Эволюция убийства

И вдруг ему стало не по себе. А если его подставляют? Двор не охраняется, через забор перелезть – плевое дело, а он, возможно, не закрыл вчера машину. Загнал во двор, так и бросил. А убийца мог этим воспользоваться. Открыть дверь, положить под сиденье окровавленный нож и так же тихонько исчезнуть. А Олег в это время спал в пьяном забытьи. Он даже не помнил, как Инга уехала.

– Откройте!

– Вы с Ингой Исаковой говорили? – нервно спросил он.

– Нет Инги Исаковой.

– Как это нет?

– Дома нет, на работе нет, телефон не отвечает.

– Как же так? – Олег озадаченно глянул на следователя.

Ему показалось, что Пятибратов смотрит на задние колеса, хочет видеть, насколько просели рессоры под весом покойной Инги.

– Откройте машину!

– Да она открыта…

Увы, Олег не ошибся, вчера он действительно не закрыл машину. Дверь открылась, сигнализация не сработала. Пятибратов не задержал взгляд на ключах, которые лежали на переднем сиденье. Олег бросил их, собираясь закрыть машину чуть позже, но забыл.

Следователь скользнул взглядом по коврику под водительским сиденьем и нахмурил брови, чтобы скрыть азартный огонек, вспыхнувший во взгляде. Из-под сиденья выглядывала рукоять ножа. Похоже, Пятибратов даже не рассчитывал на столь скорый результат.

– Стоять не двигаться! – обращаясь к Олегу, скомандовал он.

А сам подался к дому, позвал Гусакова. Понятые ему нужны, чтобы изъять находку в их присутствии. Но ведь Пятибратов и без того облажался, даже машину положено открывать в присутствии свидетелей. Впрочем, Олег мог и ошибаться. Да и не об этом нужно думать. Лера убита, Инга исчезла, в машине у него обнаружен нож, наверняка, орудие преступления, счет идет на мгновения. Нужно что-то делать, пока не поздно.

Олег ощутил чувство свободного полета над пропастью, он прыгал в ледяную воду, чтобы вынырнуть затем в другом измерении, где он уже не человек, а преступник, зверь, за которым будут охотиться по всей стране.

Схватив ключи, он запрыгнул в машину, заблокировал дверь. Двигатель завелся с первого чиха, но и Пятибратов уже осознал свою ошибку, он попытался открыть заднюю дверь, но не смог. Тогда он замахнулся, чтобы ударить локтем в стекло задней двери. Прежде чем сорвать машину с места, Олег успел заметить его искаженное от досады лицо. Закрытые ворота не смущали его, он разгонял машину, чтобы их снести.

Деревянные ворота не выдержали удара, створки распахнулись, сорванный замок улетел в кусты перед забором. Но путь загораживала «Шкода» оперативников, Олег резко взял влево, боком притираясь к створке ворот. Бок он и помял, и оцарапал, зато столкновения с машиной удалось избежать. За свой внедорожник он сейчас не переживал, не до жиру, лишь бы автомобиль оставался на ходу. А «Шкоду» он повредить боялся, тогда ведь Гусаков будет бегать за ним с удвоенной энергией. Если не остановит прямо сейчас.

Оперативники уже выскочили из дома, Олег успел заметить, как Гусаков передергивает затвор своего пистолета. Привел оружие к бою, но стрелять не торопился, видно, боялся зацепить свою «Шкоду». Возможно, это и спасло Олега от пули.

По мостику он проехать не смог, но на руку сыграл высокий клиренс, машина лихо перескочила через пологую канаву, хоть и нервно, но встала на курс. Оперативники не дремали, они также выскочили на дорогу, прозвучал один выстрел, второй. Полицейские стреляли по колесам, но, похоже, мазали, машина ход не теряла.

Олег свернул на ближайшем перекрестке, пользуясь моментом, глянул вправо и увидел, как Гусаков открывает дверь свой «Шкоды» – без погони, похоже, не обойтись.

Въезд в дачное товарищество не запирался даже на ночь, одна высокая створка, отворенная наружу, загораживала проход на грунтовую дорогу, по которому Олег мог обогнуть поселок по кругу вплотную вдоль забора. Когда-то они по этой дороге ходили с Лерой пешком – в лес по грибы, по ягоды. На машине он сюда никогда не заезжал, но видел, как это делали другие.

Дорогу могли перегородить железобетонными блоками, а, может, просто насыпать кучу песка, тогда Олег, если поддастся искушению свернуть, окажется в западне. Но и на щебеночный проселок лучше не выезжать, там путь только в одну сторону – к шоссе. Если он уйдет от погони, то его перехватят на перекрестке. Вариантов нет, нужно рискнуть.

На выезде из поселка ни людей, ни машин, Олега никто не видит, никто не перегораживает ему путь. И «Шкода» пока еще вне поля зрения. Но свернуть за створку ворот – целая проблема, съезд здесь крутой и узкий, нужно продираться сквозь заросли черемухи, краску содрать не страшно, куда опасней упереться в какой-нибудь пенек или корягу. Да и носом в землю если ткнешься, трактором только и вытащат. Но выбора нет, или пан или пропал.

Подводных камней удалось избежать, Олег еще раз стукнулся правым боком о тяжелую створку ворот, ободрал и правую сторону машины, но смог-таки выехать на дорогу, скрытую от посторонних глаз. Если Гусаков не заметил, как «Ровер» свернул за створку ворот, то мимо проедет точно. Еще полицейские могли обратить внимание на сломанные ветви черемухи, а без этого, увы, не обошлось. Или кто-то из прохожих мог подсказать. Если на глаза Олегу никто не попался, это не значит, что его самого никто не видел.

Ветви деревьев склонялись над дощатым забором, образуя длинный шатер, Олег ехал будто по тоннелю, а лес только сгущался. Его никто не преследовал, но радоваться рано. Пятибратов наверняка поднимет тревогу, все дороги перекроют, на темно-серый «Ровер» с известным номером объявят настоящую охоту. И как вырваться из таких тисков? А если вдруг повезет, что дальше? После того как Олег увез обнаруженный следователем нож, он окончательно поставил себя вне закона. Его обвинят в убийстве жены, теща проклянет зятя, дети отрекутся от отца. А сам он, отрезанный от внешнего мира, долго не протянет. Тут одно из двух: или его найдут, или он сам сдастся в надежде хоть на какое-то снисхождение.

Дорога раздваивалась, одна ветка вела вокруг поселка, другая уходила вглубь леса, причем в сторону от шоссе. Но в лес вел типичный зимник, ездить по которому позволяли только минусовые температуры. Олег свернул в лес, грунт поплыл под колесами, но все же выдержал вес машины. Каждый метр давался с трудом, Олег утешал себя тем, что «Шкода» за ним точно не пройдет. И опера не догонят, если он, конечно, сам не застрянет.

Но не застрял, «Ровер» вынес издевательство над своей ходовой, выехал на дорогу с более прочным грунтом. Впереди показалось небольшое озеро, Олег подъехал, остановился, осторожно достал из-под сиденья нож. Вроде бы обыкновенная «финка», стальной ободок с орнаментом между рукоятью и лезвием, этим никого не удивишь. Но на самом лезвии гравировка, никакого рисунка, просто имя: «Валера». Следы крови легко объяснить. Но тяжело принять.