматривать его во взаимодействии с другими членами «разведывательного сообщества».
Действуя скрыто с прямого разрешения правительства и почти всегда без ведома конгресса, «разведывательное сообщество» тратит ежегодно более 6 млрд. долл. и располагает штатом, численность которого превышает 150 тыс. человек. Оно стремится протянуть свои щупальца во все районы мира, где, как утверждают вашингтонские стратеги, «могут оказаться под угрозой жизненные интересы Соединенных Штатов».
Самым многочисленным и дорогостоящим звеном «разведывательного сообщества» являются органы военной разведки, которую не без оснований называют «тайной империей» Пентагона. И это не случайно. Усиление влияния военщины на политический курс страны является характерной особенностью современного этапа развития американского общества. Этот процесс сопровождается милитаризацией экономики и связан с непрерывно расширяющимся использованием военной машины для достижения внутриполитических целей и внешнеполитических планов империализма США.
Многие американские государственные деятели откровенно признают, что военное насилие является высшим принципом внешней политики США. «Мы создали общество, главным занятием которого является насилие. Самую серьезную угрозу нашей стране представляет вовсе не какая-то внешняя сила, а наш внутренний милитаризм»,— подчеркивает бывший сенатор Уильям Фулбрайт. По подсчетам американского исследовательского института Брукингса, только за период с января 1946 г. по декабрь 1975 г. Соединенные Штаты более 200 раз прибегали к использованию вооруженных сил для достижения своих целей.
Именно благодаря политике «с позиции силы» уже в годы правления Эйзенхауэра военные начали играть видную роль в политической жизни страны. Многие генералы и адмиралы перешли на дипломатическую службу. Президенты, замечает С. Симпсон, «больше ценят советы военных, чем дипломатов».
Определяющей силой стал военно-промышленный комплекс. «Всесильный военно-промышленный комплекс,— пишет сенатор У. Проксмайр,— оказывает непозволительное воздействие на экономическую жизнь страны, а также на выработку решений, относящихся к внешней политике Соединенных Штатов. Мнение представителей военно-промышленного комплекса становится решающим».
В послевоенные годы правительство США ввело в международную практику новый институт, не имевший ранее такого широкого распространения,— американские военные миссии в разных странах мира. Эти миссии, осуществляя в соответствии с их официальной ролью «программы военного сотрудничества», одновременно оказывают влияние на политическую и экономическую
жизнь стран пребывания и всячески поддерживают в них реакционные силы. Согласно официальным данным, начиная со второй половины 60-х годов в Латинской Америке функционировали 43 военные миссии США, в которых насчитывалось 947 военнослужащих, преимущественно работников разведки, в том числе ЦРУ. Численность военно-воздушной миссии в Сальвадоре, например, была больше, чем весь личный состав ВВС этой страны.«Нравится нам это или нет, но применение силы и готовность применить силу лежат в основе нашей внешней политики, и поэтому внешнеполитический курс США вырабатывают и осуществляют в значительной степени военные» — так сформулировал «теоретическую базу» влияния военщины на дела правительства профессор Дж. Макками. Эту же мысль проводит видный американский социолог Р. Миллс: «Фактически все мероприятия в области политики и экономики сейчас рассматриваются с точки зрения военных оценок реальной обстановки. Впервые в истории США в состав органов власти... входят и военные заправилы Вашингтона... В итоге высшие военные чины заняли в наше время прочное положение среди правящей элиты...»
Все это находит свое выражение и в расширении военно-разведывательного аппарата страны, который, как будет показано далее, теснейшим образом связан с агрессивной внешней политикой, действует совместно с ЦРУ или ставит свои оперативные возможности на службу его преступным замыслам.
Ведущая роль среди трех разведывательных служб видов вооруженных сил США принадлежит «Джи-2» — Разведывательному управлению штаба армии. Его возвышению способствовали широкие программы американской военной помощи иностранным государствам, режимы которых вели ожесточенную борьбу с демократическими силами и национально-освободительным движением. Имело здесь значение и то, что при разработке стратегических планов США все чаще стали обращаться к информации, добываемой по каналам армейской разведки.
«Джи-2» входит в состав военного министерства и включает целый комплекс организаций, предназначенных для выполнения разведывательных и контрразведывательных функций. Оно занято преимущественно сбором, оценкой и представлением в высшие инстанции правительства и «разведывательного сообщества» данных о военном потенциале, дислокации и вооружении иностранных армий, прежде всего Советской Армии, о производстве атомного и ракетного оружия. Заметим попутно, что важную сторону деятельности «Джи-2» составляло и составляет «обеспечение безопасности в армии». Этим непосредственно занимается специальная служба контрразведки — Си-Ай-Си, своего рода двойник ФБР в сухопутных силах, входящая в состав армейской разведки. Она призвана следить за благонадежностью солдат и офицеров и быть в курсе «всех политических, мятежных или подрывных действий» на территории государств, где США держат войска.
В обязанность еще одного органа военной разведки — Оу- Эн-Ай — Разведывательного управления штаба военно-морских сил — вменены сбор, обработка и оценка данных об иностранных военных флотах, вооружении и системах оружия вероятного противника и перспективах их развития, о судостроении, морской авиации, береговых укреплениях, гаванях и портах.
Оу-Эн-Ай обеспечивает информацией тех, кто занимается разработкой планов использования ВМС в вооруженных конфликтах и осуществляет руководство проведением операций.
Самая молодая организация среди традиционных служб военной разведки США — Разведывательное управление штаба военно-воздушных сил («А-2»). До второй мировой войны авиационная разведка находилась в ведении «Джи-2» и была, по утверждению американских авторов, придатком сухопутных сил и «пасынком» во всем, что касалось ассигнований. Когда в 1947 г. военно-воздушные силы стали самостоятельным видом вооруженных сил США, значение «А-2» возросло и масштабы его деятельности расширились. Его теперь оценивают как высокопрофессиональную организацию, технически оснащенную лучше других служб военной разведки. Это, по мнению американских экспертов, объясняется характером современной техники и милитаристской доктриной США, делающей главную ставку на применение в войне ракетно-ядерного оружия и стратегической бомбардировочной авиации — носителя этого оружия.