Эволюционер

Животные, правда, есть, но какие-то неправильные. Первой мы увидели собаку. Неверным шагом она топала по дороге, будто совершая обход. Движения предельно экономичные — переставить пару лап, переставить другую. Ни шевеления ушами или хвостом, никаких поворотов головы, даже глазом не косит по сторонам. Завидев нас встала и просто уставилась тусклым неживым взглядом. Никаких эмоций, просто стояла и смотрела. А потом с места бросилась на нас, но тоже неправильно, не как собака. Как будто человек притворился собакой, не представляя возможностей ее тела и непривычный к управлению им. Разинула пасть, попыталась гавкнуть, но что-то не вышло, и так и бросилась с неподвижной открытой пастью, получив заслуженный взмах меча от Лоры и распавшись на две половинки, которые еще долго скребли землю, пытаясь до нас добраться.

— Некромантия, — сообщила магесса, глядя на собаку.

Потом мы встретили лошадь, похоже, что одного из драгунов из первого эскадрона. Та стояла в полной сбруе, под седлом, не шевелясь, и даже не пыталась есть траву под ее ногами. Ни малейшего движения хвостом, передергиваний ушами, как статуя. И не отличишь, если бы эта статуя не повернула голову и не следила за нами неживыми, мерцающими красным светом глазами. Лошадь на нас нападать, впрочем, не стала. Оно и правильно, не знаю как насчет Флёр, но мы с Лорой уже на взводе были. А тигре развалить лошадь ударом меча, или по крайней мере перерубить ей шею — легкая разминка. Похоже, неведомый кукловод сделал выводы из нашего общения с собакой и не стремился уменьшить ряды своих немертвых слуг.

Отойдя от лошади, я скомандовала:

— Стоп! А куда мы идем? Вы не слишком увлеклись, подруги? Чего нам тут надо?

— После того, что я увидела, — ответила Флёр, — Я хочу как можно быстрее отсюда свалить и составить подробный доклад начальству. Сунулась, дура, геройствовать, еще вас с собой прихватила. Да тут пару боевых скилл надо, и то может мало оказаться.

— Спокойно, — вмешалась Лора, — Мы живы, раздобыли стратегически важную информацию. Так что, теперь не время для паники, надо думать, как ее до командования довести. Все согласны?

Я кивнула, а магесса хмыкнула и стала обьяснять, как детям:

— Какое «донести»??? До вас что, не дошло? Мы внутри этого гребаного тумана, который все убивает и делает послушным своему хозяину. Амулеты разряжены. Я тоже, так что зарядить смогу не раньше чем завтра.

— Значит, ждем до завтра, — не сдавалась Лора, — Непосредственной опасности нет, отдельные умертвия нам не страшны, пробьемся.

— Да? Ты такая умная? — поинтересовалась Флёр, — Ты и правда не понимаешь? ОН ведь видел нас сначала глазами собаки, потом лошади. Можно почти не сомневаться, что в нашу сторону уже посланы его отборные силы.

— Подумаешь, отборные… Мертвяки! — хмыкнула Лора.

— Да? И как ты думаешь, кто же составляет его отборные силы? Про судьбу первого эскадрона забыла?

И тут уже мне поплохело. Эскадрон — это полторы сотни не самых слабых мужиков. Встречаться с ними в форме умертвий… извините.

— И что же делать? — вырвалось у меня.

— А я знаю? — визгливо переспросила Флёр, — Даже завтра я смогу перезарядить амулеты только несколько раз, а путь сквозь туман куда дольше берет. Мы и сюда-то чудом выбрались, я думала конец нам, но последний заряд просто отказывался кончаться, будто их кто-то перезаряжал по ходу дела. Но второй раз такой халявы не будет. Неоткуда взяться. И в первый раз было неоткуда, а теперь и подавно.

Лора кратко, но выразительно выругалась, а мне поплохело. Вот так вот, доигралась в героев.

— Простите, девчонки, — упавшим голосом добавила магесса, — Не ваша вина, я тут одна виновата. Флиртовала с судьбой, а она тоже женщина, мужиков предпочитает. Вляпалась в этакую дрянь, да еще и вас за собой потащила… Простите, если можете.

Мы присели на упавшее бревно, и обнялись все втроем. Было страшно. А потом вдали послышался тихий стук копыт по сухой дорожной земле, и стало еще страшнее. Ни лошадиного ржания, ни переклички всадников, просто размеренный приближающийся стук копыт по сухому грунту. Страх и безнадежность захлестнули душу и стали привычно концентрироваться в боевую ярость и кураж.

— Прощай, Лех, — послала я зов, — Я люблю тебя. И продам свою жизнь так, чтоб сдачи некому было просить! Как говорят лесовики, это хороший день, чтобы умереть!

* Алексель, мир забытый Афрой в комоде

Итак, дело сделано. Я взял со стола глиняную кружку с медовым морсом и, откинувшись на тяжелую спинку стула, отпил немного напитка. Сказать, что лесовики немного перебирают со сладким, было все равно что сказать, что Сиэттл или, скажем, Питер немного перебирает с дождями, но в медовом морсе меда было очень мало, и брался на напиток не любой мед, а только собраный пчелами с определенных трав, с легкой кислинкой, что делало его почти приемлемым для питья.

Я поставил кружку обратно на стол, и услышал доносящийся откуда-то издалека голос Милы: «Прощай, Лех!»

Во что эта девчонка опять вляпалась??? Используя Милу как якорь в сетевом пространстве Теи, я проследил за сигналом. Нет, далеко, даже на драконьих крыльях не долететь вовремя. А что если? Адресоваться я еще не могу, но по маяку-якорю, да запросто. Оставлю здесь Леха, будет мне якорем чтоб вернуться, а туда по сигналу Милы доберусь прямо в сети. Заодно оттуда же и взгляну, что происходит.

Сказано — сделано. Оставив Леха как в полусне с наказом не покидать избу — нехватало еще чтобы он без меня как Тариэль, по бабам вдарил, тем более в таком малиннике — я перенесся к сигналу Милы. Кстати, «перенесся» — это сильно сказано. Сами понимаете, скопировать изрядную по обьему сущность из одного большого куска сети в другой — операция не самая простая или быстрая. Да и с исходной копией непонятно что делать. Так что «перенесся» означало лишь что я вырастил специальные рецепторы, своего рода сетевые глаза в интересующей меня области, а сам-то я остался где был, только внимание переключил практически полностью на новое место. Кстати, рядом со мной оказались «глаза» еще какой-то сетевой сущности, тоже не без интереса рассматривающей происходящее.

А посмотреть было на что. Серая медленно растущая сфера была покрыта сполохами пробегающих молний. Любая сущность, скорей всего души людей и сущности животных, к который протягивали отростки этой сферы, подпадая под очередную молнию дергались и начинали сереть, но не выключались, а как бы становились выпирающими частями этой сферы, этакими протуберанцами, превращая ее в некое подобие серого солнца во время солнечной бури. Добавьте к этому, что сетевая реальность не цельномерная, а пространство, построенное на фрактале, и вы получите картину растущего мертвенно-серого комка не то паутины, не то спутанных волос с торчащими из него вихрами и косичками. Вот примерно это я и наблюдал.

— Это еще что за безобразие, — высказался я почти вслух.

— Хотела бы я знать, — ответила сетевая сущность, рядом со мной наблюдавшая ту же картину, — Это ты, Лех?

— Да, это я, Эрис, — признался я, узнав голос, — А ты ничего подобного раньше не видела?

— Во время войны древние маги изредка использовали щиты распада. По воздействию выглядело похоже, но не расширялось. Да и поплотнее они были, тут какая-то рыхлая дрянь и захватывает новое пространство.

— А подробнее об этих щитах можешь?