Евхаристия

Положив Агнец печатью кверху, священник при словах диакона «прободи, владыко» прободает копием верхнюю правую часть Агнца (т. е. ту, на которой стоит надпись IC) со словами: «Един от воин копием ребра Его прободе, и абие изыде Кровь и вода: и видевый свидетельствова, и истинно есть свидетельство его» (Ин. 19:34-35).

B венецианском греческом служебнике нет слов «прободи, владыко». Зато в иерусалимском содержится после слов «Жрется Агнец Божий…» диаконский возглас «Распни, владыко» (, ) и слова иерея «Распеншуся Tи, Христе, погибе мучительство, попрана бысть сила вражия, яко не ангел, не человек, но Сам, Господи, спасл еси нас, слава Тебе» (Седален Креста, глас 1-ый, Триодь).

После прободения Агнца диакон вливает в ковшичек вино, смешанное с небольшим количеством воды, и обращается к иерею: «Благослови, владыко, святое соединение». После благословения священника диакон вливает «соединение» в святую Чашу. У нас не указано, какими словами иерей должен благословить это смешение вина и воды; греческие же служебники содержат особую формулу: «Благословенно соединение святых Твоих всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь». Иерусалимский служебник предлагает после этого покрыть Чашу покровцом. Это не есть окончательное покровение, и совершается оно без положенных потом при завершении проскомидии молитвенных слов. Покрыть же Чашу в данный момент следует во избежание засорения ее пылью или летающей мошкарой.

На этом действие диакона пока что заканчивается, и он может отойти в сторону для нахождения евангельского зачала или апостольского. Священник продолжает проскомидию дальше. Он берет вторую просфору, так называемую «Богородичную», и со словами «в честь и память Преблагословенныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии, Еяже молитвами приими, Господи, жертву сию в Пренебесный Твой Жертвенник» он вынимает треугольную частицу и полагает ее «одесную святого Хлеба, близ среды его», т. е. слева, если считать от руки священника. При этом он произносит слова Пс. 44:10: [168] «Предста Царица одесную Тебе, в ризы позлащенны одеяна, преиспещренна».

После этого иерей берет в левую руку третью просфору, так называемую «девятичинную», вынимает копием девять треугольных частиц и полагает их «ошуюю святого хлеба» (т. е. справа), в три ряда вертикально один под другим.

Что касается порядка вынимания этих девяти чинов частиц в честь отдельных святых, то следует указать на некоторые различия в славянских и греческих служебниках.

B славянских служебниках первая частица вынимается в честь «Честного славного Пророка, Предтечи и Крестителя Иоанна», a вторая — в честь «Святых славных пророков: Моисеа и Аарона, Илии и Елиссеа, Давида и Иессеа; святых триех отроков, и Даниила пророка, и всех святых пророков».

По греческому чину первая частица вынимается в память «Всевеликих Чиноначальников Михаила и Гавриила и всех Небесных Сил», тогда как вторая соединяет в себе поминовение Предтечи Иоанна и всех пророков поименно, как и в наших служебниках.

Третья частица вынимается в честь «Святых славных и всехвальных апостолов Петра и Павла и прочих всех святых апостолов». У греков после Петра и Павла указано «двоюнадесяти и семидесяти», a иерусалимский чин добавляет еще и «святого славного и всехвального апостола Иакова, брата Божия и первого иерарха Иерусалимскаго».

Таким образом, закончено полагание частиц в первом вертикальном ряду.

Четвертая начинает сверху второй ряд и вынимается в честь святителей, т. е. святых епископов, вселенских учителей и местно чтимых святителей. Поэтому в разных изданиях находятся варианты отдельных редакций. Так например:

Русское издание поминает: «Иже во святых отец наших святителей: Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого; Афанасия и Кирилла, Николая Мирликийского; Петра и Алексия, и Ионы, и Филиппа, и Ермогена Московских; Никиты епископа Новгородского, Леонтия епископа Ростовского, и всех святых святителей». Венецианское издание греческого чина останавливается на имени святого Николая; иерусалимское добавляет святого Иоанна Милостивого. Сербский служебник (издание 1928 г.), опуская имена русских святителей, добавляет, однако, свои сербские, a именно, «святых сербских просветителей и научителей Симеона Мироточивого, святителей Саввы, Арсения и Максима».

Пятая частица вынимается в честь святых мучеников и мучениц, и также не во всех изданиях совпадает порядок и число имен. Русское издание содержит поминовение: «Святого апостола первомученика и архидиакона Стефана, святых великих мучеников: Димитрия, Георгия, Феодора Тирона, Феодора Стратилата, — и всех святых мученик, и мучениц: Феклы, Варвары, Кириакии, Евфимии, и Параскевы, Екатерины, — и всех святых мучениц». Сербское издание тождественно с русским. Венецианское не имеет поминовения мучениц, и упоминает только одного Феодора (Тирона); иерусалимское после имен мучеников содержит общее поминовение мучениц, a не поименное.

Шестая частица вынимается в честь преподобных отцев и жен, т. е. подвизавшихся в монашестве. Русское и сербское издание наиболее полны: «Преподобных и богоносных отец наших: Антония, Евфимия, Саввы, Онуфрия, Афанасия Афонского, Антония и Феодосия Печерских, Сергия Радонежского, Варлаама Хутынского, Серафима Саровского, — и всех преподобных отец и преподобных матерей: Пелагии, Феодосии, Анастасии, Евпраксии, Февронии, Феодулии, Евфросинии, Марии Египтяныни, — и всех святых преподобных матерей». Венецианский служебник ограничивается поминовением первых пяти имен преподобных отцев. Иерусалимский литургикон добавляет к ним Паисия и Петра Афонского.

При вынимании седьмой частицы, начинающей третий ряд, поминаются святые чудотворцы и бессребреники: Косма и Дамиан, Кир и Иоанн, Пантелеимон и Ермолай. Различий в отдельных служебниках не встречается.

Вынимая восьмую частицу, иерей поминает святых и праведных Богоотец Иоакима и Анну, святого, празднуемого в настоящий день, святого, которому посвящен храм, и затем равноапостольных Мефодия и Кирилла, равноапостольного Владимира и «всех святых, их же молитвами посети ны, Боже». В этом согласны и русская, и сербская практика. Венецианская после Иоакима и Анны поминает только дневного святого. Иерусалимская же: Иосифа Обручника, Симеона Богоприимца и дневного святого. Разумеется, что священнику не возбраняется поминовение имен тех святых, которых он особенно чтит и к молитвенному заступлению которых он прибегает.

На девятой частице поминается святой Иоанн Златоуст или Василий Великий, в зависимости от того, чья литургия совершается.

После завершенного поминовения святых иерей поминает живых и усопших. Для этого берется четвертая просфора, приготовленная для поминовения живых. Сначала вынимается одна частица со словами: «Помяни, Владыко Человеколюбче, всякое епископство православных (Патриарха и епархиального архиерея), святейшия православныя Патриархи, честное пресвитерство, во Христе диаконство, — и весь священнический чин (в монастырях — настоятеля и братию): братию и сослужебники наша, священники, диаконы, и всю братию нашу, — яже призвал еси во Твое общение Твоим благоутробием, Всеблагий Владыко».

Вторая частица вынимается за здравие Царя или Короля и всего царствующего Дома. Иерусалимская практика тут несколько отличается, a именно тем, что на первую частицу священник говорит: «Помяни, Господи, Отца и Патриарха нашего». На вторую частицу: «Помяни, Господи, братий наших архиереев, иереев, иеромонахов, иеродиаконов, монахов, монахинь, яже призвал еси» и т. д. Это объясняется тем, что в Палестине игуменом всех монастырей считается Иерусалимский Патриарх, a все архиереи и иереи и монахи входят в Святогробское братство, почему они и именуются «братиями нашими». После поминовения этих «агиотафитов» иерей вынимает еще частицы со словами: «Помяни, Господи, всех благочестивых православных христиан, поклонников, эпитропов и паломников святого и живоносного Гроба и прости им всякое прегрешение вольное же и невольное».