Ева. Крепость

– И так, Ева! Смотрю на тесты и радуюсь твоим будущим успехам, которых ты непременно достигнешь в… Драматическая пауза. А я так надеялась, что у меня будет выбор как у Анюты, но, видимо, где-то просчиталась. Неужели я не сдержу слово и с Аней можно попрощаться? – Что зажмурилась? Все хорошо. Ты будешь помогать людям. У тебя вообще очень неплохие тесты по всем сферам, но все же врач – это твое призвание! Будешь врачом, Ева! – Я открыла глаза. Не может быть! Биология и медицина – это же один институт. Получилось!!! Конечно, врачом я не сильно хочу быть, но ведь врачи разные бывают. Например, понимающий доктор тоже врач. Ну, Анька! Еще повоюем! – улыбнулась я зрительному залу, глазами пытаясь найти подругу. Вот она. Кажется, тоже более чем довольна. Она поняла, что у нас получилось. В ее глазах слезы. Ё мое, мне кажется, я тоже сейчас разревусь. Держи себя в руках, тряпка, – сказала я самой себе и ущипнула пальцами за бедро.

Дальше все было как в тумане, две женщины в белоснежных халатах подбежали ко мне и, уведя со сцены, посадили рядом с собой. Одна из них подбадривающее держала меня за руку ровно до того момента пока директор не назвала имя Ольга и не обозначила ту же профессию, что и мне другой девушке. Тогда женщины вновь подхватились, побежали, а затем вернулись с еще одной «посвященной». Церемония длилась долго, за это время я успела немного придти в себя и даже почувствовать голод. Интересно, а кормить нас будут?

– Шшш, – произнесла врач, которая получасом ранее держала меня за руку, приложив свой указательный палец к губам. – После церемонии будет торжественный обед, а пока потерпи, – прошептала она, чуть улыбнувшись уголками губ. Кажется, я снова произнесла свои мысли во всеуслышание. Однако слово «обед» обнадеживает. Анна 12101 уже обозначила будущие специальности для большинства девушек. Вот уже добрались и до Софии. Немножко осталось. Каких только профессий сегодня не было названо, и ветеринар, и журналист, и учитель, и даже менеджер по чистоте. А еще были научные сотрудники, библиотекари и даже стилисты. Конечно Лиза стала стилистом. Никто и не сомневался. Ее мечта сбылась, она теперь будет всю жизнь в тренде.

– Ну, вот и все! Каждая из вас получила в руки ключ от своей будущей профессии. Ровно через год вы начнете обучаться наукам в теории и практике, чтобы в последствие достичь в своем деле истинного мастерства, – Зал взорвался аплодисментами. – А теперь я бы хотела предоставить слово представителю администрации Крепости Надежде 8013. Пожалуйста, Надежда.

На сцену из-за кулис вышла женщина небольшого роста, чрезвычайно, если так можно выразиться, преклонного возраста. Волосы забраны назад в пучок, костюм строгий коричневого цвета, и особая примета – очки с затемненными стеклами в пол лица. Интересно, кто она такая?

– Добрый день, мои дорогие! Я рада видеть Вас, наше будущее, наше, не побоюсь сказать, Великое будущее! Вы молоды, красивы и у вас впереди вся жизнь. В этой жизни вас будут окружать только близкие по духу женщины, они станут для вас подругами, коллегами, семьей! – голос Надежды 8013 был звонкий, четкий и поставленный. Слова слетали с ее губ в мгновение, речь явно звучала не в первый раз.

– Но этой семье придется подождать вас еще немного, не волнуйтесь, время пройдет быстро, и уже совсем скоро вы сможете полностью посвятить себя вашей профессии. Что же касается ближайших 12 месяцев, – голос оратора стал немного тише и более интригующим, – то каждую из вас в свое время оповестили о том, как Крепость увеличивает свою популяцию. – Да, да, помню тот разговор, когда нас всех собрали в комнате и объявили о том, какой интересный этап в жизни предстоит нам после справления семнадцатилетия. – Но давайте напомню, – продолжила представитель Крепости. – Каждая девушка, окончившая школу, до начала занятий в институте должна родить ребенка, который затем также как и она сама станет членом нашего общества. Конечно, для рождения нового человека нужно двое людей противоположного пола, поэтому специальная программа с заведенными в нее вашими биометрическими данными, оценками тестирования, особенностями характера и всевозможными увлечениями будет искать для вас подходящего партнера-мужчину. Этот партнер станет вашей парой на следующие три месяца. За это время, благодаря как вам и вашему партнеру, так и новейшим медицинским препаратам, каждая из девушек забеременеет. – Что-то не так! Тишина. В зале абсолютная тишина. И тут я поймала себя на мысли, что уже секунд двадцать как сама не дышу. Более того, судя по лицам присутствующих, особенно новоиспеченных выпускниц, они не дышат также как и я. Однако такая реакция зала, видимо, нисколько не смущала Надежду 8013, так как она продолжала ораторствовать и посвящать нас в детали нашего ближайшего будущего. – Далее наступит момент вынашивания ребенка. Начиная с седьмой недели беременности, ваш партнер больше приходить не будет, все это для того, чтобы у мужчины не возникло излишнее в нашем обществе чувство привыкания к матери и ребенку, а вы могли сосредоточиться на главном, – Я подалась чуть вперед и повернулась вправо, чтобы найти глазами подругу. Долго искать не пришлось. Она смотрела на меня во все глаза, а сама была мертвецки бледной. «Излишнее чувство привыкания»… – вот как в Крепости называют любовь. Что-то в моем сердце отвергало все слова Надежды, не принимало их, просто не хотело. Но главный закон Крепости – это жизнь ради общего блага. Все поступки в Крепости совершаются только ради любви ко всем, а не ради любви к одному. Надежда продолжала – Все роженицы будут жить в отдельных комнатах и у них будет все необходимое для вынашивания плода. В назначенный день родов, а это единый день для большинства рожениц, родившихся в одном квартале, на свет у каждой из вас появится ребенок. Через несколько часов после этого события матери вводится препарат забвения, чтобы разрыв связи между биологической мамой и малышом происходил безболезненно. Все вы знаете, что в Крепости все мы – чьи-то матери и чьи-то отцы. Однако для того, чтобы не создавать прецедентов повторного возникновения века кланов, когда большая часть нашей планеты была уничтожена, основатели решили, что все дети будут воспитываться не семьями, а обществом, и никто не знает, кто их настоящие биологические родители.

Да, четыре года назад все это воспринималось совсем по-другому. Мы плохо, но все же помнили мальчишек, ведь до семи лет все дети живут рядом, учатся и играют вместе. Это для того, чтобы мы знали, что есть девочки и мальчики, женщины и мужчины. Тогда мы не понимали, почему нас разделили, но со временем все встало на свои места. И теперь, возможно уже завтра, ко мне в комнату придет незнакомый парень, и мы должны будем… зачать с ним ребенка. Одна мысль об этом пугает меня. Что? Как мы будем это делать? Нет, ну, то есть нам рассказывали на уроках биологии как скрещиваются разнополые особи, но ведь животные это одно, а люди другое. – Все подробности вы узнаете уже завтра, – продолжила Надежда, отхлебнув глоток воды из стакана на столе, – а пока не пугайтесь. Я давным давно тоже прошла через это, более того мой поток был первый после войны. Еще ничего не было отлажено, нам никто не говорил, как и что будет. Тогда еще не было программы подбора партнера, таких прогрессов в медицине, но все равно все справились, и Крепость удостоверилась в том, что это единственный правильный способ существования на нашей планете. Сейчас вам все это может показаться даже неправильным, возможно жестоким, но это для блага общества, а значит и для вашего блага и блага ребенка, которого каждая из вас подарит Крепости. Но, пожалуй, хватит для вас информации на сегодня. Завтра будет новый день, а пока… Тут Надежда распахнула свои руки, как бы обнимая нас всех и воскликнула «Давайте веселиться»! В этот момент на сцену выбежала директор школы и в микрофон пригласила всех присутствующих в соседний зал на праздничный обед!

Все зрители и участники торжества встали и стройными рядами направились в сторону смежной с церемониальным залом двери. Я хотела было догнать Аню, но женщина рядом со мной вновь схватила мою ладонь и всем своим видом дала понять, чтобы я шла с ней строго в ряду, не нарушая шеренги. Войдя в соседний зал, я оценила его великолепие. Не зала, а стола. Огромный прямоугольный фуршетный стол почти посреди комнаты был заставлен изысканным угощением. Такое разнообразие я до сих пор видела только в книгах и журналах по кулинарии и то на разных страницах, хотя нет, даже и там такого не видела. Стол был метров 15-20 в длину и метра полтора в ширину, и на нем не было пустого места.

– И это все можно есть? – спросила я у своей спутницы

– Да, конечно, – улыбнулась она, – подожди только пару минут. Сейчас главный повар пригласит вас попробовать приготовленные блюда.

И правда, не успела моя новая знакомая договорить, как в комнату со стороны неприметной двери вошла высокая и полная женщина в белоснежной одежде, за ней клином шли шесть девушек, возрастом разве немного старше меня. Как потом оказалось, это был выпускной вечер не только для нас, но и для молодых поваров, чьи блюда мы будем иметь честь дегустировать. После небольшой речи главного повара, буквально несколько фраз, нам, наконец, предложили подойти к столу. Я в первую очередь взяла с большой плоской тарелки, тонко нарезанный кусок мяса темно бордового цвета, явно замаринованного в тысяче и одной специи, и кусочек свежеиспеченного хлеба, который так изумительно щекотал ноздри, что я не могла не схватить его. Возможно, сглупила, польстившись практически на банальный бутерброд, но это то, что я знаю и знаю, как есть. А вон, какая-та девчонка взяла ракушку и думает, как вытащить оттуда улитку и все это на глазах у всех присутствующих. Так что я довольна своим выбором, бутерброд великолепен, а теперь, когда всех приглашенных также попросили к столу, можно и поэкспериментировать и съесть что-нибудь новенькое. А это будет легко, новенького здесь очень и очень много.

– Ева! Давай попробуем вон ту странную штуку. Я на нее уже минут пять смотрю, но даже не знаю, как к ней поступиться, – воскликнула подошедшая ко мне Аня. Я посмотрела на подругу, улыбнулась и схватила ее за руку. Она все поняла. «Мы вместе, мы не потеряем друг друга»!

– Ну, давай! – неохотно согласилась я, взглянув на странное вареное пучеглазое существо в панцире, приглянувшееся Анютке. Я взяла в руки это склизкое подобие рака, вдохнула его аромат и чуть не умерла от неописуемой вони. «Амбре», которое источало это существо, было сбивающее с ног, оно пахло водорослями, протухшей водой и грязными носками. «В чем это варили?» – воскликнула я, бросив чудовище обратно на тарелку. И тут я услышала, как Аня смеется, не просто смеется, а «ухахатывается» до слез. – Значит, ты знала, ты специально! Как тебе не стыдно? – шутливо пожурила я подругу. – Я еще припомню тебе это! – и тоже засмеялась.

Вечер проходил грандиозно. Еда, наивкуснейшие коктейли (кстати, алкоголь в Крепости вне закона), музыка, танцы. Через несколько часов я так расслабилась, что совершенно забыла о том, что было сегодня и о том, что ждет меня завтра. Все девушки были счастливы, мы танцевали, веселились, и уже стало казаться, что именно такой будет вся наша дальнейшая жизнь. Но только стоило мне об этом подумать, как все та же Надежда 8013 объявила торжество оконченным и пригласила всех девушек вернуться в церемониальный зал.

Все снова, правда, уже не такими стройными рядами, двинулись к двери. – Интересно, что происходит? – спросила я у Анюты. – Не знаю, – ответила она, – но думаю, что ничего хорошего. – Я посмотрела на подругу и увидела беспокойство в ее глазах, от нее паника передалась и мне. Да, вот и закончилось веселье. Еще вчера я мечтала уйти из школы и практически не задумывалась о том, куда именно хочу. Я стала прокручивать в памяти все наши с Аней разговоры о будущем в целом и о ближайшем годе в частности. Хотя о том, как мы станем мамами, говорили очень редко. Ведь мы до сих пор практически не знаем, как это будет и на сколько все это стоит нашего беспокойства. Где-то в глубине души я понимаю, что все должно быть не так, что матери не следует забывать ребенка, а ребенок должен знать кто его настоящая мать. Но таков порядок Крепости. Когда-то было все по-другому, но это другое практически стерло человечество с лица Земли.